Научи меня - Людмила Молчанова

   - Злыдень.

   - Довела.

   Она фыркнула, но ничего говорить не стала. Обхватила двумя руками его лицо и поцеловала, нежно, как будто старалась залечить те раны, которые сама и наносила. Он пытался по-прежнему строить из себя недосягаемую и почти невозмутимую статую, но его старания сразу же сошли на нет, стоило теплому язычку скользнуть в его рот.

   Подольский безумно соскучился. И нежная, осторожная ласка подействовала на него как разряд тока. Всю неделю он злился, психовал, себя накручивал, но стоило ей коснуться его, погладить как ребенка по голове, прижаться покрепче и вся злость, до конца не испарившаяся из души, в момент исчезла, как будто ее и не было.

   - Больше не буду, - между медленными, тягучими поцелуями произнесла девушка. Прислонилась к его лбу, глаза закрыла и тяжело вздохнула. - Нам очень плохо было без тебя.

   - Прости.

   Катя с легкой, чуть грустной улыбкой покачала головой.

   - Перестань. Зачем это говоришь? Я сама все испортила. Думала, как лучше будет, но...

   Он прервал ее, приложив палец к губам.

   - Хватит, Кать. Это в прошлом, и я надеюсь, там же и останется. Да? - многозначительно приподнял бровь.

   - Да. Там и останется. Но никогда так больше не уходи.

   - Вы чего сидите? - Кирилл возмущенно упер руки в бока. - Я тут собираюсь, а вы сидите!

   - Непорядок, - хохотнул Мишка и отпустил Катю, перед этим поправив ее ночнушку. Уж больно отвлекала. - Не возникай, Кирюх, мы уже собираемся.

   До Катерины, казалось, только сейчас дошло, что им предстоит настоящий переезд. Навсегда. В другое место. Подольский был как никогда решительно настроен и давать слабину не собирался. Тем более, он надеялся, что, начав жить в его доме, - теперь уже их - Катя успокоиться и расслабиться. Возможно, даже доверять станет больше. А то Мишка себя уже стал неуютно чувствовать, когда приходилось каждый вечер к себе за вещами заезжать.

   - Миша, - голубые глаза потрясенно расширились, - как мы все повезем? Подожди, прямо сейчас все собирать? Вот так сразу?

   - Да. Ты думала, я пошутил? - она медленно покачала головой, все также задумчиво уставившись в одну точку. - Бери самое необходимое - остальное мы купим.

   - А еда?

   - Какая еда, Кать? Я вас голодом морить не собираюсь.

   - Так пропадет же! Надо ведь...свет отключить, воду перекрыть и еще...

   Миша встряхнул ее слегка, прерывая бессвязный лепет.

   - Или собирай вещи. Нужные! - с нажимом повторил. - Никаких одеял, продуктов, мебели...Только одежда, лекарства и какие-то свои штуки. Все. Поняла?

   - Но еда!

   - Много там? - страдальчески закатив глаза, сдался Миша.

   - Ну так.

   - Я сам посмотрю.

   - Мы приедем голодные, а мне некогда будет готовить, - пригрозила Катя, убегая в зал. Дверь шкафа стукнулась об стенку. - Помни об этом.

   - Пиццу закажем, - Подольский перевел взгляд на ребенка, с серьезным выражением лица перебирающего машинки. Не то сказал. - Ладно, возьми. Но только то, что мы все есть будем. Остальное отдай. Вон, Куцовой давай отнесу.

   - Ее нет.

   Миша заинтересованно выглянул из детской.

   - А где она?

   - Уехала. Со своим...как его...Артуром...

   - Артемом.

   - Точно. Миш?

   - Что?

   - А диски с плеером брать?

   - Диски возьми, а плеер оставь.

   - Совсем?

   - Катя! - прогрохотал Подольский. - Не трепи мне нервы! Я еще злой.

   Как оказалось переезд, пусть и налегке, - дело исключительно выматывающее и нервотрепительное. Они за неполные три часа успели переругаться, столько же раз перемириться, разбить хрустальную салатницу (салатница осталась на его совести) и чуть не сломать телевизор. Телевизор - уже Катина заслуга.

   Налегке тоже переехать не удалось. Подольский честно думал, что получится уехать, прихватив с собой только одежду, кое-какие лекарства ну и некоторые мелочи. Все остальное у него вроде как было, да и докупить при необходимости можно. Но Катя, как запасливый, прижимистый и старый ворчливый хомяк расставалась с вещами очень неохотно. За каждый предмет обихода Мишке приходилось буквально воевать.

   Лучше всего было Кириллу. Он утащил к себе старые альбомы Катькиной семьи и сидел рассматривал фотки. Его игрушки давно были собраны.

   Наконец, когда Миша понял, что просто так девушка не сдастся и попробует-таки увезти все, пришлось применять тяжелую артиллерию. Кирилла с его игрушками - подмышку, Катю - в охапку, и быстрее, пока оба не опомнились. Стоит сказать, что ребенок воспринимал все как игру и развлечение, радостно повизгивал и похихикивал, наблюдая, как Миша с Катей спорят из-за огромного одеяла.

   Через сорок минут они подъехали к его дому.

   Первым из машины выбежал Кирилл, сразу приближаясь к воротам. Катя с задумчивым интересом рассматривала витые кованые ворота, двухэтажный коттедж из красного кирпича и серебристую черепицу.

   - Это твой дом?

   Миша не сдержал усмешки.

   - Нет, чужой. Конечно мой, Кать.

   - Красивый, - признала девушка и обернулась к нему, одновременно расстегивая ремень безопасности. - Слушай, а зачем ты тогда у нас все время оставался ночевать, если у тебя такой дом классный?

   - А ты со мной бы поехала? - скептично поинтересовался Подольский и сам же ответил: - Мы оба знаем, что нет.

   - Справедливо.

   - Пойдем.

   Миша видел, как Кате трудно привыкнуть к новому дому, хотя он ей нравился. Девушка с интересом и любопытством осматривала каждый уголок, каждую комнату и даже кладовую, везде суя свой милый носик, и к концу этой же недели знала лучше него, что где лежит. И хотя ее глаза загорались от восторга и удовольствия от увиденного, Катерина по-прежнему чувствовала себя неуютно и как будто в гостях. Как будто это теперь не ее дом, где, как он планирует, она проживет долгую и счастливую жизнь, а квартира друга, в которую она заскочила в гости.

   Она побаивалась что-то менять и трогать, а уж тем более, о чем-то просить его, хотя Миша с радостью предоставил бы ей полную свободу, потому что, во-первых, безоговорочно доверял, а во-вторых, сам бы никогда лучше не сделал. Но Катя все равно мялась и не решалась ничего переставлять и приспосабливать под себя.

   Подольский как-то заметил, что кухонные шкафчики не подходят ей по росту - Катя приходиться или на носочках вытягиваться, или стульчик подставлять.

   - Ты почему не сказала, что тебе неудобно? Мы бы поменяли.

   Катя от него только весело отмахнулась.

   - Ерунда. Мне несложно. Какая разница, если они будут висеть на пять сантиметров ниже?

   - Вообще-то это тоже твой дом, Катюш, - мягко заметил мужчина. Давить на Катерину не хотелось, к тому же она сразу бы надела свои колючки, и тогда вообще никакого компромисса не вышло бы. - Тебе тут жить. Разве не легче сразу все подогнать под тебя? Я и Кирилл сюда вообще не заходим. Ну почти. Это целиком твоя территория.