Ночь пляшущей тени - Алексей Бессонов

От своих друзей, ведущих дела на далеких звездных дорогах, он не раз слышал легенды об этом древнем клане, появившемся после чудовищной межрасовой войны. Раса, из плоти которой вышли Матери, во многом походила на людей, но дух ее и мысль несли в себе ярость, неукротимую и изощренную. Развязав страшную войну, победить в ней ривилин не смогли. Им милосердно оставили право на жизнь, и со временем они превратились в одну из ничего не значащих периферийных цивилизаций, слабо вовлеченных в великий круг галактической торговли – однако смириться с такой ролью могли не все: так и появились Карающие Матери, неуловимые и смертоносные. Они уже не ввязывались в войны, они всего лишь продавали чужую смерть тому, кто готов был за нее платить.

О боевых возможностях Матерей ходили самые невероятные слухи. Достоверно было известно, что они перестраивали свои тела при помощи генной инженерии, обретая способность управлять некоторыми энергиями, как страшным оружием. Сама по себе, в одиночку, Карающая Мать была не слишком страшна, однако каждую из них неизменно сопровождала «стая» из двенадцати или, реже, шестнадцати монков – искусственно созданных биомеханических организмов, выступающих не только в роли «псов», но и, главное, концентраторов энергий, отдающих часть своей силы хозяйке.

Очевидно, в битве с Ловчими одна из Матерей потеряла своих монков – уничтожить их напрочь было нелегко, но они явно вышли из строя, и восстановить их она не смогла. В итоге здесь, в глубине этой проклятой горы, лежит оружие невероятной разрушительной силы. Да, этому оружию очень много лет, но натворить беды оно, скорее всего, еще сможет. Особенно, если окажется в случайных руках…

Заслышав шум машины, из рощицы, где князь расположил свой лагерь, выскочили двое молодых парней с винтовками. Маттер приветственно махнул им рукой, и они заулыбались в ответ.

– Обед готов?

– Давно готов, командир! Господин Эрмон велел не ждать вашего возвращения, так что мы уже набили себе животы!

– Это он правильно…

Маттер остановился возле своей палатки. К нему уже спешил старший навигатор с куском хлеба в руке. Увидев тревогу в глазах князя, он нахмурился и застыл, не дойдя трех шагов до своего командира.

– Что-то случилось, ваша милость?

– Да, – отрывисто рявкнул Маттер. – Там не то, о чем я думал. Все намного хуже… Слушай внимательно, Ян: сейчас мы перекусим, потом возьмем с собой горное снаряжение и уедем. Если нас не будет до рассвета, попытайтесь проникнуть внутрь. Но только учти… – он помедлил, вздохнул, – если ты увидишь что-нибудь, не укладывающееся в твои представления о мире, немедленно беги и возвращайся в столицу, а там уже пускай Серебряный Покой присылает сюда экспедицию. Граф Дериц все поймет…

Эрмон опустил голову. Больше всего на свете он сейчас хотел бы идти в таинственное подземелье вместе со своим командиром, но давно уже усвоил: его распоряжения, какими бы странными они ни казались, исполняться должны молча и без всяких сомнений.

Князь обедал у себя в палатке отдельно от всех. Суп с сушеными овощами оказался весьма недурен, но сейчас он работал ложкой, почти не обращая внимания на его вкус. В голове у Маттера метались несколько мыслей сразу.

Судя по состоянию зала, где находилась статуя Карающей Матери – или же богини Секех, будь она неладна, – еще лет тридать-сорок назад там регулярно бывали люди. Деревянные двери никак не выглядят древними, да и на полу относительно чисто – а за то время, что прошло со времен первого Хонтлора, который явно ковырялся в подземелье, залы занесло бы основательно. Но потом почему-то Духов Палец забросили… почему, интересно?

И вот на этот-то вопрос ответ, наверное, знает Инго, так лихо ринувшийся покупать земли, купить которые, как раньше думал Маттер, почти невозможно. Возможно, очень возможно – просто потому, что они с некоторых пор потеряли для храма всякую ценность. Ха!

Что ж, новое поколение монахов отчаялось отпереть некие двери и, ослабев в вере, впало в уныние?

– Н-нет, – пробормотал Маттер и отодвинул пустую тарелку, – вот для этого, скорее всего, ему и нужна была книга. И Даглану, конечно, тоже, хотя кто его поймет, этого ублюдка?..

Маттер стукнул кулаком по своему складному столику и едва успел подхватить кружку со сладким цветочным отваром.

«Одного я убью, – размышлял он, – но что делать с другим? Замарать руки королевской кровью? А потом еще и уложить всех свидетелей? Или, может, пускай с этим разбираются другие – Энгард, Контроль, да кто угодно, – если я здесь бессилен?»

С этими мыслями князь подхватил со стола спицу с жареным мясом и вышел на воздух.

– Цепляйте мне прицеп! – крикнул он. – Веревки, крючья, лопаты: вы все знаете сами. И пулемет, пулемет не забудьте!

Госпожа Ламма сидела в тени деревьев на парусиновом стуле и задумчиво дымила трубочкой. Маттер вдруг увидел, что с ее пальцев исчезли все до единого кольца, а с запястий – браслеты, и пышные волосы стянуты широкой эластичной лентой, на поясе висит кобура с десятизарядным армейским пистолетом.

– Для нас начнается самое интересное, – произнес князь, присев рядом с женщиной на корточки.

– Вы не думали, что я увижу то, что видеть мне не следует, – прищурилась в ответ Элида. – Ну, уж теперь вам деваться некуда.

– Мне всегда есть куда деваться, госпожа моя. Но вы вызвались ехать сюда в качестве историка и археолога, не так ли? Я не хочу столкнуться с очередной надписью, прочесть которую не смогу. Но запомните: то, что вы сейчас увидите…

– Я догадываюсь, – Элида выколотила свою трубку и резко поднялась на ноги. – Я полностью к вашим услугам, дорогой князь.

Когда Маттер заводил двигатель, к машине подошел Риро Такари.

– Я должен… – начал он, но князь сразу приложил палец к губам.

– Даже если Даглан уже высадился в ближайшем западном порту, быстро ему сюда не добраться. Нет, Риро… всему свой час, уверяю. К тому же, знаете, я не хочу, чтобы вас увидел принц. А такая вероятность есть.

Дознаватель обиженно поджал губы.

– Принц, – хмыкнул он. – Ну да, конечно. Вы, как всегда, правы. Ладно…

Рядом с Хадденом на заднем диване уселся молодой рулевой Канни, взятый Маттером в качестве дозорного. Махнув на прощанье рукой, Маттер включил передачу и двинулся вперед, к серой дороге паломников, от которой, как он уже знал, было рукой подать до древней брусчатки, что вела прямиком к Пальцу. По мере приближения странноватая гора открывалась в новом для Маттера ракурсе, и он вдруг подумал, что если идти от поселка за холмами к храму, то в какой-то момент Духов Палец станет для наблюдателя высотной доминантой, нависающей над всей долиной. Был ли здесь какой-то скрытый смысл – кто знает, но картина перед ним открылась довольно зловещая. Много столетий святилище использовалось в ритуалах поклонения Секех, а богиня никогда не относилась к числу «добрых», скорее уж наоброт, паломники молили ее не о благе, но – о пощаде…