Козырные тузы - Джордж Мартин

— Но Дочь Луны сражалась. И все остальные, скорее всего, тоже будут. Я ни разу в жизни ни с кем не подрался. Только однажды я ударил одного человека, так он улучил момент и врезал мне в нос. А потом вдруг я оказываюсь в теле красотки, которая выбрасывает мускулистых пришельцев через стены.

— Это было незабываемое зрелище, — заметил Тахион, не удержавшись от смешка.

— Оказывается, быть тузом — совсем не сахар.

«Тисианн, я ее чувствую! „Мегера“ совсем близко».

Tax взъерошил волосы и вздохнул.

— Боюсь, нам пора, друг мой. — Он спустил ноги на пол и поднялся. — Я провожу тебя до шлюза.

Сигнальные огоньки вели их по изгибающемуся коридору.

— Ты уверен, что сможешь… что он сможет отыскать астероид? — с тревогой спросил Тахион.

— Вообще-то поблизости их не так чтобы очень много, док.

«Эта стерва заходит на перехват. Мы окажемся в зоне досягаемости ее орудий через двадцать минут».

«Задержи ее, „Малютка“».

Они остановились у внутреннего отверстия шлюза. Тахион с Глюксом обнялись; у обоих в глазах стояли слезы, оба старались не показать этого.

— Удачи тебе, Марк.

— И тебе, док. Скажи, «Малютка» — это весь корабль, да?

— Верно.

Глюкс застенчиво наклонился и легонько коснулся губами распорки, формой похожей на сталагмит.

— Пока, «Малютка». Мир тебе.

— До свидания, Капитан! С богом.

«Потворствуешь примитивным предрассудкам?» — уколол Тахион, когда из вежливости зашел за поворот коридора.

Ответом ему была мысленная усмешка «Малютки».

«На кого будет похожа эта новая личность, Тис?»

«Не знаю. Но жду с нетерпением».

Пожалуй, рассчитывать получить вторую Дочь Луны будет слишком самонадеянно. Им и без того повезло, что под рукой оказался туз с такой комбинацией способностей, которая давала им крохотный шанс на успех.

— Доктор?

Голос докатился до них, словно расплавленный янтарь, густой и низкий. Зрелище, открывшееся очам Тахиона, лишило его дара речи. Перед ним стоял туз, подобный греческому богу: высокий, безупречно мускулистый, с мужественной челюстью, ясными зелеными глазами и нимбом золотистых кудрей, облаченный в тугой, как перчатка, желтый костюм с солнцем на груди.

— Меня, — сообщил небожитель, — зовут Звездный Свет.

— Для меня огромная честь познакомиться с вами, — машинально отозвался Тахион.

— Совершенно верно. Вы — милитарист, представитель загнивающей и репрессивной цивилизации. Я собираюсь попытаться предотвратить катастрофу, на которую обрекла мой мир ваша никем не сдерживаемая технология, в то время как вы вступаете в бой с другим крылом той же самой технократической банды, которая занесла на Землю ваш сатанинский вирус. В сложившихся обстоятельствах мне трудно желать вам успеха, доктор. И тем не менее я вам его желаю.

Тахион лишился дара речи, а «Малютка» издавал в его голове странные икающие звуки.

— Я очень признателен, — выдавил такисианин наконец.

— Да. — Звездный Свет погладил свою героическую челюсть. — Пожалуй, я сложу поэму о моральной дилемме, перед которой я оказался…

— Может, лучше сначала отправиться на астероид? — Тахион едва не сорвался на крик.

Звездный Свет нахмурился, как Зевс, пойманный Герой с поличным, но сказал:

— Полагаю, это так.

Люк шлюза раскрылся.

— Всего доброго, — пожелал Тахион.

— Благодарю вас. — Он шагнул в шлюз.

Когда открылся внешний люк шлюза, «Малютка» принялась передавать картинку снаружи — каждый квадратный сантиметр ее оболочки при необходимости мог становиться светочувствительным. Звездный Свет выплыл в безвоздушное пространство, повернулся лицом к ослепительному в своем сиянии Солнцу, которое теперь было позади, и, похоже, вдохнул полной грудью. Затем он оттолкнулся от корабля, вытянулся в струнку и превратился в сверкающий желтый луч, надвое рассекший вечную тьму космоса.

— Фотонная трансформация, — протянул потрясенный Тахион. — Как тахионная трансформация у нашего призрак-двигателя, только она позволяет ему двигаться лишь со скоростью света. Невероятно!

В этот миг он почти гордился дикой картой, но сумел отогнать это чувство.

— Пожалуй, этот тип не слишком мне нравится.

«Настоящий самодовольный индюк. Капитан был куда лучше».

«Тис, они приближаются».

Он парил вне времени. Это было освобождение от всего. Он словно не существовал или существовал в унисон со всей вселенной.

Но время шло, и Звездный Свет спустился с вершин блаженства. Астероид ожидал его. Неаппетитный бугристый ком шлака словно падал прямо на него, хотя его луч обзора был перпендикулярен движению астероида.

Звездный Свет потер челюсть и нахмурился. У него еще было что сказать этому инопланетному докторишке — о зле, которое его сородичи принесли в мир, о его собственной склонности заманивать этого жалкого недоумка Глюкса в безумные приключения. Но с этим придется подождать. По воспоминаниям, которые он делил с Марком и всеми прочими, Звездный Свет знал, что действие наркотика длится примерно час. Он надеялся, что успеет выполнить то, что должен.

Он протянул руку, и ослепительно белый луч света переметнулся с нее на изрытую оспинами поверхность Тецкатлипоки. Кусок скалы начал переливаться всеми цветами радуги.

Звездный Свет был невероятно силен, но все-таки не мог отклонить смертоносный астероид с курса или разрушить его. Единственное, что он был в состоянии сделать, это при помощи своего луча выжечь на боку Тецкатлипоки пятно, чтобы его вещество, словно ракетный выброс, испарилось с астероида под нужным углом. Даже сейчас, когда до Земли оставался всего миллион миль, такого крошечного отклонения должно было хватить.

Однако даже самое ничтожное изменение курса астероида потребует немыслимого количества энергии. И неизвестно еще сколько времени.

Постепенно наращивая мощность, Звездный Свет чувствовал себя бодрым, огромным, полным силы. Он не может потерпеть неудачу здесь, перед всевидящим оком священного Солнца, купаясь в лучах его энергии.

На кону стояла целая планета, его планета, Земля, зеленая и круглая. И, между прочим, его собственная жизнь тоже, как и жизнь Марка Медоуза и прочих личностей, чье существование было каким-то образом переплетено с его собственным.

В тот же миг, как «Малютка» засек «Мегеру», Тахион понял, что самое смертоносное оружие его кузена выведено из строя. Когерентные тахионы призрак-копья разметали бы атомы «Малютки» — да и его собственные тоже — по дюжине измерений в единую аттосекунду, если бы оно было в исправности, а поскольку «Малютка» тоже лишился своей призрак-железы, они даже не успели бы ни о чем догадаться. Но Tax рискнул и сделал ставку на то, что нападение Роя вывело из строя тахионный излучатель. Он должен был стать самой первой мишенью для Прародительницы Роя; эти планетоидные существа боялись призрак-копьев как огня — даже таких небольших, какими были оборудованы корабли класса «Гончая», вроде «Мегеры».