Божественная дипломатия - Юлия Фирсанова

  - Ничего другого, кроме как последовать вашему совету, богиня, мне не остается, - признал Монистэль, вставая и отвешивая принцессе грациозный поклон, свойственный эльфам, скорее похожий на элемент танца, нежели на официальный жест. - Благодарю еще раз за то, что вы согласились принять меня.

  Принцесса милостиво кивнула, давая понять, что аудиенция закончена, и отпустила Монистэля. Общество полуэльфа был приятным, но времени на облачение к трапезе оставалось все меньше и меньше. Кончено, на богине уже был довольно милый наряд, но отец, несмотря на все свои прочие весьма прогрессивные взгляды, в вопросах моды оставался ярым консерватором, поэтому нечего было и думать, чтобы явиться на официальную трапезу с посольством из другого мира в столь нескромных одеяниях. Жара не считалась весомым поводом для нарушения традиций. Выбранное принцессой темно-голубое платье, расшитое мелким жемчугом, со свободными воздушными рукавами, перехваченными тонкими браслетами, и высоким стоячим кружевным воротником вполне соответствовало нормам нравственности, попутно, с помощью декольте, удовлетворяя собственные склонности богини к маленьким провокациям.

  сноска-пояснение к главе:

  Представление (для входа в замковый лабиринт) - магический обряд, в котором один из членов королевской семьи, используя специальные мнемонические заклинания, посвящает другого в тайны скрытых переходов и учит их использовать.

Глава 18. Нарушенные правила

  О прекрасная летняя пора! Как привлекательны были в этот сезон Сады Всех Миров Лоуленда. Буйство цветения являло сотни дурманящих ароматов и оттенков, ранее неведомых глазу, зелень и пурпур, серебро и яркую синь. Какой только листвой не одевались диковинные растения в волшебных Садах! Каких только чудных зверей не встречал там внимательный наблюдатель! Сады не просто существовали, а будто слаженно пели восторженный гимн природе. Нечего и говорить, что юная принцесса с эльфийскими корнями желала проводить тут как можно больше времени, правда, в отличие от брата Лейма, который в детстве мог часами наблюдать за мирной жизнью муравейника, ее забавы были не столь безмятежны. Девчушке требовалось облазить каждый уголок, поиграть с каждым попавшимся на глаза зверьком, будь это даже смертельно ядовитая, но зато ужасно пушистая змейка, и попробовать на зуб каждый листик или ягоду. К счастью, врожденный и развитый лордом Эдмоном талант страховал принцессу от опасности слопать что-нибудь несъедобное, а лоулендский метаболизм и слабый аппетит - от угрозы переедания. Но все равно вернувшуюся с прогулки Бэль было сложно заставить употреблять в пищу блюда, приготовленные на замковой кухне.

  Мирабэль обожала гулять с Джеем. Принц-игрок всегда азартно включался в любые развлечения и проделки, выдуманные сестренкой. Они сыграли в:

  1. охоту на дракона-людоеда (драконом было старое поваленное дерево, с которого принцесса обычно кормила птичек),

  2. сбор целительных травок (все добытое - а нашлось даже несколько весьма редких растений - принц благоразумно телепортировал в замковый госпиталь),

  3. семейку ежиков (у Джея очень убедительно получалось фырчать и сопеть),

  4. эльфийскую разведку (на сей раз богу досталась роль нарушителя, застигнутого врасплох меткой лучницей),

  5. в дриад

  6. и лесной разбой (Бэль, конечно, была атаманом).

  Если бы кто-то увидел бога в эти счастливые моменты, то не смог бы сразу разобрать, кто получает большее удовольствие от потехи: маленькая девчушка или ее куда более взрослый, умудренный жизнью, циничный брат. Джей позволял сестричке практически все. Те 'нельзя', которые только и делал, что нудно твердил Нрэн, для бога просто не существовали. Он и сам люто ненавидел любые запреты, воспринимая их как ограничение личной свободы, и всегда старался изобрести лазейку, чтобы их обойти, если невозможно открыто нарушить. Поэтому, когда наигравшаяся в подвижные игры Бэль попросила у Джея разрешения залезть на дерево, принц только огляделся вокруг, выискивая подходящее, и деловито спросил:

  - На которое? Тебя подсадить? Хочешь, я залезу с тобой?

  - Нет, - гордо заявила маленькая принцесса, заправляя в штаны, когда-то бывшие штанами Лейма, его же старую рубашку. - Я сама. Хочу забраться повыше на вашину и ловить лучики солнца.

  - Как хочешь, - покладисто не стал спорить Джей, в глазах его уже зажглась какая-то идея, - тогда играй, а я там за деревьями, - бог махнул в сторону густой соседней рощицы, - ...книжку почитаю, если что понадобится, крикнешь.

  - Ладно, - считая разговор законченным, отозвалась Бэль, юрким бельчонком карабкаясь по гладкому стволу огромной раскидистой вашины, росшей по соседству с тропинкой. Роскошное дерево было словно самой природой создано для игр, его кора не царапала, а листья надежно прятали гостью.

  Через несколько секунд принцесса скрылась в густой листве. Принц только диву дался, как Бэль ухитрилась в своей ярко-зеленой рубашке практически слиться с темно-зеленой с бронзовыми прожилками листвой и корой дерева. Эльфийская кровь!

  - Привет, Джей! - крикнула свысока довольная девчушка и помахала принцу обеими руками.

  - Привет, малышка! - откликнулся бог и, махнув сестричке в ответ, двинулся к роще, довольно насвистывая и сплетая простенькое заклятье поиска и связи, через которое очень скоро спросил:

  - Надин, детка, ты не слишком занята?

  А Бэль удобно, словно на широкой скамье, устроившись на толстой ветке вашины, привалилась спиной к теплому стволу, чувствуя мощное гудение жизненных соков древа, и подняла руки и лицо к солнцу. Юная эльфийка очень любила забираться на деревья, чтобы подумать над чем-нибудь вдалеке от земли и всех окружающих, чем полностью оправдывала поговорку 'довольна, как эльф на ветке'. Как ни любила общительная Бэль компанию, но даже у нее возникало временами желание остаться одной, чтобы немного поразмыслить, ведь, в конце концов, она принадлежала к той ветви королевского древа, о которой говорили 'они слишком много думают'.

  Горячие лучи летнего светила скользили по коже эльфийки, пока девчушка от простого сидения и свободного движения мыслей, закончившихся сожалениями о невозможности питаться солнышком, перешла к обдумыванию плана действий. Раз уж учитель Эдмон сказал, что питаться энергией не положено, принцесса захотела найти ей другое применение. Почему-то девчушке показалось, что из лучей, если очень постараться, можно сделать какую-нибудь очень красивую одежду, теплую и золотистую, например, плащ.