Лазутчики. Становление. Дилогия (СИ) - Роман Холодов

   Татьяна все это наблюдала из открытого кокпита. Ей так хотелось выбраться из надоевшего истребителя, вздохнуть воздух своими легкими, а не суррогатными механическими мехами, фильтрующими газы. Ей, конечно, не страшны отравляющие вещества, но от этого не легче. Все-таки быть зависимой от киберимплантов и каждую минуту думать о том, что один или другой орган отключится было невыносимо. Когда ей предложили участвовать в этом проекте, то она не сомневалась ни секунды - хотелось поквитаться с обидчиками. Ей тогда было всего восемнадцать - в армию набирали с пятнадцати. Дети шли во флот, чтобы защищать гражданское население. А сиротам из детдомов и вовсе туда была прямая дорога. Татьяна не была исключением. Как только она достигла призывного возраста, так сразу же подала заявление в приемную комиссию летной школы. Готовили их тщательно - все-таки настоящие люди. Тогда только-только появились первые солдаты, вылупившиеся из инкубаторов. Сначала на них смотрели как спасителей. Но командование считало иначе и использовало людские ресурсы как обычное пушечное мясо. Иногда вместе с инкубаторскими в бой шли и настоящие люди, которые теряли конечности, получали ранения, практически не совместимые с жизнью. Татьяна насмотрелась на умирающих десантников. Ведь ей не сразу доверили истребитель - необходимо было полетать на медботе. Та еще работенка. От стона умирающих не спасали даже наушники ПУ. Медботы всегда прикрывали пара штурмовиков, но в пылу сражения об этом забывали и снять раненых с подбитого корабля иногда бывало невозможно - судно кренилось, баки и боеприпас взрывались, хороня спасательную команду. Девушка избежала всего этого, но вдосталь насмотрелась крови. Особенно тогда, когда колпак кабины был пробит и тридцатимиллиметровая пуля угодила прямо в голову первого пилота. Татьяна сначала растерялась, но быстро, по инструкции, закрыла люк в медицинский отсек бота, перевела управление на свой пульт и повела кораблик к авианосцу. Воздух улетучился мгновенно, холод космоса проник в кабину, схватывая колени - на ней был гражданский скафандр с малым термообогревом, мощности которого явно не хватало. Татьяна довела транспорт до корабля на автомате. Ей самой потребовалась помощь - неделю провалялась на реабилитационной койке. После этого ее перевели на истребитель - пилотов катастрофически не хватало. Даже тупое командование понимало, что доверить с трудом построенную машину неподготовленному новичку, значит потерять и то и другое. В общей сложности Татьяна сделал пятьдесят вылетов на своей "Стрекозе", пока ее не сбили. Вот тогда доктор Фаустов и предложил ей этот эксперимент - совместить человека и машину. Первые солдаты подразделения "Зубр" уже появились и проект не был новым - никак не могли найти добровольца, а это было обязательное условие. Она согласилась. Когда поняла, что истребитель навсегда стал ее тюрьмой, на глаза навернулись слезы. Она так и проплакала одна в тишине ангара - ведь была единственной среди молчащих машин. Теперь она понимала, что чувствуют поломанные солдаты, засунутые в механическое нутро. И как она не хотела окончания этого кошмара, но расставаться с жизнью не собиралась. Особенно когда Крукс пообещал ей это. Где-то далеко, в подсознании, она понимала, что это невозможно, но жила надеждой. Пока ей в лицо не уперся ствол автомата.

   Штурмовик под позывным Черный пощадил ее. И что самое удивительное, стал наведываться к ней, когда она скучала в грузовом трюме транспортника. Болтал о том, о сем, рассказал о себе, веселился и шутил. Так, что Татьяне захотелось жить. Ведь она сразу же поняла, что не безразлична этому внешне похожему на человека солдату. Хоть он и был рожден в инкубаторе. Покрытое шрамами тело, которым хвастался Черный, совершенно не замечая, что ранит девушку, говорило о многом. Она сама понимала, что человек не просто жаждет общения - у него наступил переломный период, когда он хочет определить себе цель, неважно в чем она заключается - в спасении мира или защите близких. Черный выбрал. И наведывался довольно часто.

   И сейчас она наблюдала, как он дерется в воздухе с каким-то солдатом, отлетая от его ударов и нанося свои. В один из таких полетов импульс прибил его к истребителю Татьяны. Распаренный от поединка, он повернулся и увидел Татьяну. Оба ее серых глаза смотрели в его темно-карие.

   - О-о, привет! - поздоровался штурмовик. - Мы тебе не помешали?

   Противник приближался к Черному и тот его не видел, переключившись на девушку. В глазах Татьяны мелькнул испуг, автоматическая пушка истребителя дернулась, нацеливаясь на поединщика. Тот попытался затормозить, нелепо размахивая руками, но безуспешно и был вынужден схватиться за ствол.

   - Погоди, Стопкран. - Черный взмахнул рукой. - Передохни малость.

   - Эта штука чуть меня не изрешетила. - Прогудел десантник, отдувясь.

   - Девушка, что сидит в этом кораблике слегка нервничает, когда разные типы, вроде тебя, пытаются на нее напасть.

   - Ничего я не пытался. - Начал оправдываться Стопкран.

   - Зато хотел напасть на меня, а для нее это то же самое. - Черный обернулся к Татьяне. - Я верно говорю?

   - Болтай, да не забалтывайся. - Появилась надпись на дисплее компьютера в корабле.

   - Да ладно тебе, Танечка, я же пошутил! - Черный улыбнулся. Стопкран до сих пор держался за ствол пушки. - Я же ничего такого не имел в виду.

   - Зато я увидел. - Пробурчал десантник. - Ну, ты идешь или будешь болтать?

   - Сейчас, перекинусь парой словечек с девушкой, чтобы не скучала.

   Стопкран махнул рукой - это надолго. Ему разболтал об этой связи Рыжий, причем на камбузе при полном стечении народа. Люди, конечно, посмеялись, но ничего плохого не сказали - все же видели, как Маша смотрит на Молота. И никто не смеялся над их чувствами. Не все же сводиться только к сексу. Хотя конечно фигуристая блондинка получше будет, чем закованная в механическое тело говорящая голова.

   Десантник уже отвернулся от воркующего Черного, как по ангару раздался сигнал тревоги. Все разом прекратили тренировку и кинулись к обмундированию. Сигнал пока был предупреждающим, но ожидать вводную можно было в любой момент.

   Захар вбежал в рубку, на ходу одевая шлем и закрепляя зажимы. Он откинул щиток и спросил:

   - Что случилось?

   - Посмотри на это. - Виктор указал пальцем на экран.

   Возле одной из баз кипело сражение. Увеличительная оптика приблизила объекты и дала четкую картинку. Поодаль расположился линкор союзных сил и производил выстрел за выстрелом по орбитальной базе. Та огрызалась ворохом ракет, но зенитки линкора и двух минных заградителей успевали их отстреливать. Пока перевеса не наблюдалось - станция держалась, кораблям тоже доставалось.