Муниципальная ведьма - 2 - Александра Брагинская

— Почему?

— А что нам даёт её старое фото? Вы не забыли, Елена Михайловна, что после пластической операции она выглядит совсем по-другому?

— Но ведь теперь есть её адрес, телефон…

— Есть, конечно. Квартиру обыщут, списки телефонных звонков составят, и всё такое прочее. Получим её отпечатки пальцев, больше ничего. Всё будет, как с доктором Рязанцевым, можете не сомневаться. Эта банда ошибок не допускает.

— Может, их консультирует полицейский?

— Не знаю. Но я тут ещё вот о чём подумал. Мотив — явно месть. Но мстители редко втягивают в разборки посторонних людей, которые совсем ни при чём. А эти — похитили Светлану. Почему?

— Она как-то связана с депутатом? — предположила я.

— Ещё как! Она работала в том самом благотворительном фонде, чёрт бы его побрал. А раз так, я бы не дал за её жизнь даже пять рублей. При любом исходе покушения на депутата её грохнут. Ладно, чем раньше до них доберёмся, тем больше шансов застать её в живых. Вы составили график событий?

Мы с Юрой отвели глаза.

— Понимаете, тут вот какое дело, Юрий Николаевич, — начала оправдываться я. — Мы не знали, когда стало известно, что съезд состоится, а это очень важная дата.

— Второго марта, — сообщил Нежный то, что мы уже знали и без него. — А семнадцатого состоялось решение правительства. Трудно было спросить? В крайнем случае, неужто нельзя оставить на бумаге пустое место, а дату вписать позже?

— На какой бумаге? — удивился Юра. — Мы график составляется на компьютере, а там пустое место само появляется, когда нужно.

— В мозгах у вас пустое место! Только оно появляется, когда не нужно. Включай, малец, свой компьютер, сделаем то, что давно пора было сделать. Наша задача — разгадать их план, хотя бы в общих чертах.

Они сели за компьютер. Я, наивная, думала, что они составляют пресловутый график, но через несколько минут глянула на экран, и ужаснулась. Нежный с помощью какой-то непонятной программы пытался снять родительский контроль. Через полчаса ему это удалось.

Он был очень доволен собой, а Юра был ещё больше доволен им. Отдыхая от трудов праведных, майор кому-то позвонил, судя по всему, жене. Разговор долго не продлился. Он вдруг вскрикнул ‘Ох, чёрт, забыл!’, прервал связь, попрощался с нами и куда-то убежал. График так и остался не составленным.

— Здорово я его раскрутил подобрать пароль? — похвастался мальчишка. — У ментов крутой генератор паролей, они запросто любую защиту взламывают. Говорят, у спецслужб — ещё круче, но куда ж круче, а?

Юра взялся составить график сам, а мне дать на проверку. Наверно, его мучила совесть за то, что вместо полезного дела они с Нежным занялись уничтожением родительского контроля. Его пальцы на клавиатуре выбивали пулемётные очереди, правда, время от времени он прекращал огонь и спрашивал у меня какую-нибудь дату. Я же попробовала определить, кто руководит операцией против всенародно любимого депутата. Я и раньше пробовала, но без всякого успеха. Теперь мы знаем больше, может, получится?

Мужчину, изображавшего санитара при Светлане, я отбросила сразу. Если она долго лежала, привязанная к кровати, а к Карине пришла чистая, этот самый санитар предметно занимался её гигиеной. Кормить, поить и даже мыть — ещё ладно, но станет ли главарь несколько недель регулярно выносить за пленницей ночные горшки? Я решила, что нет. Из оставшихся двоих на роль предводителя лучше подходил доктор Рязанцев. Всё-таки он в прошлом главврач, а не актриса, начальством побывал, причём, судя по отзывам, успешно, ведь клиника под его руководством процветала. С другой стороны, само понятие ‘роль’ тесно связано с актёрской, а не медицинской профессией. Ещё с одной стороны, убийство можно назвать военной операцией, а ‘операция’ ближе хирургу. Что важнее?

Казалось бы, доктор Рязанцев появился позже женщины, и это исключает малейшую возможность, что главарь — он. Но я, работая бухгалтером, оформляла задним числом огромное количество сделок, которые моё начальство проводило с довольно неожиданными целями, в основном, конечно, для ухода от налогов. Так что легко смогла представить хирурга, который с самого начала руководит всей операцией.

Когда у Рязанцева отобрали клинику, доктор решил отомстить обидчику, и наверняка первым делом попытался нанять киллера. К кому обращаться, он знал — к бандиту, который крышевал его клинику. Вопрос только в финансах. Я, конечно, не в курсе расценок на эти услуги, но можно не сомневаться, что убить такого типа стоит недёшево. Денег, надо полагать, не хватило, и доктор смирился с тем, что месть не состоялась.

Но потом он как-то узнал о предстоящем съезде. Наше городское и областное начальство поставили в известность второго марта, но ведь депутат наверняка задумал это гораздо раньше, так что у хирурга было много времени, чтобы составить план убийства. Наверно, по плану должен был умереть кто-то ещё, помимо депутата. О мошенническом фонде доктор знал, в интернете эту афёру обсуждали. На каком-то форуме он и познакомился с тем, которого мы сейчас условно называем санитаром.

Женщину, которая должна умереть, санитар нашёл быстро — ту, которая помогала проворачивать афёру. Подыскал и подходящего двойника — актрису, потерявшую дочь. Как только правительство утвердило решение о проведении съезда, эта не святая троица начала действовать. Но женщина заартачилась, не желая делать пластическую операцию. Неудивительно, я бы тоже заартачилась. Она хотела обойтись гримом, для актрисы это естественное решение.

Сама загримироваться она не смогла, и обратилась в наш театр. Или, может, сначала в свой, а потом уже в наш. Но и там, и там гримёры ей сказали, что ничего не получится. Или попробовали, и она сама поняла — не получилось. А потом кто-то при ней упомянул Берендея, и она отправилась к нему. Найти его не так и сложно. Если о нём знают торпеды моего отца, то может узнать кто угодно. Тем более, сам старик язык за зубами не держит.

Когда Берендей подтвердил, что без пластической операции не обойтись, дамочка смирилась и поехала в Москву, а вернулась уже в облике Светланы. Операцию делали там, а не здесь, потому что Рязанцеву гораздо проще проделать это в столице, где у него полно знакомых, чем в нашем городе, где он чужак. Так что всё прекрасно сходится.

Ладно, а если главарь — актриса? О намечающемся съезде она могла узнать от кого угодно, например, от знакомых из нашего театра. Вряд ли она составила сложный план, это незачем. Всё просто — принять облик депутатской знакомой, подобраться к мерзавцу вплотную, и нанести удар. Что будет дальше, для убитой горем женщины не имеет значения. К тому же в том городе среди женщин свирепствует рак, если она неизлечимо больна, ей незачем бежать с места преступления. Ей ли, стоящей на пороге вечности, бояться полиции, прокуратуры и федералов?