(Не)люди (СИ) - Елена Сидоренко

— Мама! — Дарья бросилась на шею Дарины, едва за ними закрылась дверь, и расплакалась. Женщина устало, но облегчено рассмеялась, сползая спиной по косяку и обнимая дочь. Они тихо о чем-то говорили, и Эмма-01 не переводила слов девочки. Эмма-05, расшнуровав ботинки, прошла на кухню и вскоре вернулась, протянув Дарине неаккуратный бутерброд: толстый кусок хлеба и два куска мяса снизу и сверху. Женщина рассмеялась, но приняла еду и вгрызлась в нее так жадно, что Оз проглотил все вопросы. Она точно «оценила» его консервы за семнадцать дней.

Остаток ночи прошел тихо, но на нервах: утром Оз должен был с Пятой пойти к Вега. Никто не спал. Парень, у которого сна не было ни в одном глазу, не отпускал Пятую: та до важной встречи решила разгрузить систему и подключилась в общему блоку, перенося туда данные своего маленького самостоятельного путешествия. Уснувшая Дарья даже во сне не отпускала уставшую и счастливую мать. Ари сидел поодаль и волновался, раздражающе топая ногой и кряхтя. Они ни о чем не говорили, просто ждали и одновременно пытались оттянуть момент начала нового дня. Последнего дня Оза в этом городе.

Как только за окном забрезжил рассвет, Они с Эммой и Ари, не сговариваясь, поднялись со своих мест. Оз подошел к Дарине и, крепко пожав ей руку, от сердца поблагодарил за все, а потом наклонился к уснувшей в кресле Дарье и, прикоснувшись губами ко лбу, прошептал:

— До встречи, Дороти, — и, повернувшись к дому, который стал почти родным, спиной, направился к выходу. Ему больше не нужно было прятаться или стараться лишний раз не показываться никому на глаза. Ему больше не нужно было скрывать, что Дарины не было семнадцать дней. Ему уже нечего было терять, потому что старушка Вирана и бойкая Веста шли навстречу и улыбались, глядя на Эмму-05, грязную, местами поржавевшую, исцарапанную, но функционирующую. И несущую им драгоценную информацию.

Оз думал, что этот момент будет длиться долго, но все происходило ужасно быстро. Он ожидал, что к Вега вместе с ними придет как минимум половина города и старейшины, но пришли совсем немногие и лишь люди. Разные женщины с разными эмоциями на лицах встали поодаль, косясь на вскрытый корпус Эммы-05, из которого торчали ленты кабелей, ведущие к компьютерной станции. Оз шагнул за спину дроида и положил руки на стальные плечи. Он напряженно смотрел на большой экран, где отображалась передача данных, и считал проценты. Вычитал цифру на экране из ста. Обратный отсчет до момента, когда он покинет этот город.

Это были самые стремительные пять часов в его жизни. Ему казалось, что когда передача данных закончится, произойдет что-то важное. Но Эмма-05 всего лишь спокойно отсоединила себя от станции, подобрала лежащую рядом деталь корпуса и толкнула Оза, бросая: «Пора». Вега дали Озу небольшой чемоданчик, шепнув, что это биоматериалы всех семейств. И река людей потекла в сторону гаражей, унося их за собой. Оз вдруг вспомнил, что даже не забрал свои вещи из дома Дарины, и сумка непонятным образом оказалась в руках Эммы-05, а рядом улыбнулся Ари.

Три недели в городе людей вдруг превратились в его сознании в несколько часов. Время ускорило свой бег, но он не успевал за ним, не понимал, почему все так быстро закончилось. Впереди уже виднелся трейлер, выехавший из гаража. Чистый, отремонтированный и надежный. Но Оз не хотел туда идти. Не сейчас. Слишком быстро, слишком просто, слишком… Он обнаружил себя стоящим в тамбуре лицом к собравшимся людям и все же появившимся старейшинам, которые что-то говорили и ему, и женщинам. Оз, чьи мысли были совсем не здесь, не с ними и не сейчас, не понимал ни слова. Он обвел глазами толпу в поисках Дарьи, но не нашел ее, запоздало вспомнив, что девочка спит. Она, малышка, уснула, а когда проснется — он будет далеко. Они так и не попрощались по-человечески. Их просто разлучили. Так нельзя.

Трейлер под его ногами завибрировал. Эмма-01 собиралась трогаться.

— Стой, — пробормотал Оз, приседая и собираясь выпрыгнуть. — Стой, подожди, Эмма!

— Ты ведь сам спешил, — возразила Первая и начала закрывать люк. И это ввело Оза в состояние паники.

— Остановись! — крикнул он так, что старейшины замолчали и обернулись. Оз лихорадочно кого-то искал глазами и водил ладонями по краям люка, будто искал опору. Он ничего не соображал. Его разум был вовсе не кристально чистым: он был воспаленным и лишенным покоя. Ему нужен был один человек, всего один разговор с ним. Возможно, даже одно слово.

Откуда-то издалека донеся голос: кто-то звал его по имени. И парень, наконец, увидел. Дарья бежала к трейлеру, и толпа расступалась перед ней, пропуская девочку. Дарина бежала за дочерью, умоляя ее остановиться. В руке босой малышки с растрепанными волосами блестел тот самый стеклянный одуванчик. А на глазах — слезы.

— Ты обещал! — кричала она, задыхаясь. — Ты же обещал!.. Ты, лже-волшебник Оз, ты обещал вернуть Дороти домой! Я же Дороти! Я та самая Дороти, которая должна попасть в Изумрудный Город!..

Дарина поймала дочь и крепко прижала ее к себе, не понимая, что девочка несет. Женщина начала отступать, но Дарья этого не видела. Она вырывалась, тянулась к Озу, который уже скатился из трейлера и без ходули, приволакивая левую ногу и морщась от боли, ковылял к ней.

— Дороти! — позвал он, проехав на коленях и протянув руки. Он падал вперед, и только Дарья могла успеть его поймать. И она успела. Пальцы Дарины вдруг разжались сами собой, будто вопреки воле женщины. Она смотрела, как ее дочь бежит к этому чужому парню, как прыгает на его шею. Дарья ни разу не обернулась. Дарья сделала свой выбор. И Дарина, которая все это начала, не могла ее остановить. Больше не могла. За семнадцать дней эта маленькая девочка, игравшая роль ее дочери, восьмилетний ребенок, который должен был унаследовать охотничье дело, в двадцать лет получить своего маленького клона и жить обычной жизнью, совершенно изменился. Выбрал свой путь и нашел, наконец, друга, который его ни за что не оставит. Одинокая душа встретила такую же одинокую душу. И разлучать их теперь было нельзя ни в коем случае.

Дарина верила своему сердцу, а оно говорило, что Дарья должна уехать на запад вместе с Озом. Она закричала, когда люди потянулись к застывшим в объятиях людям, и те замерли. Все, даже оторопевшие старейшины, молча наблюдали, как хромой парень выпрямился, став вдруг высоким и сильным, как подхватил девочку, словно та не имела веса, и уставился на Дарину огромными глазами. С вопросами, благодарностью и ожиданием. И женщина отпустила их. Сказала «прощайте» на языке запада, и Оз, все так же держа уткнувшуюся в шею Дарью на руках, поклонился, отвечая тем же, только на языке востока. Он не обернулся, пока шел к трейлеру. Дарина ни разу не моргнула, глядя ему в спину. Все так и должно быть, думала она. Это правильно.

Толпа, большая часть которой увидела, услышала и почувствовала, пропускала их, расступаясь. Диана, выскользнувшая из толпы, перекрыла путь старикам не-людям, которые бросились останавливать Оза. Эмма-05 помогла девочке забраться в трейлер. Никто их не остановил. И Оз с Дарьей уехали. Навсегда, думали многие. Ненадолго, знали Дарина и Ари.

Эмма-01, получив от города женщин не просто ремонт, а настоящую модернизацию, мчалась на запад гораздо быстрее, чем рассчитывала. Теперь она могла работать не только на солнечной энергии, но и на сгораемом топливе, причем ненадежная система, установленная Смотрителем, сменилась безопасной системой города людей.

Они оставили прицеп там, на востоке, отбросив его как ненужный элемент. Багажный отсек трейлера был заполнен канистрами с органическими смесями для заправки. Еда, предназначенная для Оза, находилась в кабине — количество было рассчитано на два месяца. Именно за это время Эмма-01 могла добраться до Изумрудного Города без стоянок на зарядку, исследовательских вылазок и крюков, которыми был полон путь на восток.

Оз и Дарья долго осознавали, что случилось. Первые два дня Пятая не отходила от них ни на шаг, лишь меняя местами свою батарею с батареей Второй. Она пресекала начинавшиеся истерики девочки и панический бред Оза, убеждая, что все в порядке. Каждый раз напоминая, что Дарья сможет связаться с матерью и поговорить с ней, потому что теперь связь есть. И это помогало. Они оба успокоились через несколько дней, вернувшись в норму, но изменившись внутренне. Оз, до этого ночевавший с Дарьей в одной комнате, отдал свою постель с жесткими подушками девочке, а сам устраивался, растянувшись в коридоре в коконе запасного одеяла. Он поделился с Дарьей одеждой, едой, которой его снабдили женщины. Начал кое-как учить ее своему языку. Лишь бы отвлечь и отвлечься.

Когда Первая вошла в радиус действия стабильной связи раньше назначенного дня и остановилась, чтобы дождаться Немо, Оз решился на звонок Смотрителю. Он гадал, как отреагирует старик на Дарью, и боялся, что это известие может причинить ему вред. Взволновать так, что Смотритель наделает еще глупостей до их приезда. На экране появилось румяное и чуть разгладившееся от сытости лицо старика. Оз набрал воздуха и как можно спокойней поздоровался, изобразив привычную глуповатую улыбку. Дарья, спрятавшаяся за спиной парня, задрожала от волнения.