Доктор, который любил паровозики. Воспоминания о Николае Александровиче Бернштейне - Вера Талис

по паре; кофе же и какао наилучший сорт. Если пошлину уплатили – не горюйте, зато вкусно будет. Сегодня с утра вожусь с установкой, завтра начнем съемки. Очень хорошо, что Татьяна так радушно приняла харьковчанина [Коган Е. М.] («у меня сынок солдат», зри Плещеева[251]). ‹…›

<Дортмунд, 21/XI>

Дорогие ребятушки, сегодня письма будут без строгого плана, ибо от вас такая богатая почта, что придется отвечать урывками, иначе времени не хватит. Начну с Сергеши. Итак, были получены к 15‐му Royal Scot, Märklin, архитектура и Bremen. Я со всеми отзывами согласен. ‹…› Что нечего будет мне к приезду показать, врешь; всевозможная заграничная литература в переработанном тобой виде – этого разве мало? А 10 новых альбомов – уж совсем много. А затем, если ты мне продемонстрируешь мою собственную жену, читающую, благодаря твоим урокам, Nesbit à livre ouvert[252], – разве это не интересно? Ну а потом, ясно, баб выгоним и всеми мужскими делами займемся. Теперь насчет ж.-д. транспорта. Разве я не писал там и сям по этому поводу? Ну, давай еще сообщу А) Германия. Ж.-д. все объединены в Акц. o-во Deutsche Reichsbahnen Gesellschaft (DRG) и постепенно стандартизуются. Я еще не видел баварских и вюртембергских поездов; в Пруссии, Саксонии, Вестфалии и Руре все более или менее уже приведено к одному знаменателю. Паровозы 1’С[253] танковые, которые я снимал в 1924 г. и которые тогда возили берлинские пригородные поезда, почти исчезли и попадаются только как Shunters (Rangiermaschinen). Старые паровозы-компаунды 2’С почти исчезли, только редко-редко встречаются на пригородных поездах (сегодня одного видел) длиннотрубные старички, работавшие на влажном паре, вроде того, что у нас рыжий на старой открытке. Прочие паровозы довольно строго делятся по чинам. Personen-Zug’и возят 2’С, двух главных типов, постарше и помоложе, у старых – будки с выносом крыши на передок тендера, у более новых сохранились двугранные лобовые стенки будок – а сейчас будки HANOMAG’овские…[254] Старые вагоны – непроходные сзади: имеют лишь боковые входы и выходы, а их торцевые стены – вообще глухие, так что переход в соседний вагон возможен только на станциях[255]. Все непроходные, сзади много уже габарита, чтобы ступеньки влезли; почти как трамвай. Надо сказать, что вагоны Франции, Германии, Бельгии, Голландии все время в размене и м. б. потому совсем одинаковые. Двери таких вагонов, как у старинных трамваев, заглублены в их боковые стéны, из‐за недопустимости устройств дверных ступенек, выступающих за пределы ширины вагонных габаритов (все двери открываются только наружу). Более новые вагоны обоих типов ужé имеют открытые тамбуры с гармониками и выходами на перроны, но не имеют стен – только ограждения, высотой в полчеловека, и крыши (вспомни возвращение Анны Карениной из Москвы и ее встречу с Вронским на перроне в Бологом); такие вагоны имеют и узкий коридор вдоль всего вагона, в отличие от прежних вагонов, не имевших выходов даже в соседние купе (наши с тобой первые Мерклины). ‹…› В каждом пассажирском поезде есть отделения:

Для инвалидов войны – 1 купе 3‐го кл.

Служебное –«–

Для едущих с собаками –«–

(без собак туда не пускают)

Для едущих с тяжелым ручным барахлом

(schwere Traglaste[256] – специальные ½ вагона или целый вагон 3‐го кл., почти без скамеек).

Общее впечатление от езды P-Zug’ами среднее между дачным поездом и трамваем. Освещение – газ ауэровский[257], темноватый, скамейки узенькие, некомфортабельно, но чисто и уютно. Очень тепло, но не через меру, а как раз. Можно открыть окно; пассажиры не в панике от сквозняка. Никто не ругается; наоборот, все здороваются и прощаются; а т. к. смена частая, почти на каждой остановке, то в воздухе стоит сплошной Tag и Abend (guten – подразумевается)[258]. Утром говорят Morgen (моагън), от 12 до 2‐х – Mahlzeit[259]. Похоже именно на трамвай, а не на дачный поезд, т. к. нет спада или прибыли населенности поезда, а равномерная и интенсивная смена. Вагоны D-Zug’ов имеют очень плавный ход, но при высоких скоростях их занóсит на крутых поворотах, и следует держаться за стенки коридоров. Наиболее популярны составы германской фирмы Mitropa. Они имеют отделку в темно-красный цвет, золоченые надписи и стилизованные фигурные гóловы германских орлов, и безупречный уровень внутренней отделки. По всей длине состава нет дверей ни в коридорах, ни между вагонами – одна сплошная «улица». Вагоны этой фирмы обслуживают большинство первоклассных городов всей Западной Европы. Не менее известны и немногочисленные «люкс-экспрессы», имеющие собственные названия, например – «Golden Arrow» (Лондон – Париж) и «Rheingold» (Хук-ван-Холланд – Базель). В свежевычищенном виде имеются только экспрессы. Такие экспрессы имеют не только собственные стили, но и цвета своей отделки.

Путь. Почти по всей Германии стандартные железные шпалы. С болтами… по одному снаружи и внутри. ‹…› Погонный вес рельса не знаю, но на магистралях они огромные, высокие и широкие, много больше николаевских. Есть и участки на деревянных шпалах с виньолевским[260] рельсом. Во Франции, кажется, всюду деревянные шпалы, где я побывал, но не поручусь.

Станции. Стрелки всюду электрически-централизованы. Домики как у Basset-Lowke. Перроны всюду высокие каменные, кроме самых маленьких станций. …Большие перроны для публики, малые для багажа.

Все немецкие станции, в городах и городках, запроектированы не на уровне почвы, а почти всегда выше или, изредка, ниже. Все перроны соединены туннелями, которые, следовательно, в уровень с вокзальной площадью… Обычно вокзал (перроны) все арочно перекрыты. На перронах Erfrischungsbuden[261] и тележечные люди с шоколадом и сигарами. Электрические часы.

Ритуал и обстановка. Форма ж. д. служащих – синие суконные тужурки с никелированными пуговицами, фуражки обычного в Германии фасона, т. е. как русская, если задрать зад. ‹…›

За 2 минуты до отхода кричат: «Einsteigen!»[262] («Айн-Тайн!») и захлопывают все двери; за 1–2 минуты приблизит. кричат «Fertig»[263] («Этыихь!»); в это же время выходит красноголовый начальник или ДС[264] c сигнальным жезлом и становится спиной к паровозу, лицом к электрическим часам. Когда стрелка перепрыгивает, он поворачивается по-военному на каблуке и сигнализирует машинисту. Поезд отправляется без свистков.

Загородные виадуки каменные арочные, пологие или, в выемках, крутые. Вокзальные (над путями) или железобетонные или железные, чаще всего консольные… Городские: железные, или прямая двухтавровка, или арочные. Выемки обычно выложены дерном и камнем. Т. к. в Руре почти один сплошной город, а вокзалы поднятые, то решительно преобладают насыпи. Скорости затухания мостов я не мерил[265].

Дым – обыкновенный. Имеет форму облаков или клубов, цвета серого или коричневого. Кажется, все?.. Да, еще товарный состав. Товарные вагоны красные, почти исключительно 2-осные, все с тормозом Kuntz-Knorre. Платформы преобладают 2-осн.