Империя Тени. Эормия (СИ) - Анна Таира

и сама Асари. Это ритуал, который блокировал силы Источника, не позволяя ему питать магией людей и в данном случае, барьер. Ритуал был крайне сложным, требовавший уйму сил и долгой подготовки и Асари удивилась, обнаружив, что подготовка была уже почти завершена.

Она ударила огнём. Крохотное солнышко в её руках разрослось и стремительно полетело в сторону растерявшихся магов. Не все успели защититься. Двое превратились в пепел. С остальными оказалось сложнее. Асари поняла, что они из числа высших магов. Четверо магов как минимум восьмой ступени против неё одной.

Маги Империи так любили меряться своими ступенями, забыв древнюю истину. У проводников ступеней не было. Каждому из них были доступны все силы, до которых могло дотянуться их сознание, особенно здесь, вблизи от Источника, где концентрация сил была наивысшей. И Асари чувствовала это.

Зала, и без того ярко освещаемая светом Источника утонула в ярком огне. Вокруг всё вспыхнуло пламенем, не вредя разве что Источнику. Асари хорошо помнила уроки отца, что с любым Источником следовало быть осторожной, но вот к стенам и камням душ на них это не относилось.

Маги потеряли Асари из виду, ослеплённые ярким огнём, но не растерялись. Всё же они были высшими магами, пусть и общей направленности. Но и Асари боевым магом не была. Её поддерживала лишь надежда да ярость, что разгорелась в ней ярче солнца.

Асари ударила как могла — потоком пламени. Сгораемая плоть зашипела, когда пламя проломило щит одного из магов. В глазах троих оставшихся застыл ужас. Они отступили, но Асари окружила их кольцом огня, не давая уйти.

Асари Ардашер, ныне Литирин, младшая дочь Аларда Ардашер, старшая жрица Тьмы, злилась. Она и в своём то мире была страшна в ярости, но в её родном мире не было ни капли чистой магии даже в тканях реальности, до которых бы смог дотянуться лишь такой, как она — маг-проводник. А здесь…

Источник Эормии тянул в себя потоки такой мощи, что позавидовал бы любой мир. И вся эта сила была в распоряжении Асари. Даже если бы маги успели заблокировать сам Источник, это бы ничуть не помешало ей. Она была не простым магом, а магом-проводником. Ей не нужно было никому доказывать свою ступень, чтобы чувствовать всю доступную силу.

Ещё несколько минут после того, как последний из врагов рухнул наземь, Асари чувствовала в себе ярость. Наверное, если бы не желание вернуть к жизни возлюбленного, она бы и вовсе не пришла в себя, поддавшись Тьме, ведь Его голос зазвучал в голове с неистовой силой.

Она была в его власти почти с самого рождения и посмела сбежать от него. Он был в гневе. Асари принадлежала ему, и он милостиво позволит ей вернуться. Владыка разжигал в ней ярость с самого начала и делал это так незаметно что лишь звенящая пустота у сердца, заставила Асари вернуться в реальность.

Асари подошла к Источнику поближе. Своё пламя она погасила и зала теперь освещалась лишь равномерным белым свечением. Ярость ушла бесследно, почти не навредив душе, возможно лишь вскрыв старые раны.

Асари чувствовала, как билось магическое сердце мира. Оно тянуло в себя потоки, так же как делало это сердце Асари. Но в отличие от проводника, Источник изменял потоки. Он структурировал их и упорядочивал. В нём Хаос становился Порядком. Одну часть Асари это манило, призывая воспользоваться силой, другую это отталкивало и пугало, призывая бежать подальше от белого кристалла.

Но Асари явственно чувствовала Дорана именно здесь, возле Источника. Она дотронулась до гладкой грани исполинского кристалла и закрыла глаза. Сердце всё ещё билось, но где-то далеко от неё.

Асари убрала руку от кристалла и рассекла ладонь магией. Побежала кровь. Асари вернула руку, обращаясь к Источнику с зовом. Древняя сила ритуала единения заработала как механизм. Асари сама до конца не осознавала, как сильно, оказывается, была связана с Дораном при помощи обряда. Эта связь была не естественной и скорее обременительной, но почувствовала это Асари только сейчас.

Она чувствовала вибрацию. На её удивление Источник не обжигал, он, напротив, был холоден на ощупь, но эта вибрация в ладони становилась нестерпимой. Асари сосредоточилась и мысленно позвала своего мужа. Зов прозвучал.

Асари звала Дорана, давая возможность услышать её сердце. Их души были связаны, и пока сердце одного билось, второй не мог покинуть мироздание. Эта связь была не вечна, после гибели тела одного из них, связующие нити постепенно истощались пока окончательно не исчезли бы. На это уходило примерно сорок дней и за это время у одного была возможность вернуть другого.

Это сложная магия, основанная на связях душ. Лишь проводник мог объединить свою душу с душой другого. Как маги древности додумались до такого, оставалось загадкой, ведь они уничтожили любые упоминания первых обрядов.

Но сейчас всё это было неважно. Асари чувствовала своего Дорана. Он возвращался. Его убитое тело исчезло, едва Источник получил зов проводника. Вскоре он вернётся в новом, уже здесь.

Глава 40. Эормия. Возвращение

Тара уже не отвечала на вопросы и даже не слышала Огелана. Она мыслями ушла куда-то совсем далеко, куда именно Огелан не знал. Особенностью таких людей как Тара было чуткое ощущение мира, и способность проникать в его самые дальние уголки. Девушка могла сознанием дотянуться до любой частички мира, любой её плоскости, если хотела, и дар проводника ей в этом помогал.

Огелану медитации не давались совсем. Это Доран был способен путешествовать разумом сквозь реальность, а он предпочитал мир физический, понятный, тот который можно познать умом. И сейчас названная племянница была сознанием где-то далеко, там, где сам мужчина никогда не был.

Первый барьер атаковали вскоре после того, как к Башне подлетел Учитель со своими студентами и мастерами. Огелану пришлось оставить Тару, чтобы сузить площадь барьера до малого круга. Первостепенной задачей Ректора была защита Источника от посягательств на него посторонних. И на случай, если в столице объявится генерал Тёмного существовал отдельный план.

В случае, если второй защитный барьер падёт, Ректору полагалось сузить круг первого барьера до необходимого минимума и запереть Академию. Этим Огелан и занялся, чтобы только не видеть мучений Тары.

— Что происходит? — спросил серьёзный Молвас, облачённый в полный боевой наряд. Таким его Огелан раньше не видел, хотя и был знаком с Учителем с малых лет. Его боевые студенты в нерешительности переступали с ноги на ногу, а мастера боевого факультета стали мрачнее тучи.

Огелан осмотрел собравшихся и задумался. Он был Ректором