Мифы Ктулху - Роберт Ирвин Говард

оглянулся назад, на черное обиталище ужаса, пока развалины не скрылись в дымке на горизонте. Только тогда компаньоны натянули поводья и утолили жажду.

— Ля иляха илля ллах! — вздохнул Яр Али. — Эти собаки отдубасили меня на славу — кажется, не осталось ни одной целой кости. Прошу тебя спешиться, сахиб, я попробую вынуть проклятую пулю.

Перевязывая другу рану, афганец старался не встречать его взгляд.

— Сахиб, ты говорил… говорил, что видел кого-то? Ради Аллаха, скажи, как он выглядел?

Стальные мышцы Стива сотрясла крупная дрожь.

— Ты что, не смотрел, как… как эта тварь… вложила камень в руку скелета и бросила возле трона голову Нуреддина?

— Не смотрел, клянусь милостью Всевышнего! — воскликнул Яр Али. — Мои глаза не раскрывались — как будто шайтан залил их расплавленным железом.

Стив не отвечал, пока друзья не уселись снова в седла. Впереди лежал долгий и трудный путь к побережью, однако запасные лошади, вода и пища давали неплохой шанс его одолеть.

— А я видел, — угрюмо произнес американец. — О чем теперь очень жалею. Наверняка до конца жизни меня будут мучить кошмары. Лишь на секунду передо мной показалось это чудовище, и описать его, как описывают земное существо, я не возьмусь. Клянусь богом, оно не принадлежит нашему миру! Человек заблуждается, считая себя первым и единственным владетелем планеты Земля. Задолго до его появления здесь царили Древние; они и поныне живы, эти реликты жутких былых эпох. Быть может, иные, чуждые сферы незримо вторгаются в нашу материальную вселенную. С незапамятных времен чародеи умеют вызывать демонов и управлять ими с помощью магии. Отчего бы не предположить, что ассирийский заклинатель пробудил в недрах земли демонического элементаля, дабы тот отомстил за него?

Сейчас я попытаюсь описать тебе увиденное за кратчайший миг, и больше к этому разговору мы не вернемся. Гигантский силуэт чернее ночной тени. Монстр передвигается тяжело и неуклюже, на двух ногах, как человек, но прыжками, точно жаба. И у него крылья и щупальца. Видел я его только со спины; повернись он передом, я бы наверняка спятил. Правду сказал нам старый араб: это демон. Он вышел на зов Ксутлтана из чрева земного, из непроглядного мрака пещер — и с тех пор сторожит добытое колдуном в аду Пламя Ашшурбанипала!

Перевод Г. Корчагина

Примечание

Рассказ написан в 1930 году. Первая публикация — посмертно, в журнале “Weird Tales”, декабрь 1936-го. Существуют две версии истории создания данного произведения. Рассказ «Пламень Ашшурбанипала» первоначально был написан в начале 1930-х как сугубо приключенческая история с «восточным колоритом», без какого-либо мистического элемента. Нет сведений о том, в какие журналы эта версия рассказа была отправлена (хотя есть основания предполагать, что предназначалась она для “Argosy”). Говард позже пересмотрел историю, добавив сверхъестественный финал. Эта версия была отправлена в журнал “Weird Tales” после смерти Говарда его отцом, Айзеком Мордекаем Говардом. Глен Лорд обнаружил оригинальную версию рассказа в архивах и впервые опубликовал ее в альманахе “The Howard Collector” весной 1972 года.

Черный камень

Впервые я прочел об этом в удивительной книге фон Юнцта, немецкого эксцентрика, чья жизнь была столь же занятна, сколь мрачна и таинственна смерть. Мне посчастливилось узнать о «Безымянных культах» из самого первого издания так называемой «Черной книги». Она вышла в Дюссельдорфе в 1839 году, незадолго до того, как ее автора настиг неумолимый рок. С «Безымянными культами» библиофилы знакомы в основном по дешевым и неряшливым переводам, пиратски изданным в Лондоне в 1845-м, а также по изуверски сокращенному тексту, выпущенному в 1909-м нью-йоркским «Голден Гоблин Пресс». Мне же в руки попал настоящий немецкий том, вместивший в себя труд фон Юнцта от первого до последнего слова, — увесистая книга в кожаной обложке с ржавыми стальными накладками. Вряд ли во всем мире сохранилось более полудюжины ее сестренок, поскольку тираж был мизерным, а вдобавок, когда по свету разнеслась весть о трагическом конце автора, многие обладатели его книг в страхе поспешили их сжечь.

Всю свою жизнь (1795–1840) фон Юнцт посвятил запретным темам. Он много путешествовал, посетив все части света; его приняли в бессчетные тайные общества; он прочел неисчислимое множество малоизвестных эзотерических книг и рукописей на самых разных языках. И в главах «Черной книги» (где поразительная ясность изложения то и дело сменяется двусмысленностью и маловразумительностью) попадаются утверждения и намеки, от которых у читателя с нормальным рассудком стынет в жилах кровь. Следя за умозаключениями, кои фон Юнцт не побоялся отразить на страницах своей книги, вы не избежите мучительных домыслов о том, чего он сказать не решился. К примеру, каким загадкам посвящались убористо исписанные страницы неопубликованной рукописи, над которой он, не разгибая спины, трудился несколько месяцев кряду, вплоть до своей кончины? От тех страниц остались только мелкие клочки на полу наглухо запертой изнутри комнаты, где нашли труп фон Юнцта со следами когтей на горле. Так и не удалось выяснить, что было в той рукописи, ибо ближайший друг покойного, француз Алексис Ладю, после всенощной состыковки клочков предал их огню, а затем полоснул бритвой себе по горлу.

Но и опубликованные откровения германского мистика — не самая удобоваримая пища для размышлений. Общее впечатление большинства читателей таково: «Черная книга» суть метания поврежденного ума.

Штудируя ее, я в числе всевозможных загадок то и дело встречал упоминания о Черном Камне — занятном и страшноватом монолите, с незапамятных времен известном горцам Венгрии. С ним связано немало мрачных легенд. Правда, фон Юнцт не слишком подробно о нем писал — его вызывающие дрожь и зубовный перестук исследования посвящены главным образом культам и атрибутам черной магии, с которыми он соприкасался в свое время. Похоже, Черный Камень — материальный след некой религии, исчезнувшей столетия назад. Фон Юнцт назвал его «одним из ключей» — эта фраза повторяется многажды и с вариациями, являя собой одну из головоломок, которыми изобилует книга. Автор вскользь намекает на загадочные явления вблизи этого монолита; они бывают в Иванов день — вернее, в Иванову ночь.

Он упоминал гипотезу Отто Достмана о том, что Черный Камень появился во времена нашествия гуннов, его возвели в память о победе Аттилы над готами. Эту идею фон Юнцт решительно отмел, но увы, не подкрепил свое возражение убедительными фактами, лишь заметил, что