Властелин мургов - Дэвид Эддингс

— Ургит, — спросил старик, — есть ли здесь поблизости деревни или селения?

Ургит вытер мокрое лицо и огляделся.

— Не думаю. На картах в этой части Хтаки ничего такого не обозначено, кроме дороги, ведущей в глубь континента. Конечно, мы можем случайно наткнуться на какую-нибудь одинокую ферму, но это маловероятно. Земля здесь неплодородна, а зимы слишком суровы для выпаса скота.

Старик мрачно кивнул:

— Примерно так я и думал.

— Возможно, мы сумеем поставить палатки, — сказал Дарник, — но на таком открытом пространстве нам придется несладко, к тому же тут совсем нет дров для костра.

Эрионд молча сидел на своем жеребце, вглядываясь в безликий ландшафт, и на лице его медленно появлялось странное выражение.

— А почему бы нам не укрыться в сторожевой башне? — вдруг спросил юноша.

— Что еще за башня? — Белгарат огляделся по сторонам. — Я ничего не вижу.

— Ты и не увидишь ее отсюда. Она до основания разрушена, хотя подвал цел.

— Не знал, что на этом побережье есть сторожевые башни, — нахмурился Ургит.

— Ею очень давно никто не пользовался.

— А где она, Эрионд? — спросила Полгара. — Можешь ты показать туда дорогу?

— Конечно. Это недалеко.

Молодой человек повернул жеребца и поехал прямо к вершине холма. Въехав следом за ним на самую вершину, Гарион заметил внизу довольно много каменных глыб, тут и там торчащих из густой травы. Казалось, что на некоторых из этих глыб заметны следы зубила — впрочем, возможно, так только казалось.

На вершине свирепствовал ветер, а длинная и густая трава путалась в ногах лошадей.

— Ты уверен, Эрионд? — крикнула Полгара.

— Туда лучше добраться с другой стороны, — без тени сомнения ответил юноша. — Но лучше вести лошадей в поводу. Вход совсем близко от края обрыва.

Он соскользнул с седла и повел коня прямо через заросшую травой вершину холма. Остальные последовали его примеру.

— Осторожнее, — предупредил он, обходя едва заметную ложбинку. — Крыша здесь немного осела.

Тотчас же за этой ложбинкой открылся склон, ведущий к узкому земляному валу. А сразу за этим валом берег круто обрывался вниз. Эрионд осторожно спустился по склону. Дойдя до вала, он взглянул вниз, на обрыв. Далеко внизу виден был корабль, лежащий на берегу. На прибрежном песке виднелось множество следов, ведущих прочь от судна вдоль по берегу и т пропадающих где-то в пелене дождя.

— Это здесь, — сказал Эрионд и исчез, вместе с конем войдя, казалось, прямо в поросший травой земляной вал.

Все последовали за ним и обнаружили узкий сводчатый проход, явно сооруженный человеческими руками. Но проход этот так зарос высокой травой, что был едва заметен. Гарион с облегчением ступил под своды и очутился в темноте.

Он ощутил отчетливый запах плесени.

— Кто-нибудь додумался захватить факелы? — спросил Сади.

— Они были в тех же тюках, что и весь провиант, — виновато ответил Дарник.

— Поглядим, что можно сделать.

Гарион услышал шуршание, сверкнула искра, и прямо на ладони Дарника заколебался слабый неверный огонек. Вскоре он разгорелся поярче, и вот уже стало возможным разглядеть внутренность древних развалин. Как и у большинства столь же старинных построек, потолок этого подвала был сводчатым. Свод поддерживали массивные каменные опоры. Гарион уже видел подобные постройки — в старинном дворце короля Анхега в Вал-Алорне, в развалинах Во-Вокуна, в нижних этажах своей собственной цитадели в Риве и даже в мавзолее одноглазого бога в Хтол-Мишраке.

Шелк задумчиво глядел на Эрионда.

— Уверен, ты сможешь объяснить мне, откуда узнал про это местечко.

— Я долгое время прожил тут с Зедаром. Он дожидался, покуда я подрасту и смогу похитить Шар.

Драсниец был глубоко разочарован.

— Как прозаично.

— Прости. — Эрионд одну за другой заботливо отводил лошадей в дальний конец подвала. — А ты хотел бы, чтобы я сочинил для тебя красивую сказку?

— Не обижайся, Эрионд, — примирительно сказал маленький человечек.

Ургит тем временем внимательно обследовал одну из массивных колонн.

— Здесь явно потрудились не мурги, — уверенно объявил он. — Камни слишком хорошо подогнаны.

— Башня была построена еще до того, как мурги проникли в эту страну, — ответил Эрионд.

— Рабами? — изумился Ургит. — Да они умеют лепить лишь глиняные хатки!

— Они предпочитают, чтобы все именно так и думали. А между тем они строили башни и даже целые города еще в те времена, когда мурги жили в шатрах из козьих шкур.

— Может быть, кто-нибудь разведет огонь? — сквозь стиснутые зубы процедила трепещущая Сенедра. — Я замерзаю.

Гарион взглянул на нее — губы у маленькой королевы совсем посинели.

— Дрова вон там, — сказал Эрионд. Он исчез позади одной из колонн и возвратился с охапкой гладких белых прутьев.

— Мы с Зедаром собирали хворост на берегу — море часто выбрасывает ветки. Остался приличный запас.

Юноша подошел к очагу у задней стены, положил на пол охапку и склонился, заглядывая в трубу.

— Похоже, она не засорилась.

Дарник немедленно принялся за дело, вооружившись кремнем и трутом. Через считанные минуты маленький оранжевый язычок уже жадно лизал островерхую горку мелких щепочек. Все сгрудились вокруг огня, подкладывая палочки потолще, от всей души желая, чтобы огонек поскорее разгорелся.

— Так не годится, — сказал Дарник с несвойственной ему суровостью. — Вы только мешаете огню, он может погаснуть.

И все неохотно отступили.

А Дарник принялся осторожно подбрасывать щепочки в пламя, потом в ход пошли маленькие прутики и лишь затем — более крупные. Языки пламени росли и крепли и скоро объяли сухие прутья. Вскоре на сводчатом потолке заплясали оранжевые сполохи, и Гарион ощутил слабое тепло.

— Ну, хорошо, — озабоченно сказала Полгара, — а как быть с пищей?

— Матросы уже ушли от корабля, — сказал Гарион, — сейчас как раз время отлива, так что все судно, разве что за исключением кормы, лежит на суше. Я возьму пару лошадей и спущусь туда — а вдруг повезет и удастся отыскать что-то из съестных припасов.

Огонь уже вовсю потрескивал. Дарник поднялся и поглядел на Эрионда.

— Ты справишься?

Эрионд кивнул и пошел за очередной порцией хвороста.

Кузнец поднял плащ.

— Мы с Тофом можем составить тебе компанию, Гарион, на случай, если матросы надумают вернуться. Но нам надо спешить. Совсем скоро начнет темнеть.

На вершине холма все еще свирепствовал ветер, смешанный с дождем и градом.

Гарион и двое его друзей осторожно пробирались по склону в сторону брошенного корабля, который, словно некое исполинское животное с переломанным хребтом, лежал на камнях, отнявших у него жизнь.