Проклятие Низвергнутого бога - Дэн Черненко

– Да, у Ланиуса родился сын. У тебя появился внук, – мрачным тоном произнес король фервингов и нахмурил кустистые брови, чем сразу же напомнил старого, коварного и очень опасного зверя. – Клянусь богами, я заставил тебя заплатить за воровство.

– Хочешь сказать, что не стал бы совершать набеги на Аворнис, если бы я не был королем, если бы Ланиус не женился на Сосии? Неужели ты думаешь, что я в это поверю?

– Можешь верить, во что хочешь, – прорычал король Дагиперт. – Я просто говорю, что аворнийцы присвоили себе то, что по праву должно было принадлежать мне. – Он выпрямился с видом уязвленной гордости.

– Ты поклоняешься тем же богам, что и мы, – сказал Грас. – Люди говорят, что ты с глубоким уважением относишься к Олору и Квиле, но твои поступки говорят другое, безбожник, приспешник Низвергнутого, именно такой человек способен убивать и грабить невинных.

– Не смей говорить, что я связан с Низвергнутым! – воскликнул Дагиперт. – Это грязная ложь.

Никто в Аворнисе не был уверен в этой связи, но Грас ответил:

– Я не утверждаю, просто говорю, что ты поступаешь как человек, который мог бы последовать за Низвергнутым.

– Я не клятвопреступник! Это вы, аворнийцы, постоянно и бесстыдно врете.

– Когда я тебе врал? Я не имею никакого отношения к тому, что сказал или не сказал архипастырь Букко. Я не несу ответственности за его слова. Ни один аворниец, кроме самого Букко, не считал его слова обещанием.

– Клянусь бородой короля Олора, я считал их обещанием.

«Не сомневаюсь, потому что они тебя очень устраивали!» Грас решил сказать то, что задумал, прежде чем Дагиперт уведет его в сторону пустыми разговорами о Букко.

– Если ты почитаешь богов, а мне кажется, что ты их почитаешь, прекрати грабежи и убийства невинных. Заключи с нами мир, ведь мы поклоняемся тем же богам, что и ты. Почему ты обагряешь свои руки кровью людей, подобных тебе по вере? Ты – смертный, как все люди. Боги будут судить тебя после смерти.

– Как и тебя, – сказал Дагиперт.

– Я знаю. – Грас старался не думать о том, что случится после его смерти. Сейчас у фервингов было больше причин для беспокойства, судя по седой бороде их короля. – Сегодня ты живешь, завтра превращаешься в прах. Гордыня бессильна перед болезнями. Что ты скажешь об убийствах в Аворнисе, когда предстанешь перед богами?

– Скажу, что сами напросились.

Короля Фервингии трудно было в чем-то убедить, но даже его голос задрожал.

– Как ты предстанешь перед этими строгими, но справедливыми судьями? Скажешь, что поступал так ради богатства? Неужели ты еще мало наворовал? Неужели еще рано заключить мир? Прожить оставшиеся дни без крови и бед, не убивая товарищей по вере, – неужели тебе этого не хочется?

Дагиперт свирепо смотрел на него через брешь между недостроенными пролетами моста.

– Ты – змий-искуситель, твои слова убивают не хуже меча.

Грас пожал плечами.

– Ты сам захотел поговорить со мной. Неужели не можешь меня выслушать?

– А что мне остается, если ты беспрестанно трещишь? Мне остается только воевать.

– Как хочешь. В последние годы тебе не удавалось взять верх. Не удастся и на этот раз.

– Очередная ложь, – презрительно отозвался Дагиперт.

– Ты сам в это не веришь. Кроме того, подумай, какой ущерб ты наносишь Фервингии своими бесконечными войнами. Ты видишь, как страдаем мы, но задумывался ли ты о своем народе? Сколько мужчин не вернется домой? Сколько кузнецов, гончаров и плотников не смогут заниматься своим ремеслом? Сколько людей останется по твоей милости калеками?

– Можно подумать, что тебя тревожит судьба Фервингии.

– Меня тревожит судьба Аворниса. Надеюсь, ты относишься так же к своему королевству. Неужели ты не понимаешь, что не сможешь победить в этой войне? Какой смысл постоянно сражаться за один и тот же клочок земли?

Король Дагиперт скривил губы.

– Какой смысл? Смысл в том, чтобы вам, проклятым богами аворнийцам, не пришло в голову, что можно легко завоевать меня и мое королевство.

– В этом ты нас уже убедил, – сказал Грас, хотя считал, что этого не произошло и не произойдет.

Аворнис был древней, очень древней страной со славным прошлым. Другие племена переходили Бантианские горы на запад и основывали свои королевства на границе Аворниса задолго до фервингов. Так случится и на этот раз, когда Фервингия превратится в руины. А Аворнис? Аворнис выживет. Когда Грас говорил Дагиперту о превращении в прах, он имел в виду не только короля Фервингии. Он имел в виду и его королевство, о чем прекрасно знал Дагиперт.

– Высокомерный, самовлюбленный... аворниец, – с горечью произнес Дагиперт.

Он резко развернулся и зашагал к западному берегу Туолы. Стражники пошли следом, заслоняя короля не только щитами, но и своими телами.

Грас вернулся на свой берег. Солдаты принялись разбирать часть моста. Фервинги последовали их примеру. Грас задумался, добился ли он хоть чего-нибудь переговорами или лишь еще сильнее разозлил Дагиперта. Он приказал армии направиться на юго-восток, к тому месту, где он мог форсировать Туолу под защитой размещенных на галерах лучников.

На подходе к переправе ему сообщили о том, что армия фервингов отступает от реки. Скоро всем стало ясно, что Дагиперт возвращается в Фервингию.

22

ДВА ГОНЦА прибыли в столицу Аворниса с разницей лишь в несколько часов. Первый прискакал с равнин юга, чтобы сообщить о том, что барон Пандион восстал против короля Граса, объявив себя законным регентом короля Ланиуса.

– Как он посмел назвать себя так? – спросил Ланиус у гонца – капитана кавалерии, хранившего верность королю Грасу. – Во-первых, я уже достаточно взрослый и не нуждаюсь в регентах, а во-вторых, я с ним не встречался и готов поклясться, что даже не слышал о нем.

– Думаете, ваше величество, он не сможет спать из-за угрызений совести? – вопросом на вопрос ответил капитан. – Он просто решил воспользоваться удобным моментом, пока король Грас занят войной с фервингами и не может ему помешать. По крайней мере, мне так кажется.

Ланиус согласился с посыльным, однако сам никак не мог отреагировать на мятеж Пандиона. Ни один солдат, помимо гвардейцев, не подчинился бы его приказам. О мятеже следовало волноваться Грасу, а не ему.

Второй гонец сообщил о том, что фервинги уходят с земель Аворниса, а Грас возвращается в столицу.

Ланиус хохотал до слез.

– Не вижу ничего смешного, – пожала плечами Сосия.

– Правда? А я вижу, клянусь богами. Возможно, барон Пандион поднял мятеж в самый неудачный момент в истории Аворниса.

Жена задумалась на мгновение и затем улыбнулась.

– А, теперь я понимаю. – Мимо окна их спальни пролетела птица. – Тебе следует послать прибывшего с юга гонца к моему отцу. Он должен узнать новости как можно скорее.