Тени забытых земель - Веда Корнилова

- Знаете, я начинаю думать, что вы отчего-то предвзято ко мне относитесь.

- При чем тут предвзятость? Ее и близко нет. Ланьеж, а он был очень знающим человеком в воинской науке (надеюсь, этими словами я не обидел никого из присутствующих здесь господ), так вот, он мне кое-что поведал. Все помнят, что когда мы впервые встретили на том острове нага, то ему снесли голову. Однако под первый удар хвоста нага попали мы с племянником, и потому я пропустил саму схватку с хвостатым, а также то, каким образом вы его завалили. Кстати, господа, вы молодцы, право слово, молодцы!

- Спасибо.

- Не за что... Так вот, Ланьеж сказал мне, что вы, брат Титус, тогда бросили в нага свой нож, и точно попали в цель. Все это хорошо, только вот замах при том броске был короткий, практически всего лишь кистью руки, а нож вы посылали из крайне неудобного положения. Да и двигались вы так, что Ланьеж, который, если можно так выразиться, собаку съел в самых разных сражениях, дал однозначное утверждение: у вас, брат Титус, имеется хорошая воинская подготовка. Кроме того, не отдавая себе в том отчета, вы, дорогой мой, в сложную минуту применили пару приемов из числа тех, коим никак не учат в монастыре Святого Фомиаса. Молодой человек, тут вы прокололись. Конечно, ситуация была крайне опасной, но вы справились успешно, однако действовали по давно наработанным приемам, не позаботившись о видимости прикрытия. Увы, но при долгой учебе подобные инстинкты уже срабатывают на подсознательном уровне...

- Ерунда! - выдал свое мнение брат Белтус. - Чего вы к парню без дела цепляетесь? Я в то время находился рядом с ним, и ничего такого не заметил! Солдат я, смею надеяться, неплохой, так что врез посек бы это самое умение брата Титуса, о котором вы говорите.

- Брат Белтус, не спорю, вы - замечательный воин, но, насколько мне сказали, в прошлом были наемником, так?

- Да... - покаянно склонил голову брат Белтус. - Каюсь, грешен, хотя кто из нас без греха? Оправданием мне может служить только то, что сейчас я терзаюсь угрызениями совести, ушел от мира, и по мере моих слабых сил стараюсь замолить свои немалые прегрешения.

- Так вот, брат Белтус, вы уж не обижайтесь, но простой наемник и воин с уникальной подготовкой - это, как говорят в одном далеком иноземном городе, две большие разницы. Вы можете не заметить того, что уловит взгляд профессионала, а Ланьеж, вечная ему память, был как раз из таких.

- Я и без ваших слов знаю, что рубиться в пехоте - это одно, а те ловкачи, что выполняют особые и щекотливые поручения, о которых знают единицы - это совсем другое. Но при чем здесь брат Титус? Не стоит шить парню того, чего нет.

- Видите ли, брат Белтус, к тому времени, как нас посадили под замок, я был почти убежден в том, что брат Титус не просто так оказался среди нас - нюх на подобные вещи у меня хороший. Оставалось только разобраться, кто он такой и что ему надо среди нас. Пришлось тряхнуть племянника. Ну, тот на вопрос о брате Титусе, кроме слов "хороший парень" проговорился о том, что тот воспитывался в монастырском приюте.

- А я этого и не скрывал... - брат Титус пожал плечами. - Чтоб вы знали: там много чем можно научиться. В том числе и дракам.

- Верю... - дядюшка был - сама благожелательность. - А еще по таким приютам ходят те, кто отбирает самых толковых и ловких мальчишек для того, чтоб в будущем они стали защитниками веры и церкви.

- Это вы на что намекаете? - после короткой паузы спросил брат Белтус. - На инквизицию?

- Чего там намекать, и так все ясно... - махнул рукой дядя Эдвард. - Молодой человек, вам следует сменить нож - внешне он куда больше смахивает на метательный, чем на тот, который используют для хозяйственных нужд. Подобные ножи я уже видел не единожды, и потому имею представление, для кого большей частью они изготавливаются. К тому же несколько раз в жизни мне довелось встретиться с братом Папеусом, о котором говорили, что он был учителем в... школе для таких вот одаренных детишек, и потому мне известно, что этот достойный человек любому оружию предпочитает именно такие ножи, а уж метает их брат Папеус просто виртуозно. Брат Титус, не подскажете, правду или нет говорят о том, что он с завязанными глазами мог пришпилить к земле бегущую мышь, которая находилась от него на расстоянии тридцати шагов?

- Так ты, дядя, что... - растерянно спросил Андреас, - утверждаешь, что брат Титус - из святой инквизиции?

- А откуда же еще? - фыркнул дядюшка. - Там вообще парни хваткие, на ходу подметки режут, и наглядным примером этому утверждению служит брат Титус. Тихий, скромный человек, на которого подозрения падут в последнюю очередь.

- Инквизиция... - помотал головой брат Белтус. - Твою же мать...

- Не богохульствуйте! - не дал тому договорить брат Титус. - Слушать тошно.

- Брат Титус... - вновь заговорил дядюшка. - Все же прошу вас пояснить, каковы были ваши цели, раз вы рискнули отправиться с нами. Я знаю, что от инквизиторов много не добьешься, народ вы скрытный, себе на уме, но сейчас сложились особые обстоятельства. Дело не в моем неуемном любопытстве, и не в том, что я хочу вытряхнуть из вас какие-то сведения, просто хотелось бы знать, что можно ожидать от служителя столь грозной организации. Кроме того, вопрос касается чисто прозаического интереса: если мы все же доберемся до берега, то далее нам предстоит долгий путь до монастыря, и потому хочется знать, можем ли мы полностью доверять тому, кто идет рядом с нами. От путешествия по неизвестным местам не стоит ожидать ничего хорошего до того времени, пока в группе есть недоговоренности и недомолвки. Если можно так выразиться, то мы все сейчас находимся в одной лодке, как в прямом, так и в переносном смысле этого слова. Когда же все гребут в одну сторону, а некто вдруг вздумает им помешать... Ну, вы меня понимаете.

Недолгое время стояла неловкая тишина, но затем брат Титус, придя к какому-то решению, пожал плечами.

- Что ж, пожалуй, кое в чем вы правы, и мне не стоит дальше отрицать очевидное. К тому же нам всем предстоит добираться до монастыря, а путь до него не близок... Предупреждаю сразу: отвечу не на все вопросы. Конечно, я нарушаю устав нашего ордена, но надо сделать все, чтоб путь был удачным. Я должен сообщить в свой орден о том, что в действительности творится на Запретных землях, а заодно немного позже святым братьям будет крайне необходимо прочистить мозги кое-кому из местных обитателей и привести к раскаянию их давно заблудшие души. Если вы не поняли, то я говорю о нагах.

Андреас был просто-таки ошарашен всем услышанным. За время пребывания в монастыре Святого Кармиана он привык считать брата Титуса если не другом, то честным и беззлобным парнем, а тут такое... Странно и непонятно, только вот инквизиторы просто так не появляются. Интересно, какую ересь брат Титус собирался найти в монастыре Святого Кармиана? А может, целью брата Титуса был именно молодой принц? Наверняка этот человек не просто так стал его единственным другом в этой отдаленной обители. Нет слов... Ну что тут скажешь, ловкий парень!

Зато брат Белтус не молчал:

- Ну не хрена себе! - он переводил свой взгляд с одного человека на другого. - Инквизиция! Вот только этих лицемерных святош здесь еще не хватало для полного счастья!

- Что ж вы так святую инквизицию не любите, брат Белтус? - молодой инквизитор с легкой насмешкой смотрел на возмущенного монаха.

- Так вы не девки, чтоб вас любить! От вашей братии любой человек старается оказаться как можно дальше. А насчет напускного благочестия... Брат Титус, ты что, и верно, собрался нагов к покаянию привлечь? Да ты у них души-то видел?

- Душа есть у каждого живого существа, главное - привести ее в лоно матери-церкви и заставить раскаяться в грехах, совершенных им на тот момент, и здесь уже не имеет значения, хочет этого то самое создание, или нет.

- Точно, слышу глас инквизиции... - подвел итог брат Белтус. - Не сомневайтесь: этот парень именно оттуда. Надо же, святоши добралась и до Запретных земель!

- Святая инквизиция там, где она нужна! - негромко, но твердо произнес брат Титус.

- Ну, это вопрос спорный! - ухмыльнулся брат Белтус. - Иногда эти ханжи прутся туда, где им абсолютно нечего делать. Кстати, господа хорошие, не советую безоглядно доверять словам инквизитора: он вам может наплести с три короба, а правды все одно не скажет!

Что касается самого Андреаса, то в его душе боролись растерянность, недоумение и обида. Получается, что та дружеская поддержка и участие, которое он всегда чувствовал со стороны брата Титуса - это была ложь, игра по приказу? Выходит, в свое время к молодому принцу приставили соглядатая? Вот такого Андреас точно не ожидал! Однако следует не забывать и о том, что брат Титус спас его в тот момент, когда воздушный шар упал в воду: если бы не этот молодой инквизитор, то Андреас вряд ли сумел бы спастись. Да и сейчас без помощи брата Титуса людям было бы не уйти с острова.