И всё-таки я люблю тебя! Том 1 - Елена Харькова

Вовчик, как и всегда, проспал до часу дня, не реагируя даже на шум, когда Рита двигала стол. Уставшая, но с чувством удовлетворения от хорошо выполненной работы, Рита села на стул и ещё раз оглядела комнату. Убогость обстановки ничем, конечно, не прикроешь, но зато всё теперь сияло чистотой. Теперь можно и позавтракать.

Рита принесла с кухни чайник. Порывшись в тумбочках, она, кроме заварки, остатков сахара и вчерашней головы селёдки, ничего больше не нашла. Еда здесь, как видно, не успевала залёживаться. Всё покупалось в мизерных количествах и съедалось моментально. Что ж, придётся позавтракать пустым чаем. Рита налила две чашки и стала будить Вовчика. Она не знала, как к нему обратиться. Папой его называть – слишком для него жирно, а Вовчиком – слишком пошло.

– Эй, эй, вставайте, – потрясла она его за плечо, – вставайте. Чай уже готов.

Но Вовчик только прохрюкал что-то невразумительное, перевернулся на другой бок и опять засопел.

Рита выпила чай и стала везде искать деньги, чтобы сходить в магазин и купить что-нибудь на обед. Но нашла только двадцать копеек в кармане маминого халата.

«Хоть хлеб куплю, и то ладно. Можно будет с чаем его поесть. А то неизвестно ещё, во сколько мама с работы вернётся».

Рита взяла сумку-авоську и хотела одеться, но с ужасом увидела, что её красивой белоснежной песцовой шубки нет. Рита стала перерывать всю одежду, но нигде свою шубу не нашла. Не было и песцовой шапки. Даже унты пропали. Рита от отчаяния готова была разрыдаться.

«Украли! Всё украли! Дверь после ухода матери осталась открытой, вот кто-то из соседей всё и стащил. В чём же я теперь ходить буду? Мама мне не сможет одежду купить. Ей и на еду-то денег не хватает. Что будет! Представляю, как она расстроится».

Мать вернулась на удивление быстро. Настроение у неё было отличное. Она вошла, улыбаясь, в комнату, поставила на пол два больших пакета и скинула платок. Вовчик удивлённо присвистнул. Верка обрезала свои неухоженные космы и сделала красивую причёску. Стрижка омолодила её на несколько лет. Кроме этого, Верка накрасила губы тёмно-вишнёвой помадой да подкрасила глаза.

– Вот это да! Ай да красотка! – Вовчик подскочил к любовнице. – Девушка, можно с вами познакомиться?

– Да иди ты, – хохотнула она.

Вовчик полез к ней обниматься, а Верка, хихикая, отпихивала его. Рита смущённо отвернулась. Возня у двери продолжалась ещё несколько минут, пока Верка всё-таки напомнила сожителю, что они в комнате не одни. Вовчик недовольно покосился на Риту и перестал тискать любовницу.

Верка прошлёпала в сапогах по вымытому полу и водрузила пакеты на стол.

– А ты, Ритка, чего такая хмурая? Смотри, что я тебе купила.

Рита собралась с духом.

– Мои вещи украли, – угрюмо произнесла она.

– Украли?! Едит твою налево! А что именно украли? – всполошилась Верка.

– Всё пропало: и шуба, и шапка, и унты.

– А, ты про это. Не переживай, твои вещи не украли. Я их продала, – невозмутимо ответила Верка.

Рита удивлённо поглядела на мать.

– Продала?!!

– Ну да. А что, ты собиралась в этих мехах по нашему району шастать? Тебе бы враз по башке настучали да обворовали. Да и нечего шиковать, когда в доме и пожрать-то толком ничего нет.

– Но как ты могла без спросу взять мои вещи и продать?!! – возмутилась девушка.

– Что?! Ты меня и за мать уже не считаешь? Совсем от рук отбилась? – рявкнула Верка.

– Но так нельзя поступать! Это никому не позволено распоряжаться чужими вещами. Это мои вещи, а не твои. Не ты их купила, не тебе и продавать! – в отчаянии кричала Рита.

– Ах вот оно что! – мать с ненавистью окинула её взглядом и упёрла руки в бока. – Легушовская порода из тебя попёрла! Ты, Ритка, свои барские-то замашки брось. И права здесь не качай. Ишь, цаца какая! Её, видите ли, не спросили! Перебьёшься! Здесь я хозяйка! И пока ты живёшь со мной, я буду распоряжаться всем: и твоими шмотками, и твоей жизнью. Как я решу, так оно и будет. А не нравится – вон Бог, а вон порог.

Рита сникла. Деваться-то ей было некуда.

– Но в чём я буду ходить?! – еле сдерживая слёзы, пробормотала Рита.

– Вот это другой разговор. Вот, посмотри, что я тебе купила.

Верка развернула первый свёрток и достала искусственную шубу какого-то ужасного зелёно-коричневого цвета с белыми и чёрными пятнами, детскую красную вязаную шапку с помпоном и длинными завязками, а ещё войлочные серые сапоги.

– Всё почти как новое! А шубка-то ещё теплее, чем у тебя была! – радовалась Верка. – Глянь, какая подкладка в ней толстая!

– Вот это ты купила мне?!! – в шоке прошептала Рита. – Я это ни за что не надену!

– Ну и сиди дома, – равнодушно ответила мать и бросила шубу дочери.

Рита готова была разрыдаться.

– Но как я появлюсь в этом в школе? Меня же на смех поднимут!

– В школе? А ты разве не закончила восемь классов?

– Я в десятом.

– Ну и хватит. Нечего мозги всякой ерундой загружать.

– Ты что! Мне же надо десять классов закончить.

– Зачем?

– Как зачем? Чтобы в институт поступить.

– В институт?! – Верка усмехнулась. – Ты что, собираешься на моей шее ещё шесть лет сидеть? А я все эти годы буду надрываться, чтобы тебя, взрослую дылду, кормить и одевать? Ну уж нет. Давай-ка, милая, бросай все эти глупости. Профессорши из тебя всё равно не получится. А вкалывать на заводе можно и с восемью классами. И хватит перечить мне! Бабка тебя совсем испортила. Запомни, здесь тебя никто баловать не собирается. Мне не до этого. Придётся тебе, дорогуша, вместе со мной на хлеб зарабатывать.

– Но я же ещё несовершеннолетняя! Меня на работу не возьмут.

– Ничего, пока со мной поработаешь. Я ещё два дома возьму. Вот их ты и будешь убирать. Лишние шестьдесят рублей нам не помешают. А через два года куда хочешь, туда и устраивайся работать. Мне всё равно. Лишь бы деньги приносила.

Рита с ужасом слушала мать. Она не была готова к такой жизни. Если бы она с детства осталась жить в этом бараке, возможно, она, не задумываясь, пошла бы мыть подъезды. Но сейчас! Не к такой участи она готовилась. Не об этом мечтала. Они с бабушкой уже ездили в медицинский институт, в который Рите предстояло поступать. Рита усердно штудировала учебники, посещала репетиторов. И вот всё рухнуло. Теперь ей придётся мыть грязные, оплёванные подъезды и мечтать о должности ткачихи или сварщицы!

Рита посмотрела на Вовчика, который во время спора согласно поддакивал Верке.

– А почему ты его содержишь? Он же нигде не работает.

– А вот это не твоё дело. Когда подрастёшь и узнаешь, что такое любовь, тогда и поймёшь, – отмахнулась мать.

– Я уже знаю, что такое любовь! – с вызовом ответила Рита. – Но я бы никогда ради того, чтобы мужчина жил со мной, не стала бы его содержать!