Высокий Лорд - Труди Канаван

— Надеюсь, те, кто их наденет, умеют быстро бегать.

— Они спрячутся на Воровской Дороге. Мы также послали людей подыскать подходящие места для ловушек.

— У меня тоже есть новость, — медленно сказала Савара. — Гильдия позвала Аккарина на помощь.

Сири притворился удивленным.

— И что он сказал?

— Он не ответил.

— Ты не думаешь, что он…

— Мертв? Не знаю. Может быть, он просто не хочет привлекать к себе внимания?

Сири пожал плечами. Улыбнувшись, Савара протянула к нему руки.

— Иди ко мне, Сирини, — прошептала она. — Ты оставил меня одну-одинешеньку на целый день. Так и заскучать недолго.

— Я слышал, ты ходила развлекаться на рынок.

— Все-то ты знаешь, — усмехнулась Савара. — Да, ходила. Нужно было забрать кое-что у ювелира. На-ка, посмотри.

На краю ванны стояла коробочка. Савара протянула ее Сири.

— Это мой подарок тебе. Я рассталась с несколькими камешками из своих кинжалов.

Подняв крышку, Сири замер в изумлении. На черном бархате лежала странная серебряная подвеска в виде насекомого. От удлиненного тельца отходили крылья с густой сетью прожилок. Вместо глаз искрились два желтых камешка, а на кончиках усиков сверкали зеленые блестки. Брюшко было сделано из большого гладкого рубина.

— У меня на родине считается, что инава приносит удачу, — сказала Савара. — Если она опустится на Воина перед битвой, он ни за что не погибнет. А еще инава — посланница разлученных любовников. Я заметила, что киралийские мужчины не любят драгоценности, но ты можешь носить ее под рубашкой. Ближе к сердцу.

Сири охватило раскаяние. Осторожно достав подвеску, он надел цепочку на шею.

— Она очень красивая, — сказал он. — Спасибо.

На мгновение Савара отвернулась, словно смутившись собственной сентиментальности. Затем лукаво улыбнулась:

— Как насчет того, чтобы забраться в ванну и поблагодарить меня по-настоящему?

— Я не в силах отказаться! — рассмеялся Сири.

Глава 33. ИЧАНИ ПОД СТЕНАМИ ГОРОДА

Солнце медленно поднималось над горизонтом, словно не желая, чтобы наступал день. Его первые лучи окрасили башни Дворца пламенем. Золотой свет залил крыши домов, высветил край города и наконец упал на лица магов, собравшихся на Внешней стене.

Когда разведчики сообщили о приближении сачаканцев, сотни магов взошли на стену и выстроились в линию. По сравнению с этим грозным зрелищем две приближающиеся повозки казались детскими игрушками. Лорлен напомнил себе, что сидевшие на них люди уже убили более сорока лучших Воинов Гильдии.

Поиски замены взорванным повозкам задержали Ичани на полдня. Однако жертва лорда Йикмо и его людей оказалась напрасной. Все попытки лорда Саррина научиться черной магии провалились. Саррин был в отчаянии — он не оправдал возложенных на него надежд, а гибель Йикмо и его Воинов тяжким грузом лежала на совести.

Лорлен взглянул на старого Алхимика. Он выглядел совершенно измученным, но смотрел на врагов с мрачной решимостью. Лорд Балкан спокойно стоял рядом, скрестив руки на груди. Леди Винара тоже была собранна и решительна.

Накануне вечером разведчики донесли, что Ичани остановились на заброшенной ферме в часе езды от города. Король очень обрадовался, узнав, что они отложили атаку до утра. Он все еще надеялся, что Саррин добьется успеха.

На вечернем совещании во дворе Равен (разведчик, сопровождавший Ротана в несостоявшуюся экспедицию) заметил, что если Ичани остановились, значит, нуждаются в отдыхе. Он предложил подослать к ним нескольких стражников.

— От нас не будет проку в магической битве, — сказал Равен, — но помешать им спать мы сможем.

Когда стемнело, добровольцы из Городской Стражи подобрались к ферме, выпустили внутрь рой кусачих жигалок, устроили страшный шум, а потом подожгли здание. Сумятица продолжалась добрую половину ночи.

Обернувшись, Лорлен взглянул на опустевший город. Почти вся знать уплыла в Элан, забрав с собой слуг. Простой люд скрылся в соседних деревнях. Лорлен перевел взгляд на лабиринт трущобных улиц. Там тоже не было ни души. Лорлен не знал, куда подевались жители трущоб, но искренне надеялся, что они смогли выбраться из города.

Когда накануне вечером последняя повозка выехала за Южные ворота, все въезды в город были заблокированы. Конечно, Ичани могли направиться прямиком к разрушенной части Внешней стены около Гильдии, но тут уже ничего нельзя было поделать.

Мысль о том, что старые величественные здания Гильдии будут разрушены варварами, приводила Лорлена в ужас. Под руководством леди Винары были эвакуированы пациенты Корпуса Целителей, слуги и их семьи. Лорд Джаллен упаковал наиболее ценные книги и отослал их в Элан, а остальные спрятал в подвалах. Такие же меры были приняты во Дворце: наиболее ценные вещи спрятали или увезли.

Повозки въехали в трущобы. С них сошли шестеро мужчин и одна женщина. Они направились к Северным воротам, а рабы направили повозки в трущобы под руководством восьмого Ичани.

«На одного меньше, — подумал Лорлен. — Боюсь только, что нам это не поможет».

— А вот и Король, — пробормотал Оузен.

Маги преклонили колени перед монархом и снова поднялись.

— Распорядитель.

— Да, Ваше Величество.

— Вы пытались связаться с Аккарином?

— Каждый час, Ваше Величество. Он не отвечает.

— Обойдемся без него, — прошипел Король. — Надеюсь, он преувеличил их силу.

Раньше Сонеа ни разу не видела Северные ворота закрытыми. За много лет огромные металлические створки изрядно проржавели, а литых украшений почти не было видно из-за налипшей грязи. Теперь ворота блестели холодным черным блеском — городские власти не пожалели сил, чтобы придать им гордый и неприступный вид.

Среди алых, пурпурных и зеленых мантий Сонеа различила на стене коричневые одежды новичков. Она мысленно посочувствовала своим бывшим одноклассникам. Как им, должно быть, страшно!

Сонеа, Аккарин, Сири и Такан наблюдали за приближением Ичани из дома на Северной дороге. Сири привел их сюда, потому что с небольшой башенки над крышей открывался отличный вид на участок перед Северными воротами.

На дороге показались враги. У Сонеа замерло сердце — они были совсем близко.

— Впереди идет Карико, — прошептал Аккарин.

— Женщина рядом с ним — Авала, — тоже шепотом отозвалась Сонеа. — А кто остальные?

— Помнишь раба, чью память ты прочитала? Высокий Ичани — Харикава, его хозяин. Двое замыкающих — Иниджака и Сарика. Я видел их в памяти убитых мною рабов. Двое других, Рикача и Раши — старые союзники Карико.

— А где же восьмой?

— Не знаю, — нахмурился Аккарин.

Ичани остановились перед стеной.

— Ни шагу больше, сачаканцы. Я не желаю видеть вас в моей стране.