Русские разборки - Джеки Коллинз

— Сочувствую, — пожалел девушку Найджел. — Я стащил пару снимков, — шепнул Найджел тоном нашкодившего мальчишки. — Какой я нехороший, да?

— Что? — рассеянно отреагировала Эми. Ее мысли были далеко.

— Вообще-то Антонио не разрешает никакие фотки выносить из студии, но я не вижу причин не прихватить себе по картинке. Вот, — он протянул ей снимок, — это тебе.

Она взглянула на фотографию. Естественно, на ней был Джет, невероятно красивый, а сзади стояла Джанна и нежно обнимала его за шею.

— Что мне с ней делать? — растерянно спросила она.

— Я подумал, тебе захочется взять на память, — сказал Найджел. — Сделай себе из нее экранную заставку и наслаждайся зрелищем.

— То-то Макс обрадуется! — хмыкнула она.

— Я все думаю, — задумчиво произнес Найджел, — какое совпадение, что этот красивый манекенщик оказался братом твоего жениха. Он твой родственник. Во всяком случае, скоро им станет. Теперь вы с ним все семейные праздники будете вместе справлять — День благодарения, Рождество… А какие у них с Джанной будут красивые детки! И у вас с Максом тоже. Вы будете самым симпатичным семейством, прямо с рекламы Ральфа Корена.

— Не загадывай наперед, Найджел, — посоветовала Эми, мечтая, чтобы он заткнулся.

— Прости, — смутился тот. — Все забываю, сколько на тебя всего свалилось. Наверное, переживаешь из-за переноса?

— А ты как думаешь?!

— Прекрасно тебя понимаю, — сказал Найджел и сочувственно похлопал ее по плечу. — Пожалуйста, передай Максу привет и скажи, что я ему глубоко соболезную.

— Передам. — Эми двинулась к выходу.

Она не собиралась встречаться ни с матерью, ни с Максом. Она сейчас помчится домой, примет душ, соберется с мыслями и приготовится встречать Джета.

Ее вдруг охватило радостное возбуждение.

Из глубины студии за Эми наблюдал Джет. Никогда еще он не чувствовал такой неловкости, как сегодня. Стоять перед камерой, строить из себя крутого мачо в объятиях пылкой красотки — и знать, что все это видит Эми из-за осветительных приборов. Это была пытка.

А еще этот великий Антонио. Джанна восторгалась суетливым коротышкой, а Джету он действовал на нервы.

Посреди съемки София Куртенелли притащила в студию молодого итальянца, который ничего не делал, а только шатался из угла в угол, бросая на Джета раздраженные взгляды.

— Мне что, досталась его работа? — спросил Джет у Джанны в перерыве.

— Нет, carino, — пропела та. — Это в Софии чувства взыграли. Она считает, раз ты можешь быть фотомоделью, почему ее Карло не может? Она не понимает, что ты профессионал.

— Чудненько! — буркнул Джет.

— Нам платят большие деньги. Ты не волнуйся.

— А кто тут волнуется? — раздраженно проворчал он.

— Bene. Сегодня мы с ними ужинаем.

— Я не могу, мне надо к Максу, — соврал Джет. Этого еще не хватало — ужинать с Софией Куртенелли и ее завистливым дружком.

— Хорошо, — не стала спорить Джанна. — Значит, подъедешь позже.

— Конечно, — согласился Джет, радуясь, что получил отсрочку. Впрочем, он и не собирался присоединяться к ним.

Джет вдруг подумал, что надо сказать Джанне, что он не вернется в Италию, что не хочет больше с ней жить, она больше не его девушка и может смело искать себе другого парня.

Но что, если Эми не захочет иметь с ним дело? Вдруг она в самом деле любит Макса, а он был всего лишь случайной пред-брачной связью? Сжечь мосты и не оставить себе никакого запасного варианта?

Ну и положение! Джет никогда не испытывал подобных сильных чувств ни к одной другой девушке и влюбился он в нее задолго до того, как узнал, что она не свободна.

После суматошного дня, когда ему пришлось сперва заканчивать дела с японскими инвесторами, затем ехать на объект, после чего проверять, ладят ли Лулу с миссис Коннерс — которая, на счастье, согласилась побыть с девочкой до конца недели, пока он не найдет новую няню, — Макс на скорую руку поужинал с Крисом, а потом поехал домой ждать детектива Родригеса, попросившего о встрече.

Прежде чем разговаривать со следователем, Макс позвонил своему адвокату, и тот убедил его, что с полицией лучше сотрудничать.

— А в противном случае, — многозначительно сказал Эллиот Майнор, — может быть сделан вывод, что ты что-то от них скрываешь.

— Но мне нечего скрывать!

Я знаю. И они тоже знают. Но пойми, Макс, речь не о тебе. Речь идет о Марине, и они хотят узнать о ней как можно больше.

— Да что там узнавать? — насторожился Макс. — Марину убили, ее нет…

— Откуда мне знать? Какие-нибудь подруги, родные. У тебя могут быть ответы, которых пока нет у них. Скажем, был у нее мужчина? Они же, Макс, , расследуют убийство, к тому же с отягчающими. Если тебе будет легче, могу подъехать.

— В этом нет необходимости, — отказался Макс. Если он с детективом Родригесом сам не справится, значит, плохи его дела.

Детектив Родригес явился минута в минуту. Макса он раздражал ничуть не меньше, чем в первый раз. Тот же дешевый парфюм, те же смехотворные усы.

— Мистер Даймонд, — Родригес протянул потную ладонь, — простите, что опять вас беспокою. Ничего, если мы с коллегой зададим вам еще несколько вопросов?

— Конечно, — ответил Макс и пригласил их в гостиную.

Коллегой Родригеса оказалась та самая женщина, что накануне разговаривала с Лулу, широколицая, высокая дама с распущенными темно-русыми волосами.

— Добрый вечер, мистер Даймонд, — проговорила она едва слышно. — Извините за голос, но я, кажется, заболеваю.

Отлично! Сейчас его еще и заразят.

— Предложить вам что-нибудь, господа? — спросил Макс. Себе он налил виски.

— На службе не полагается, — отказался детектив Родригес и сел на диван. — Но от минеральной воды я бы не отказался.

— Сейчас посмотрим… — Макс полез в маленький холодильник за баром. — Диетическая кола не подойдет?

— Слишком сладкая, — отказался детектив Родригес. — Давайте уж лучше простой воды, если не жалко.

— А вам что предложить? — спросил Макс у женщины.

Та покачала головой.

Макс протянул Родригесу бутылочку «Эвиана» и устроился на диване напротив.

— Вас, наверное, интересует, что нам удалось выяснить, — начал Родригес, вертя бутылку в руках. — Я, честно говоря, ждал, что вы нам позвоните.

— Почему? — удивился Макс.

— Обычно, когда происходит убийство, родственники хотят быть в курсе расследования.

— Еще и двух суток не прошло, — сказал Макс. — Я так понимаю, когда вы что-то выясните, вы ведь мне сообщите.

— Ну да! Если только вы раньше не прочтете про все в газетах. — Родригес потеребил усы. — Я вижу, пресса от этого случая очень возбудилась. Не подозревал, что ваше семейство обладает таким влиянием.