Шепот в песках - Барбара Эрскин

У двери каюты она остановилась в нерешительности, заранее боясь того, что может увидеть там. Она сделала глубокий вдох, крепко схватилась рукой за золотой медальон, висевший у нее на шее, и сильным толчком открыла дверь, Каюта была пуста.

Прямо в одежде она легла на кровать и уснула. Проснувшись, опять сразу не могла понять, где она. Она чувствовала, что на пароходе что-то изменилось. Потом поняла, что именно. Она физически ощущала окружавшую ее пустоту, опустевшие каюты, отсутствие шума и доносящихся отовсюду голосов. Омар ей говорил, что на судне останутся всего два или три человека из команды. Остальные члены экипажа воспользуются случаем и на два для отправятся на берег, но к возвращению туристов из Луксора они будут уже на месте, Насколько Анне было известно, она была единственным пассажиром, решившим пропустить путешествие в Абу-Симбел.

Она медленно поднялась с кровати, еще не решив для себя, с какого места начнет поиски дневника. Но было совер шенно очевидным, что таким местом должна стать каюта Энди. Может быть, прошлый раз она что-то пропустила, не заметила, где можно спрятать дневник. А если тогда дневника не было, то вполне возможно, что он находится там сейчас.

Чтобы попасть в каюту, ей понадобится ключ. Как она и ожидала, на пароходе не было ни души. Ей не составило никакого труда подойти к стойке портье, нырнуть под загородку и снять с крючка ключ от каюты Энди. Сунув ключ в карман, она отправилась наведаться в каюту Энди во второй раз.

Подойдя к двери каюты, Анна внезапно остановилась. Предположим, что она ошиблась. Допустим, что по какой-то причине Энди передумал ехать, как это сделала она, вернулся на судно и теперь сидит в своей каюте. Она закрыла глаза и глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Потом тихо сунула ключ в замочную скважину и открыла дверь.

На сей раз в комнате было относительно прибрано. Вероятно, Энди с Беном решили, что ночью собирать вещи станет легче, если в каюте будет хотя бы видимость порядка.

Закрыв за собой дверь на задвижку, чтобы ей никто не помешал, как это случилось в прошлый раз, Анна целенаправленно обыскала все места, где можно хоть что-нибудь спрятать, проверила и перепроверила буквально каждый квадратный дюйм каюты и, наконец, сдалась. Дневника нигде не было.

Она стояла посередине каюты, в очередной раз пытаясь угадать, где может находиться укромное место. Ее охватило чувство безнадежности. Нигде не было и намека ни на дневник, ни на флакон для благовоний. Ничего не оставалось, кроме как уйти из каюты. Перед тем как закрыть на ключ дверь, Анна позаботилась о том, чтобы скрыть следы проведенного ею обыска. Она вернулась к стойке портье и повесила ключ на место. Потом поднялась по лестнице на верхнюю палубу. Она глубоко задумалась. Ей и в голову не пришло, что Энди мог забрать дневник и флакон с собой. Оставалось надеяться только на то, что эти вещи спрятаны на пароходе где-нибудь в другом месте. Анна открыла дверь в гостиную. За стойкой бара стоял Ибрагим и протирал бокалы. Он широко ей улыбнулся и сказал:

– Misr il khir. Доброе утро, мадемуазель.

Анна заметила, что он смотрит на нее очень внимательно, и подумала, что он, вероятно, хочет убедиться в том, что она постоянно носит амулет. Ибрагим удовлетворенно кивнул, и было видно – он рад, что заметил амулет на золотой цепочке у нее на шее.

– Доброе утро, Ибрагим. Похоже, что на некоторое время я осталась одна на пароходе.

Он отрицательно покачал головой.

– Омар сказал, что нужно готовить еду для трех человек, мадемуазель.

– Для трех человек? – Она нахмурилась. – А ты не знаешь, кто эти люди, кроме меня?

Он пожал плечами.

– Они пока еще спят. Я сейчас приготовлю для вас обед и оставлю его в столовой в духовке. Суп. Рис. Поджарю вам цыпленка с бананами. Вы любите?

Она улыбнулась.

– Звучит очень аппетитно. А я и не знала, что ты умеешь готовить.

– У нас есть настоящий кок, он нубиец, поехал проведать свою мать в Сехеле. Но Ибрагим тоже замечательный повар. Inshallah! – Он громко рассмеялся. – Хотите чего-нибудь выпить?

Она заказала пиво и пошла на палубу. Солнце уже припекало. Палуба была выдраена до блеска, и по ней то тут, то там скакали солнечные зайчики. Анна с интересом наблюдала за маневрами огромного лайнера, который медленно подходил к берегу. На нем было огромное количество людей, одетых в яркие рубашки и шорты и весело махавших руками пассажирам проплывающих мимо судов. Стало еще жарче. На противоположном берегу холм, на котором помещалась овальная часовня Фатимидов,[12] казался миражем из-за жаркого марева, стоявшего над водой. На воде царил полный штиль, на все парусных судах по реке в пределах видимости опали паруса, теперь они покачивались на одном месте. Анна заметила, ка под ярким солнцем блестят листья комнатных растений, стоявших в горшках неподалеку от гостиной. Рано утром цветы обильно полили, но сейчас земля в цветочных горшках уже высохла.

Становилось невыносимо жарко. Оставаться на верхней палубе было просто невозможно. Анна спустилась на нижнюю палубу. Там на столике под тентом ее ждал бокал пива, принесенный Ибрагимом. Пока Ибрагим был занят приготовлением обеда, у нее есть возможность бегло осмотреть салон. Не исключено, думала она, что Энди мог спрятать дневник там. Она вздохнула. А ведь существует вероятность того, что Энди здесь ни при чем. Дневник мог взять кто-то другой, и тогда она его больше никогда не увидит.

– Анна!

Голос, раздавшийся у нее за спиной, несказанно удивил ее. Она оглянулась. Тоби стоял в тени, под мышкой он держал альбом для эскизов.

Испытывая чувство неловкости, они с удивлением смотрели друг на друга, и Тоби наконец сказал:

– Я думал, что вы уехали в Абу-Симбел вместе с Сериной.

– Я не могла никуда уехать, не узнав, что случилось с дневником. – Анна, прищурившись от солнца, смотрела на Гоби. – Вы в порядке? Я очень волновалась по поводу того, что произошло в каюте у Энди.

Он пожал плечами.

– Я пошел на палубу немного остыть. Иначе я бы просто убил этого ублюдка.

Анна нахмурилась.

– Вы за меня заступились, а у меня не было возможности поблагодарить вас.

Он, протестуя, поднял руки и замотал головой.

– Вам не за что меня благодарить.

Она неуверенно улыбнулась.

– Ну а вы почему не поехали? Я думала, вам хочется посмотреть храм Рамсеса.

Он снова пожал плечами.

– Я подумал, что какое-то время мне лучше держаться подальше от Уотсона. К тому же не забывайте, я скоро опять приеду в Египет. – Он поставил свой стул рядом с ее. – Вы не против?