Вторая кожа - Эрик Ластбадер

— Ну что там?

— Это Белый Волк.

Чезаре закатил глаза. Шеф полиции, находившийся у него на содержании, слишком увлекся шпионскими романами. Он настоял на том, чтобы они пользовались шифрованными именами или же паролем, чтобы их голоса оставались анонимными во время телефонного разговора.

— Зеленый Дельфин слушает, — ответил Чезаре, все еще думая о Поле и его странном поступке.

— Я по поводу убийства этого бывшего полицейского, Льюиса Кроукера.

— Ну что там стряслось? — лениво проговорил Чезаре. — Я же велел тебе сделать так, чтобы расследования этого убийства не было.

— Никто и не собирается этого делать, — сказал шеф полиции. — Самое интересное то, что Кроукер не появился ни в одной больнице в округе.

— Ясное дело, ведь я же его укокошил, — рассмеялся Чезаре.

— Я бы не стал этого утверждать, — услышал он на другом конце провода. — Я только что говорил со следователем по особо важным делам, и он заявил, что труп Кроукера не обнаружен, У него вообще нет сведений об этом убийстве. Я сам просмотрел все полицейские отчеты, обзвонил больницы, поговорил еще кое с кем — надеюсь, тебе понятно с кем именно — и пришел к выводу, что машина «скорой помощи», приехавшая по вызову, была подставной.

Все мысли о Поле Чьярамонте и Фрэнси Гольдони тут же испарились из головы Чезаре. Он медленно повернулся и взглянул в лицо Веспер. Тут возможны были два варианта развития событий, и оба ему не очень-то нравились. Либо Кроукер был мертв, и его подобрали федеральные агенты, что сулило тщательное тайное расследование убийства, на которое, возможно, даже он, Чезаре Леонфорте, не сумеет оказать влияние; либо смерть детектива была хорошо разыгранным спектаклем. Если Кроукер остался в живых, значит, Веспер, стрелявшая в него, была не тем, за кого себя выдавала.

— Так кто же его подобрал?

— Не знаю. Поверь, я сделал все, что мог.

Чезаре глубоко вздохнул:

— Ты уверен в том, что сейчас мне рассказал?

— Уверен настолько, насколько вообще можно быть в чем-то уверенным в этом шатком мире, — ответил шеф полиции.

Леонфорте медленно опустил голову.

— Спасибо, ты мне очень помог.

— И еще вот что, — продолжил шеф полиции, — я потерял контроль над происходящим, так что предлагаю прервать наши отношения на то время, пока все не уляжется. — Он засмеялся, но было в его голосе что-то странное. — Не забудь меня в своем завещании.

Чезаре положил трубку, и в его памяти всплыло лицо человека, на которого он наткнулся в холле: в нем не было ничего примечательного, кроме одного — Чезаре был уверен, что никогда прежде его не видел.

Со стоном отвращения и ярости он распахнул дверь и хлопнул ею так, что, ударившись о резиновый ограничитель, она зазвенела как тетива лука.

— Тот парень! — Чезаре выскочил в холл, Веспер тоже выбежала вслед за ним. — Где тот чертов парень?

Охранник посмотрел на своего босса и спросил:

— Какой парень?

— Тот, на которого я чуть не наткнулся минуту назад!

— Мики? Джоуи? Фредо? Кто?

— Да ни один из них, идиот ты эдакий! — кричал Чезаре, сбегая вниз по лестнице. Он хотел описать внешность парня, но вдруг понял, что не может, этого сделать. Охранник был крупным, мускулистым, но без особых примет. — Но ведь кто-то из вас, болванов, должен был его видеть! Какого хрена я плачу вам деньги? Чтобы вы стояли, почесывая яйца, и ни хрена не видели, что делается возле вашего носа?

Когда Леонфорте спустился на первый этаж, входная дверь распахнулась. С грацией балетного танцовщика Чезаре развернулся и, выхватив револьвер, приготовился встретить Пола и Фрэнси, но вместо них в дверь вломился Джоуи. Лицо его было красным и необычно встревоженным.

— Босс, сюда летит вертолет! — заорал он.

Чезаре взмахнул руками:

— Ну и что? Сюда все время прилетают вертолеты!

— Я смотрел на него через очки. — Джоуи имел в виду бинокль. — Это вертолет федералов!

— Федералов? — Леонфорте в это не мог поверить, но Джоуи энергично закивал головой, как игрушечная гуттаперчевая собачка в заднем стекле машины. В большом вестибюле воцарилась мертвая тишина, словно в воздухе пролетел ангел смерти.

— Ага, — продолжал Джоуи, переводя дыхание, — такие вертолеты были во Вьетнаме, там полно оружия, снайперских винтовок, пулеметов, автоматов и пушек. Он летит очень низко, почти задевая верхушки деревьев.

— Бежим! — Чезаре схватил Веспер за руку и помчался через быстро заполнявшийся людьми вестибюль к дальнему коридору, который вел на кухню. В висках стучало, голова раскалывалась на части от мыслей.

— Сюда! — прошипел он, толкая девушку через кухню в кладовую. Там было прохладно и темно. В своем доме Чезаре знал каждый дюйм, потому что лично следил за его строительством. Беглецы ощупью добрались до правого дальнего угла помещения. В нижней части стеллажа Чезаре отодвинул две банки с вареньем и нажал на кнопку. До них донеслось дыхание сырого подземелья, запахло сероводородом.

— Быстро вниз, — прошептал Чезаре, пропуская вперед девушку. Он нажал на еще одну кнопку, и панель над их головами бесшумно отошла в сторону, закрыв отверстие, через которое они спустились в подземелье.

Дом не имел цокольного помещения, что было типично для Флориды, где вода подходила совсем близко к поверхности земли. Но по настоянию Леонфорте при строительстве дома предусмотрели этот неглубокий подземный ход, сказав строителям, что он предназначен для волоконно-оптического кабеля и вспомогательных электролиний.

Он вел Веспер сквозь темноту вперед, держа руку на ее шее и то и дело заставляя девушку нагибать голову, чтобы она не ударилась о выступ стены. Веспер осталась единственным существом в его жизни, над которым он сохранил власть, и для него это было важно в любом случае — являлась ли она тем, кем себя называла, или оказалась предательницей, пытавшейся вместе с Кроукером и федеральными агентами уничтожить его. В конечном счете было не так уж и важно, кто на самом деле эта Веспер. Главное — она с ним словно волшебный талисман, охраняющий его в этом шатком мире. Как любовница или заложница, какая разница? А Кроукер и федералы пусть ищут их до посинения.

Чувствуя себя скованным и неловким из-за латексных накладок на лице, Кроукер поспешил выйти из дома и, оказавшись под палящим солнцем Флориды, тут же начал покрываться потом. Вспомнив предостережение Рико Лаймона относительно разрушительного воздействия жары на латекс, он стал потеть еще сильнее.

Приблизившись к группе людей во дворе. Лью увидел, что два охранника сопровождают смуглого человека, который держит пистолет у виска Фрэнси. Он всегда считал, что лучшая защита — это нападение, поэтому тут же обрушился на охранников.

— Что тут, черт побери, происходит?

— Я на минуту отвлекся и выпустил это отродье из виду, — сказал смуглый, — можешь сказать Бэду Клэмсу, что я девчонку нашел. Конечно, сам виноват, но хорошо то, что хорошо кончается.

— А ты-то кто такой? — спросил один из головорезов с собакой на поводке.

— Джоуи Хэнд, — ответил Кроукер, показывая свою биомеханическую руку.[2] Он упорно не замечал изумленных глаз Фрэнси.

— Не знаю никакого Хэнда, — буркнул наемник.

Собака поскуливала у его ноги. Казалось, она так и ждала команды хозяина вонзить зубы в бедро Кроукера.

— Я из Нью-Йорка, — сказал Лью скороговоркой и продолжил: — Босс привез меня сюда, чтобы я помог ему управиться с бабой и ее отродьем.

— У нас уже есть здесь один из Нью-Йорка, — сказал другой охранник. — Пол Чьярамонте. Он привез эту бабу с дочкой. — Головорез взглянул сначала на Лью, потом на Пола. — Разве вы не знакомы?

Кроукер увидел, как Чьярамонте открыл было рот, чтобы ответить, но Фрэнси незаметно наступила ему на ногу. Пол широко улыбнулся, хотя в глазах его появились слезы.

— Ну конечно! Кто же не знает Джоуи Хэнда в Нью-Йорке! — Чьярамонте протянул Кроукеру руку, которую тот схватил и крепко пожал. Их глаза встретились. — Мы познакомились... черт, когда же это было? А, должно быть, в Бенсонхерсте, на свадьбе Донелли.

— Правильно, — улыбнулся Лью, чувствуя, как по спине стекает струнка пота. — На свадьбе у Донелли. Вот это была гулянка, черт ее побери!

Интересно, как это актерам в парике и гриме удается сохранять естественность и непринужденность?

— Клянусь Богом, — сказал Пол, подхватив предложенную игру. — Пирушка была что надо! Помнишь Роуз? — И он выпятил грудь.

— И Софи, которая вопила песни как ненормальная?

— Ладно, — сказал охранник с собакой, — хватит воспоминаний! — Он повернулся к Кроукеру: — Босс не совсем уверен в Чьярамонте. Он сказал тебе, что мы должны сделать с этой парочкой? Вести их в дом?

— Хочу к маме! — закричала Фрэнси и потащила Пола в сторону домика для гостей.

Кроукер мысленно благословил смекалку девочки и сказал:

— Босс велел держать эту бабу и ее отродье вместе, чтобы удобнее было за ними следить.