Наполовину. Книга 1. Принц - Максим Коляскин

Подошли ко мне два брата.

Подошли и говорят:

«Разве кукла виновата,

Разве клоун виноват?

Ты их лепишь грубовато,

Ты их любишь маловато,

Ты сама и виновата,

А никто не виноват».

Я леплю из пластилина,

А сама вздыхаю тяжко.

Я леплю из пластилина,

Приговариваю так:

«Если кукла выйдет плохо,

Назову её… бедняжка,

Если клоун выйдет плохо,

Назову его… бедняк». *

*Новелла Матвеева «Девочка и пластилин»

После подобных откровений исполнителя у сестёр напрочь пропадало желание капризничать, только их красивые глаза подозрительно увлажнялись...

Помимо контроля над подготовкой своих дипломатических миссий, Ричард с нетерпением ждал вестей из Софийской бухты, регулярно получал и анализировал сообщения из всех уголков Северного Королевства. Организованная Андреем королевская курьерская служба работала быстро и надёжно, используя проверенный персонал и самых резвых лошадей. К радости Короля, строительные работы в Софийской бухте продвигались опережающими график и нарастающими темпами. Однажды руководитель строительства Граф Патрик-младший лично прибыл в Роял Стронгхолд с докладом. Выслушивали его сообщение, рассматривали рисунки и схемы большой королевской семьёй. Пожалуй, впервые не только Ричард, все осознали, что на западном побережье страны действительно появился крупный и самый современный морской порт Королевства, а параллельно с началом его работы, активно строится и начинает заселяться растущий и развивающийся приморский город.

- Как мы назовём его? – интересовался Патрик.

- Ничего подобного долго бы не случилось, если бы не Ричард, – заговорила Княгиня Ольга. – Но Его Величество упрямо не желает увековечивать своё имя.

- Конечно, замысел был мой, но... – пожал плечами Король. – Точный выбор места, проектирование, архитектура, строительство – не моя заслуга.

- Говорят, что очертания бухты напоминают Леди Софию, – с улыбкой произнесла Графиня Анна. – В облике города найдётся сходство с главным архитектором проекта – Княгиней Ольгой?

- Что ты скажешь на это, Оля? – с удовольствием кивнул Король. – Я хочу услышать новое название на географической карте от тебя лично.

- Коветед Харбор, ** – неожиданно ответила она.

** « Coveted Harbor» (англ.) – Желанная Гавань

Внезапное вдохновение снизошло на Графиню Анну. Удостоившись от Ричарда редкого подарка – нательного креста, заключённого в окружность, она словно расцвела, приободрилась и вернулась к отложенным в сторону занятиям живописью. Приближённые Короля с восторгом рассматривали собственные индивидуальные и групповые портреты, пейзажи Роял Стронгхолд и «открытых земель», изящные натюрморты, выполненные карандашом, пастелью, масляными красками. Лишь некоторые одиночные портреты Ричарда Анна не показывала никому. Не потому, что считала их слишком личными. Не потому, что в них заключались её противоречивые чувства к мужчине, называемым многими Белым Волком. Она считала эти портреты несовершенными, потому что не могла угадать глубинную сущность Короля, его загадочный внутренний мир, его тайну. Сколько бы ни упрекала Графиня Ричарда в отсутствии личного внимания к ней, прежде всего, она сомневалась в себе самой. Вероятно, её состояние нормализовалось бы, заходи Белый Волк к ней, как к своей рабыне. Приходил бы в любое время, но не слишком редко, брал бы всё, что хотел от неё, но... Чувствуя, что нравится Ричарду, зная об удивительном воздействии на него её взгляда, Анна сама старалась не попадаться Королю на глаза, а встречаясь с ним, не могла устоять от искушения и смотрела на него долго и пристально, пытаясь передать то, что запрещала себе произносить вслух.

Засыпая, Ричард поглаживал круглый животик своей жены. Эрике не спалось, она лежала на спине с открытыми глазами и вдруг начала всхлипывать.

- Что случилось, чудесная моя? – очнулся её муж.

- Как непросто, оказывается, быть Королевой... – снова всхлипнула