Вслед за Ремарком - Ирина Степановская

– А зачем ты приехала?

– Ну надо же засветиться на экзамене, чтобы не создавать лишних проблем…

Девчонки смотрели на Лизу с завистью. Такая красивая! Такая смелая! И говорит с ними откровенно, нисколько не чинясь!

Нина пришла на экзамен пешком. Она была в своем синем шарфе и осенней куртке – шубку она не надела: ездить в ней было жарко, а хлопот много – расстегивать, свертывать, класть на сиденье в присутствии капитана ГАИ, общественного наблюдателя да двоих курсантов, которые обычно ждали своей очереди. «В куртке удобнее», – решила она.

Ей был, конечно, неприятен сияющий Лизин вид, ее новая машина, ее новые меха. Все это, как она поняла, купил Кирилл, но вместе с тем она наблюдала за Лизой уже как бы со стороны, не считая себя участницей событий. Во всяком случае, тот вечер, когда они вдвоем с Пульсатиллой разговаривали с Лизой на кухне, казался ей далеким прошлым, имеющим к ней весьма смутное отношение. И она была рада, что выбрала этот путь. Не стала вести с Лизой борьбу за Кирилла. Неизвестно, правда, как бы она поступила, если бы ее семейная жизнь с Кириллом была безоблачной, но в последнее время она отнюдь таковой не была… Нина не хотела себя обманывать. И поэтому сейчас старалась не обращать на Лизу внимания. Костер догорел, и разжигать его снова она не собиралась. «Жизнь рассудит, кто из нас прав», – решила она и не дала обиде разрастись настолько, чтобы заслонить собой белый свет.

Роберт, закончив цикл занятий с этой своей группой, уже не мог влиять на ход сдачи экзамена. Он набрал новых учеников и скорее всего не приехал бы вообще, если бы не должен был встретиться с Ниной. Та трещина, которая появилась между ними в их последнюю встречу, постепенно заросла, покрылась нежными рубчиками воспоминаний. И хотя Роберт тоже думал, что, наверное, выдумал или ошибочно придал Нине черты, которых на самом деле у нее не было, теперь, обучая совсем других учениц, понял, что она действительно отличается от большинства известных ему женщин. Что она обладает и умом, и характером. Что же касается внешности – теперь Нина казалась ему красивой. И когда Нина скромно стояла в толпе других учеников и заглядывала в тетрадку, он внезапно почувствовал, что она ему гораздо ближе, дороже, чем все великолепные красавицы на свете, чем все потенциальные прелестницы, которые гипотетически могут когда-либо стать его ученицами. И поэтому он, выйдя из машины, протиснулся к Нине через толпу, взял ее за руку:

– Не волнуйся, ты все знаешь, и ты экзамен сдашь! – Это были очень простые слова, но те, кто слышал их, что-то почувствовали в его голосе – то ли зов плоти, то ли уверенность зверя, оберегающего свою подругу, и каким-то образом толпа, в центре которой они пребывали, как-то очень быстро улетучилась, рассосалась, и Нина с Робертом оказались одни. Лишь издалека с таинственной улыбкой на красивых губах на них посматривала Лиза. Кстати, Лиза неизвестно каким образом, но эту часть экзамена тоже сдала.

Впереди еще была практика.

Ученикам теперь следовало вернуться назад в школу, а далее согласно списку уже на машине капитана ГАИ выполнить все, что полагалось. Обычно учащиеся сначала сдавали площадку, потом ехали на улицу, демонстрируя там свое умение, но когда капитану надоедало кружиться по одному и тому же месту, он менял очередность заданий. Капитан был тот самый, что принимал участие в разборке Роберта и Михалыча с амбалами из джипа. Сейчас он делал вид, что никакого отношения ни к чему, кроме экзамена, не имеет, и с Робертом не разговаривал.

Лиза набила в свою машину с десяток желающих и укатила с ними. Роберт повел Нину к желтой учебной машине.

– А где твоя «девятка»?

– Потренируйся напоследок! – предложил он ей, оставив без внимания вопрос, но она отказалась:

– Не хочу использовать твое служебное положение!

Он тоже усмехнулся, но как-то невесело.

«Что-то случилось еще за это время», – подумала она, а когда увидела на щитке куколку-эскимоску, которая раньше украшала его личную машину, уверилась в своих предположениях.

В списке Нина стояла третьей. Первые двое учеников почему-то из рук вон плохо выполнили площадку, и капитан ГАИ быстро высадил их, не приняв экзамен. Нина видела, как помрачнело лицо Роберта. И хотя он знал и говорил им не раз на занятиях, что число сдавших экзамен с первого раза редко когда бывает больше сорока процентов, Нина видела, что ему все равно очень неприятно такое начало.

«Я въеду на эстакаду задом! – решила она. – Пусть этот важный капитан увидит, что Роберт не зря работал, что есть среди его учеников и те, кто умеет ездить!»

– Воронина! – выкликнул фамилию в толпу капитан и, увидев решительно подходящую к нему Нину, скомандовал: – Поехали сначала на улицу!

Нина поехала за ворота, а Роберт вооружился лопатой и почистил от снега площадку.

– Зачтено! – одобрительно кивнул капитан, когда Нина остановилась.

Общественный представитель, вероятно, из числа бывших работников, а теперь пенсионер, тоже подобострастно подтвердил его мнение.

– Ну, теперь маневры, – скомандовал капитан. – Пока снегом не занесло, давай на эстакаду!

Нина выехала на заданную прямую, быстро сделала разворот и приготовилась подниматься задом. Капитан сначала даже не понял, что она хочет сделать. Он решил, что она не расслышала и маневрирует таким неожиданным образом для того, чтобы перестроиться для другого упражнения.

– На эстакаду! – с удивлением повторил он.

– Я и еду на эстакаду! – Нина посмотрела, ровно ли она встала задними колесами, и чуть дала газ. К ней пришло необыкновенное спокойствие, уверенность в своих силах, словно она объясняла у доски тысячу раз решенную задачу.

– Ты что, с ума сошла?! – обалдел капитан, увидев, что они таким необыкновенным способом медленно, но верно поднимаются вверх. Он хотел было нажать на свой дополнительный тормоз, но нога его автоматически остановилась в нерешительности: на тормоз-то он нажать мог и даже мог применить еще и ручной тормоз, но выходить из машины на самом подъеме узкой скользкой эстакады, чтобы пересадить Нину с водительского места, он не решился.

«Если забуксуем, можем свалиться! Ей самой не выскочить!» – подумал он.

Нина тем временем, довольная произведенным эффектом, остановилась точнехонько на середине подъема и через секунду снова включила двигатель. Не скатившись ни на дюйм, медленно и аккуратно она ползла вверх. Через середину моста она проехала задом совершенно спокойно при полном молчании сидящих в машине. Капитан затаил дыхание и не решался вздохнуть, а представитель общественности боялся пошевелиться, чтобы случайно не изменить в кабине состояние равновесия. Между тем Нина поставила машину на мосту точно посередине.