Империя Тени. Эормия (СИ) - Анна Таира

— У него сильная воля. Не сравнивай её со своей. Если кто и может противостоять Тьме, то только он.

— Но Огелан ведь сам только что сказал, что мы с Императором схожи!

— Схожи потоки. — вмешался Огелан. — Так же как у Дорана и Асари. Но ты же не думаешь, что Асари может сравниться с Верховным магом? Возможно, ты единственная женщина, которая смогла бы пережить обряд совмещения потоков силы с Императором, но не путай поток с собственной волей человека.

— Обряд с Императором… Нет… Ни за что… Пожалуйста, не говори Ему обо мне! Я уйду! Как только порталы можно будет открыть, я уйду! Куда-нибудь совсем в другой мир, не в Нирмарт. Вы меня больше не увидите!

Тара могла играть во все эти игры в племянницу герцога, пока у неё была чёткая уверенность, что после окончания бури она вернётся в Нирмарт. Но сейчас эта уверенность сменилась страхом. Она посмотрела на Дорана, затем на Огелана, и вдруг поняла, что отпускать её из Империи никто и не планировал. Она заперта здесь, а значит Император найдёт её.

— Отпустить тебя, чтобы ты попала в лапы к Тёмному? — словно приговор произнёс Доран, подтверждая опасения Тары. — И не проси нас об этом. Ты была у него почти в руках. Он теперь будет тебя искать всеми силами. И не остановится пока не найдёт. Ты сама не понимаешь, насколько это опасно, если такой маг как ты, попадёт к Нему. То, что случилось сегодня для нас могло обернуться непоправимой бедой. Как только Император вернётся, я доложу ему о тебе. Он сам будет решать, что с тобой делать. Даже не думай покинуть пределы Академии. Я тебя из-под земли достану.

Раздался стук в дверь, возможно, спася тем самым ситуацию, поскольку в Таре начало просыпаться её раздражающее упрямство. После разрешения от Верховного, которое Тара почувствовала, но не услышала, в комнату вошёл Астарх. Этого юношу Тара уже встречала и не раз и не только на боевом факультете. Так вот, кто следил за ней, а она даже не замечала этого.

— Верховный.

— Иду, — Доран встал с дивана, даже не обернувшись на Асари. — Слушайте сюда обе. Чтобы не смели больше покидать пределов Башни. То, что ты сделала сегодня, Асари, было крайне глупо. Даже не думай выкинуть что-то подобное ещё раз. Что бы с этого дня вели себя тише воды, ниже травы. Надеюсь, вся ситуация не вылезет наружу, но ВЫ должны вести себя тихо.

Асари выглядела смиренной, а Тара напротив. Доран пристально посмотрел в её изумрудные глаза, но девушка даже не думала отводить взгляда. Если бы она чувствовала, как сильно злило это Верховного мага. Ему вполне хватало Императора и мысль, что нужно контролировать ещё и эту дерзкую девчонку, его раздражала. Но Тара не чувствовала Дорана, он был закрыт от неё. Ей так ни разу и не удалось пробиться сквозь его стену, что в свою очередь сильно раздражало Тару.

— Не знаю, кто ты на самом деле, но раз тебе доверяет даже Учитель, я могу отложить этот вопрос до возвращения Императора. Но если в твоей милой головке сейчас начинают зарождаться бунтарские мысли, то помни — за последствия будет отвечать Огелан. Не ты. И отвечать он будет перед Императором. Надеюсь, ты сделаешь правильные выводы.

Доран повернулся к Огелану, обращаясь теперь к нему:

— Если понадобится, хоть в комнате их запри. Но чтобы из Башни они не выходили. Сейчас это единственное место, куда не могут проникнуть служители.

Глава 38. Торх. Расплата

Девчонка сбежала, рассеяв своим фокусом тьму в ритуальном круге. Торх смотрел как таял дым, хотя дымом эту субстанция назвать можно было с большим трудом. До него стало доходить, что Тёмный и вовсе не планировал обращать в своего генерала кого-то иного, кроме него.

Тёмный дал ему иллюзию выбора, чтобы он успел посмаковать получение награды. Ведь так приятно было мечтать, что он вновь сумеет увидеть своего старшего сына.

Стоило понимать, что Тёмный всегда получает, то, что хочет. Но Торх надеялся, что Ему нужен был кто-то другой. Кто-то, кто обладал потоком света, в отличие от Торха.

Торх усмехнулся. Он был рождён в правящей семье магов света. Его брат был магом света, его отец и дед. Поток Торха хоть и был светел, но энергией света не являлся. Много лет он пытался осознать какая же его стихия на самом деле и никак не мог понять.

Для мага огня он был слишком спокоен. Вспыльчивость не в его натуре. Для мага воды — слишком твёрд характером. Для мага воздуха… Пожалуй, для себя Торх определил, что его стихия — воздух, хоть он и был слишком постоянен для воздушных.

Мать часто повторяла, что он похож характером на мага земли, но его магические крылья были похожи цветом на утренний туман, а значит и его поток был того же цвета.

Что было забавно, так это то, что в Мар’Веке особо не придавали значения тому, какого цвета твои крылья или магический меч. Это в Эормии Торх впервые столкнулся со всеобщим обожанием магов света. Если ты маг света, то ты наверняка станешь высшим магом, такое в Империи сложилось мнение.

Когда Тайгар впервые переступил порог Высшей Академии Империи, то его встретили с привычным восторгом. Сын был истинным магом света, как и его мать. Его крылья не были белыми, как крылья Тейяра, но они светились ярко, как свет звезды Тимерьлии.

Именно этот свет Торх надеялся когда-нибудь увидеть вновь. Но за такую мечту ему придётся расплатиться своей душой.

— Пора, — раздался голос Саномат, стоявшей рядом. — Владыка ждёт.

Женщина, глава ордена Ри, смотрела на Торха взглядом шакала. Она отправила в погоню за девчонками своих людей, но по её виду было понятно, что поймать их она не особо рассчитывала. Да и вряд ли к этому стремилась.

— Я хочу поговорить с ним. Я должен… — Торх было хотел сказать «объясниться», но вместо этого сказал лишь, — попрощаться.

— Времени нет.

— Он даже этой милости мне не окажет?

— Скоро мы все станем им. Прощание не имеет смысла.

— Верно… Вечная жизнь… или вечное рабство.

— Ты передумал?

— Нет. Приступай.

Видеть ритуальный круг тёмной магии, высеченный в одном из домов Столицы, было непривычно. Служители хозяйничали в городе так, будто она принадлежала им. Видимо Чашиан лгал ему о своих планах, и служители проникли в самое сердце Империи куда глубже, чем мог предположить даже Торх. Что ж, значит его