Ведовство 1. Каникулы в Бухаресте - Ольга Подпалова

- Какой? - не удержалась от вопроса.

- Тогда это не будет сюрпризом, - весьма разумно заметил Габриель, весело прищурившись.

Итак, нынешний Бухарест - это широкие бульвары с трехрядным движением, парки с озерами, помпезные общественные здания, внушительные монументы, которые придают городу некий "парижский" дух. Отпечаток латинского влияния здесь соседствует с мистицизмом православных храмов.

Причем я знала, что Раньше Бухарест был прекраснее. Он сильно пострадал во время Второй мировой войны, а еще сильнее в период правления Николае Чаушеску. По приказу румынского генсека уцелевшая во время бомбежек союзников историческая часть Бухареста была разрушена. Снесли старинные церкви и прекрасные дворцы. Не менее мощный удар по архитектуре города нанесло землетрясение в семидесятых годах прошлого столетия. Но даже то, что осталось, смогло передать настрой этого города.

На холме, на правом берегу Дымбовицы, в центре города очень живописно расположился главный храм страны - Патриарший собор. На него мы полюбовались издалека со смотровой площадки, куда меня вывел Габриель, демонстрируя потрясающее знание незнакомого города, словно прожил тут лет десять, а не провел последние семь веков вмурованным в лед. Оттуда же замечательно просматривался Патриарший дворец, расположенные вокруг собора здание Палаты депутатов, колокольня и три каменных креста, возведенных в период пятнадцатого - семнадцатого веков, образовавшие впечатляющий комплекс.

Нырнув в ближайший подземный переход, ведущий к метро, проехали до станции с легко переводимым названием Universitate, чтобы оказаться на аккуратненькой площади.

- Пойдем, - Габриель потянул меня к одному из небольших магазинчиков, деликатно, но при этом твердой рукой подтолкнув в дверной проем. Воздух здесь оказался наполненным особым, легко узнаваемым запахом книжной пыли и ароматом, свойственным страницам книг, едва вышедших из печати. На полках, тянущихся вдоль стен и на стеллажах были расставлены и аккуратно отсортированы новенькие книги и подержанные пыльные тома самых разных жанров, на разных языках, стоящие копейки. Пусть я и не имела замашек Гелы, жаждущей собрать в своей коллекции все мало-мальски древнее и ценное, но испытала непреодолимое желание скупить как минимум половину всего товара. Габриель спокойно привалился плечом к одному из стеллажей, с довольной улыбкой наблюдая за моими метаниями в заранее обреченной на фиаско попытке умерить свой аппетит.

- Позволь напомнить, что наша прогулка фактически только началась, - я вздрогнула, услышав его голос у самого уха. Пытаясь выбрать между двумя книгами, одна из которых должна была стать уже седьмой в стопке моих покупок, я совершенно не заметила, как близко он подкрался.

Оплатив все двенадцать томов и договорившись с хозяином забрать пакет сегодня вечером или завтра утром, мы снова вышли из полумрака магазинчика на солнечный свет.

Поймав такси, Габриель поинтересовался:

- Какой из парков предпочитаешь посмотреть Чишмиджиу или Херэстрэу?

- Пока они для меня различаются лишь зубодробильными названиями, - откликнулась я, заслужив возмущенный взгляд таксиста.

- Херэстрэу раскинулся на большей площади и там больше озер, а Чишми находится в самом центре Бухареста…

- Не надо озер, - попросила я, припомнив приключения Мокоши. - Местные русалки не перенесут знакомства с очередной представительницей нашей ведьминской компании, - поделилась я с демоном соображениями. Для того чтобы любопытный таксист не подслушал это не совсем нормальное для обыкновенных людей общение, мне пришлось прошептать эти слова почти что вплотную прижавшись к Габриелю. В следующий миг я поймала в зеркальце заднего вида очередной взгляд водителя, явно решившего для себя, что мы ищем скорее уединения, а не достопримечательности.

Всю оставшуюся поездку я старалась держаться от рийхарда на пионерском расстоянии и всячески делала вид, что не замечала и совершенно не интересовалась причиной, по которой на его губах блуждала легкая улыбка.

Габриель попросил высадить нас в паре кварталов от центрального входа в парк. И расплатился, пока я сдерживала желание слегка расплавить резину колес. Ну совсем немножечко!

Мы уже свернули с центральных улиц в жилой квартал, а я не переставала крутить головой. Здесь отремонтированные красивейшие особняки перемежались с цыганскими домами - большими запущенными зданиями с заколоченными окнами и дверями, с собаками во дворах. Странное зрелище.

На встречу нам попадались идущие по свои делам как румыны, так и собственно цыгане. Кстати о коренном населении. Местные парни оказались очень симпатичными и даже красивыми - что-то среднее между турками и итальянцами. Но вот темперамент у них оказался явно не южный. Все, у кого мы справлялись о дороге, отличались спокойствием и некоторым пофигизмом, что соответствовало тому, что я заранее узнала из интернета еще в Киеве. Девушки не впечатляли вообще, поголовно темненькие и довольно страшненькие. Наши гораздо интереснее. Невольно задалась вопросом: как такие девушки потом рожают таких парней?

А вот цыгане меня разочаровали. Я ожидала увидеть красивых и гордых людей, а наблюдала лишь убого одетых, ходящих босиком, просящих милостыню или просто сидящих в закоулках. Никаких песен, плясок или театра "Ромэн" не было и в помине.

Сам сад Чишми производил исключительное впечатление: казалось, будто попадаешь в маленький зеленый оазис в самом центре шумного города, с историей которого он органически связан.

- В давние времена здесь было болото, - вторя моим мыслям, принялся рассказывать Габриель. - На нем рос камыш и папоротник, водились дикие утки. Особую роль в превращении болотистого участка в цветущий сад сыграл русский генерал Киселев. После русско-турецкой войны и заключения мирного договора в Адрианополе генерал Киселев стал руководителем русской администрации в румынских княжествах. За несколько лет он много сделал для благоустройства Бухареста. В частности, приказал осушить болото и создать на этом месте городской сад.

- Откуда ты все это знаешь? - в очередной раз подивилась его осведомленности.

Рийхард таинственно улыбнулся и сделал пригласительный жест, явно не собираясь удовлетворить мое любопытство. Похоже, ему нравилось держать меня в неведении и заставлять мучатся догадками.

- Скажи, тебя не смущает, кто я? - поинтерисовался Габриель, взяв мою ладонь в свою.

Вот и подошли к самому главному, - поняла я.

- Смущает, - призналась, но тут же поспешила объяснить. - В библиотеке вампиров я прочла немало информации про демонов, все источники твердят, что вы - не люди, не умеете чувствовать как мы, живете другими приоритетами. Меня смущает именно это, а не твоя раса.