Мужья и любовники - Рут Харрис

Старик не спеша допил свое двойное виски, затем поднялся и обнял Джорджа.

– Я никогда не вмешивался, – сказал он, – но, признаюсь, надеялся, что у вас с Иной получится что-нибудь серьезное.

Никому и в голову не пришло бы, что Джордж способен остепениться, даже ему самому. Но с появлением Ины Тайдингс все переменилось.

Глава V

Ина Тайдингс рано поняла, что быть богатой наследницей это значит не обращать внимания на бирки с ценами. Она была типичной блондинкой с голубыми глазами, стройной фигурой и круглогодичным загаром. Носила дорогие строгие платья, черепаховый обруч в волосах и ездила на «форде». Практичность странным образом сочеталась в ней с испорченностью, наивность – с деловой хваткой.

– На последнем курсе университета, – рассказывала она Джорджу, – я была помолвлена. – В мягком голосе звучала застарелая боль. – Мой жених Джерри занимался на подготовительных курсах по медицине, но на работу его никуда не брали. Когда пришел очередной отказ, он напился и заявил друзьям, что ему наплевать на это, что он все равно женится, так что будет кому его содержать.

Мне стало это известно, и я вернула ему кольцо. Он просил меня передумать. Я сказала, какие слухи до меня дошли. Сначала он все отрицал, потом говорил, что был пьян и не помнит, что говорил, затем возникла третья версия, что все это было сказано в шутку. В общем, стало ясно: либо он действительно имел в виду то, что сказал, либо он лжец. Так или иначе уважать его я не могла, и решение мое было окончательным. Какое-то время я вообще не встречалась с мужчинами. Мне казалось, что все они только и думают о моих деньгах.

– А я, полагаешь, нет? – откровенно спросил Джордж.

– Не знаю, что тебе нужно, – серьезно ответила Ина, привыкшая доверять своему внутреннему чувству, – но только не мои деньги. В этом я уверена.

Все надо делать вовремя, и в этом смысле у Джорджа с Иной все складывалось наилучшим образом. Ему было тридцать – на четыре года больше, чем ей. Он был готов к тому, чтобы завести семью, а Ина уже начала бояться, что может остаться одна. Для Джорджа Ина была принцессой из сказки, о которой он всегда мечтал. Для Ины Джордж был очаровательным любовником, являвшимся ей в мечтах. На третьем свидании Джордж сделал предложение и получил согласие.

Они расписались чудесным июньским днем 1974 года. После свадебного обеда в летнем доме Тайдингсов на острове Ор, в штате Мэн, молодые отправились в портлендский аэропорт, откуда улетели сначала в Бостон, а затем во Францию. Они провели романтический медовый месяц в виноградниках Шампани. Начало совместной жизни получилось замечательным. По их возвращении в аэропорту имени Джона Кеннеди их встречал Эзра Тайдингс.

– Ну, дети, – торжественно заявил он по пути в город, – у меня для вас сюрприз. – Машина остановилась у подъезда кирпичного дома Тайдингсов на Семьдесят второй улице, между Второй и Третьей авеню. Выходя, Джордж подумал, что здесь их ждет торжественный обед в честь возвращения. Но Эзра повел их в соседний дом.» Остановившись у входа, он протянул Джорджу связку ключей.

– Открывай! – Он кивнул на входную дверь. Джордж удивленно посмотрел на него. – Давай, давай, не стесняйся. Это ваш дом. Вот мой свадебный подарок.

Ошеломленный, Джордж открыл дверь роскошного дома, неожиданно ставшего его домом.

– Ну разве папа не молодец? – сказала Ина, когда все подняли бокалы шампанского за молодых и их жизнь в собственном доме.

– Да, здорово, – Джордж все еще не мог прийти в себя от щедрости Эзры. У Джорджа с Ролли дела только начинали идти на лад, и ему было трудно представить себя в новом качестве владельца недвижимости в Манхэттене. Не слишком ли быстро? Пока Джордж пытался разобраться в своих чувствах, Ина призналась, что это она уговорила отца купить дом.

– Чем больше я думала, тем больше находила, что твое жилище маловато для нас, – по-королевски заявила она, полагая, надо думать, что весь мир существует лишь для того, чтобы ей жилось легко и привольно. – А сюда мы сможем приглашать гостей. У нас ведь будет семья, так к чему же тесниться, когда в этом нет нужды? Узнав, что этот дом продается, я сказала папе. И он был не против покупки.

– Ты что, хочешь сказать, что давно знала об этом доме? – спросил Джордж, подавляя неожиданно вспыхнувшую неприязнь к ней. Как она посмела заниматься этим делом втайне от него. Он-то думал, что у них с Иной все будет, как у матери с отцом, что все важные решения, вроде тех, где жить или сколько детей иметь, они будут принимать вместе. И вот Ина с самого начала ставит его в зависимое положение. Рядом с женой и ее отцом Джордж почувствовал себя третьим лишним.

– Здорово, правда? – спросила Ина, наслаждаясь роскошью дома, задним двориком, где был разбит сад, и уже воображая себя хозяйкой-владелицей своего чудесного поместья.

Джордж кивнул. А что он мог сказать? Что возмущен ее поступком? Что у него такое ощущение, словно его оскорбили? Джорджа воспитывали в старинных семейных традициях, и он все еще был им верен. Он считал обязанностью и привилегией мужа обеспечивать жену. Он хотел, чтобы жена жила в его доме. И в доме, пусть и скромном, но выбранном и оплаченном им самим, он ощущал бы себя мужем куда в большей степени, чем здесь.

Тем не менее, несмотря на эти размышления, ему нравилась перспектива жить в большом шикарном доме. В какой-то степени он все еще оставался мальчишкой-греком из семьи среднего достатка, и внезапная перемена в социальном статусе льстила его воображению. Невольно он вспомнил типов из клуба «Сигма Дельта» – вот когда пришел момент поквитаться по-настоящему. Еще бы! Они ютятся в своих мрачных сельских домах, а он живет в настоящем дворце, да еще в самом престижном районе Нью-Йорка. Как все переменилось!

В отличие от него, Ина не чувствовала никакой раздвоенности. Она просто радовалась от души своему новому дому, а Эзра был в восторге оттого, что ему удалось сделать дочери и зятю такой щедрый свадебный подарок. Джордж чувствовал, что не стоит рассказывать о своих мыслях, иначе наверняка покажешься неблагодарным. Вечером, уже лежа в постели этого шикарного дома, он вдруг почувствовал, что не способен заниматься любовью. Он объяснял свое бессилие усталостью, перевозбуждением, шампанским – словом, чем угодно, только не злостью, которую он испытывал, а выплеснуть наружу не мог.

Следующей ночью повторилась та же история. Джордж был напуган – неужели с ним что-нибудь не в порядке? На рассвете он сообразил, что сомнения его легко разрешить. Он позвонил Робин де Сото, своей бывшей секретарше. Работая вместе, они пару раз переспали. Так, ничего особенного – встретились – разошлись. Робин была милой и ненавязчивой сексапильной девчушкой, которой нужно было только одно от симпатичного шефа – чтобы ее продрали по-настоящему, с песочком. На третью ночь своей семейной жизни в собственном доме Джордж впервые изменил жене.