Седой - Евгений Эс

Типи Ароса многозначительно улыбнулась и нежно взяла Виктора за руку, слегка поигрывая при этом пальчиками. Она была настолько обворожительна, что Сомов на какое-то мгновение даже дрогнул.

— Это абсолютно невозможно. Вернитесь в дом, баронесса. Не вынуждайте меня применять силу, — хрипло ответил он и повысил голос: — Стража, на изготовку!

Лжестражники пришли в короткое движение и замерли, угрожающе наклонив пики вперед. Это произвело соответствующее впечатление и лишило баронессу последней надежды, как-то договорится с неуступчивым капитаном стражи.

— Ах так! — воскликнула разозленная женщина, краснея, раздувая в гневе ноздри и сразу теряя все свое очарование, — Вы мне за это заплатите, капитан Шарапов! У меня много влиятельных друзей, способных заступится. И я запомню имя моего обидчика.

— Уверен, что вы его никогда не забудете, — ослепительно улыбнулся Сомов.

Типи повернулась было уйти, но вдруг заметалась на месте.

— Капитан, но у меня там, в карете кое-какие ценности…

— Не волнуйтесь, баронесса, вы и ваши ценности под надежной охранной. Стража, проводить всех задержанных в дом! Именем короля, выполнять!

Баронессу и нескольких ее слуг чуть ли не силком отогнали от кареты и отконвоировали в дом. Стоило закрыться дверям особняка, как стражники заторопились обратно к воротам. К этому времени из карету уже обыскали и выгрузили роскошный ларец.

— Заперт, — сказал один из разбойников.

— Тяжелый, — уважительно добавил другой.

— Отставить разговоры!

Сомов быстро осмотрелся по сторонам. Вокруг вроде было спокойно, но любопытные горожане уже начинали скапливаться неподалеку, хотя и не смели приближаться. Все лжестражники были в сборе, и пора было уносить ноги.

— Построились. Ларец взяли и за мной марш, — прошипел Виктор.

Зеваки с недоумением наблюдали, как отряд стражников спешно загрузился в большой тюремный фургон и тот сразу же тронулся в путь, стремительно набирая скорость. Из произошедшего удивленная публика практически ничего не поняла и вскоре разошлась по своим делам.

Орк гнал, не обращая внимания на надрывный хрип лошадей, перепуганных прохожих едва успевающих отпрыгнуть в сторону, чтоб не попасть под колеса кареты и глухой мат, доносившийся изнутри фургона. Сомова подбрасывало, кидало из стороны в сторону и переворачивало, словно он оказался в барабане стиральной машины. Фургон пронесся по улицам, вероятно поставив рекорд скорости перемещения по городу, опрокинув по пути не один лоток уличных торговцев и чудом не передавив массу народа. Когда добрались до вертепа, вскрыли ларец, высыпали наличность на стол и прикинули стоимость золота и драгоценностей у всех наступил легкий шок.

— Невероятно, — выдавил из себя Орк, не в силах оторвать глаз от груды золота, — никогда не видел такой кучи денег.

Вокруг него напирали разбойники, толкались и чуть ли не подпрыгивали от восторга.

— Дайте, дайте и мне глянуть.

— Великая Ура услышала мои молитвы.

— Вот это да! Этого же на всю жизнь хватит.

— Но-но! — пришел в себя Орк, вспомнив, что главный здесь он и спуская на землю размечтавшихся бандитов, — Вы пальцы не растопыривайте. Половина пойдет на общее дело, часть уйдет Старому, нужным людям тоже придется отстегнуть, а вот остальное уже поделим по-братски.

Но его слова не смогли унять ликование разбойников.

Сомов не принимал участие в общей давке вокруг ларца, а присел в стороне рядом с Вампиром, который также был далек от суеты и смотрел на происходящее с болезненной улыбкой.

— Это была отличная работа, старик, — похвалил его Виктор, — У тебя просто золотые руки.

— Это был отличный был план, — тихо отозвался Вампир, и почти по-отечески посмотрел на Сомова, — Ты сумел удивить старого вора, а я много хитростей повидал на своем веку, но такую… С твоей головой, Музыкант, ты далеко пойдешь. Только береги ее, смотри, чтобы не отрезали. Лихих и завистливых людей хватает. Сейчас ты высоко взлетишь, и это точно кому-то не понравится.

— Я смотрю, старик, — помрачнев, ответил Сомов, — я очень внимательно смотрю.

А потом был праздник. Сначала накачались вином в притоне, а под вечер большая разгульная компания направилась в портовую таверну продолжать веселье и пугая на своем пути одиноких прохожих. Выбранное заведение «Трюм» было самым большим в порту и достаточно дорогим для разбойников, но сегодня они могли себе позволить многое. Заказывали коллекционные вина и самые эксклюзивные блюда в огромных количествах. Шумная компания быстро распугала остальных посетителей и к ночи они остались практически одни в таверне. Хозяин таверны быстро сообразил, с кем имеет дело и ни в чем не перечил гостям, тем более что они платили не скупясь. К пирующим разбойникам вскоре присоединился Старый вместе с Вирой и своей ближайшей свитой. Как Виктор не старался пить поменьше, поучалось это плохо, и постоянно находился кто-то желающий выпить с ним вместе еще раз. В голове уже порядком шумело, и он не слишком отчетливо соображал, что происходит вокруг.

— Слово! — заорал Орк, требуя внимания, — Выпьем за моего друг Музыканта! Потому что он такой… Он один такой!

— За музыканта! — хором поддержали разбойники и, опрокинув в глотки кружки, заколотили ими по столу.

— Слово! — не унимался Орк, — Музыканту дадим две доли!

— Справедливо! — подхватывали разбойники, — За Музыканта!

— Слово! — встрепенулся Сомов, — Вампиру тоже две доли!

— Справедливо, — кивнул головой Орк, — Вампиру полторы доли.

— Справедливо! — восклицали разбойники.

— Слово! — Орка несло вовсю, — Музыкант отныне моя правая рука.

— За Музыканта, — подхватывали радостные бандиты.

Один лишь Старый слыша все это, не кричал и каменел лицом. Распределять доли и назначать заместителей без его согласия, было нарушение воровской субординации. Молчал и тогда, когда захмелевшая Вира полезла целовать Сомова.

В таверне была небольшая сцена с хорошей акустикой, где пела и аккомпанировала себе на расстроенном клавесине симпатичная, но почему-то грустная певица. У нее и репертуар состоял сплошь из грустных и жалостливых песен, за которые ее вскоре грубо прогнали со сцены и стали требовать на ее место Музыканта.

Виктор не застал себя долго упрашивать. Он исполнил несколько популярных среди бандитов песен под восторженный аккомпанемент ударов кружек по столу. Привлеченный необычными звуками гитары и удивительным голосом вышел посмотреть на исполнителя сам хозяин таверны. Он настолько оказался впечатлен оригинальными песнями, что пробился к Виктору и представился: