Обыденный Дозор. Лучшая фантастика 2015 (сборник) - Сергей Лукьяненко

Роквуд встал с бревна, подошел поближе и заглянул Ллону через плечо. На фотографии была девушка лет восемнадцати. Симпатичная, но не красавица. Соломенные волосы, курносый нос, веснушки. Только улыбка была необычайно хороша – маленькая карточка как будто светилась от этой улыбки.

– Ваша девушка?

Ллон вздрогнул и прикрыл фотографию рукой.

– Извините, не хотел вас напугать. Хорошенькая. Как она вас сюда отпустила?

Ллон некоторое время смотрел на Роквуда без всякого выражения – а затем плечи его вдруг затряслись, и, спрятав в ладонях лицо, парнишка расплакался. Карточка упала в мокрый мох. Роквуд почувствовал себя неловко. Он поднял фотографию, стряхнул с нее налипшие клочки мха и протянул юноше.

– Извините. Я что-то не то сказал?

Ллон молча выхватил фотографию и спрятал в карман. Роквуд вздохнул и присел рядом с ним на бревно.

– Ну, не молчите. Что там у вас стряслось? Она вас бросила? Сбежала в эту самую Маренгу с вашим лучшим другом? Вы поэтому туда едете?

Парень уставился на него покрасневшими глазами. Сейчас он выглядел еще младше, чем утром, на пристани. Пробивающаяся бородка совсем его не взрослила и казалась неуместной на нежном мальчишеском лице. Слова Роквуда, похоже, его возмутили. Во всяком случае, плакать он перестал и смотрел почти с вызовом.

– Лина? Сбежала? Что за глупости вы несете?!

– Я только высказываю предположения.

– Оставьте свои предположения при себе. Мы с Линой обручились два месяца назад, должны были пожениться этой осенью. У нее экзамены кончились раньше, и она поехала на Рио-Негро с друзьями. Я должен был приехать через три недели. Мы договорились встретиться в Манаусе. Когда самолет приземлился, меня уже ждали в аэропорту ее друзья и полиция.

Он замолчал. Лицо его исказилось, как будто он снова с трудом сдерживал слезы. Роквуд поспешно спросил:

– Что случилось?

– Она пропала. Слышите? Вот что случилось! – Юноша почти кричал. – Они отправились вверх по реке, добрались до этой чертовой деревни. Индейцы были не слишком дружелюбны, поэтому пришлось заночевать в лесу. Лина рано ушла спать. Все видели, как она заходила в палатку. С ней в палатке была еще одна девушка, и она клянется, что, когда все укладывались, Лина уже спала. Утром они нашли пустой спальник и никаких следов вокруг. Ничего! Полиция обыскала джунгли, допросила местных, но все без толку. К тому же прошло три дня – пока остальные добрались до города, пока расшевелили полицейских, пока заполнили все бумажки. Они ничего больше не смогли сделать. Дождались меня, выразили сочувствие и улетели домой, вот и вся помощь.

Он горько сморщил губы и замотал головой, будто хотел вытрясти из нее безнадежность. Роквуд спросил:

– И что говорит полиция?

– О, у них много версий. Какой-то толстый команданте в Манаусе перечислил их мне, загибая пальцы: раз, ее мог утащить ягуар. Два, она могла утонуть в реке, или ее затащил в воду кайман. Три, ядовитые змеи. Четыре, индейцы. Пять, она просто заблудилась, свалилась в яму или промоину и сломала шею. Шесть…

Он махнул рукой и отвернулся. Глаза его опять заблестели. Роквуд сочувственно вздохнул.

– Не хочу показаться жестоким, Ллон, но… вы надеетесь ее найти? В одиночку, в незнакомых джунглях? Там, где полицейские ничего не добились? Извините, только, по-моему, намного больше шансов, что вы сами пропадете.

Парень пожал плечами и, не оборачиваясь, глухо спросил:

– А что еще я могу сделать?

Бореаль у керосинки замахал руками и заголосил:

– Кушанье готово. Обедать, обедать!

Ллон встал с бревна и, не взглянув на Роквуда, зашагал к реке. Фотограф догнал его, удержал за плечо и сказал:

– Вот что мы сделаем. Заночуем у мистера Маскуито. Все равно ночью по реке плыть невозможно. Дальше русло сужается, и мы наверняка напоремся на корягу и потонем к чертовой матери. Утром я быстро схожу к кампаса и сделаю фотографии. Много времени это не займет. А после обеда поплывем в вашу Маренгу.

Юноша так и не обернулся, но рука его накрыла ладонь Роквуда, и пальцы благодарно сжались.

Гасиенда синьора Маскуито выплыла из сумрака, как скелет выброшенного на берег и начисто обглоданного кита. За приземистой рощей белела веранда, и врезалась в небо крыша – чуть чернее, чем звездная чернота, позвоночник умершего гиганта. Пристань была затянута туманом, и в тумане желтело расплывчатое световое пятно. Когда лодка подплыла к мосткам почти вплотную, оказалось, что это фонарь. Фонарь покачивался в руке очень высокого человека в просторной рубашке и широченных ковбойских бомбачас. Роквуд принял его сначала за работника, но по суетливой улыбке Бореаля и его оглушительному воплю: «Приветствую, приветствую, амиго!» – быстро понял, что ошибся. Встречающий их на мостках был сам синьор Маскуито, хозяин гасиенды и добрый друг кампаса.

Синьор Маскуито наклонился с мостков и протянул руку, помогая Роквуду вылезти из лодки. Помощь была своевременной – ноги у американца за долгие часы сидения совсем занемели. И только выбравшись на причал, Роквуд понял, насколько Маскуито стар. Хотя тот и старался держаться прямо, волосы у него были совершенно седые и пушистые, как у очень пожилых людей. В свете фонаря они сияли вокруг макушки, подобно нимбу, и эффект портило лишь мельтешение бьющейся о фонарное стекло мошкары. Несколько тонких прядей свешивались на лоб, почти закрывая столь же седую бровь. В то же время морщин у Маскуито было не так уж много, а близко посаженные глаза остро поблескивали.

– Приветствую вас, – улыбнулся хозяин. – Бореаль сообщил о вашем прибытии. Он, правда, не упомянул вашего юного спутника.

Ллон, уже выбравшийся на мостки, смущенно кашлянул. Роквуд подумал, что английский старика чист и правилен, практически стерилен, как у всякого хорошо натасканного иностранца. Фотограф положил руку Ллону на плечо и подтолкнул паренька вперед.

– Это приобретение сделано нами в Вапуе в последнюю минуту. Знакомьтесь: Ллон Кравник, отважный исследователь джунглей. Он направляется в Маренгу, и я завтра вечером составлю ему компанию.

Бореаль сзади заворчал – до сей минуты он и не подозревал, что их планы изменились. Не обращая на индейца внимания, Роквуд улыбнулся синьору Маскуито со всей возможной любезностью. Старик протянул руку Ллону.

– Приятно, приятно видеть молодого человека, который вместо сидения в душном офисе или пьянства в баре посвятил себя исследованиям.

Ллон, кажется, собирался возразить, но Роквуд очень удачно толкнул его, пробираясь к берегу, так что юноша ограничился рукопожатием. Почему-то Роквуду казалось, что сейчас не время делиться с хозяином настоящей целью их поездки.