Кот в красной шляпе - Саша Суздаль

— Хорошо, берём, — сказал Перчик, хотя им и самим негде жить.

— К сожалению, завтра меня не будет, — грустно сказал Тёмный, — у меня работа.

— Какая жалость, — Леметрия так прижалась к Тёмному, что даже Перчик приревновал. — А тебе здесь не холодно?

— Я не боюсь холода, — ответил Тёмный, — мне тепло, когда обо мне думают.

— Я буду думать о тебе всегда, — пообещала Леметрия, и, потискав Тёмного на прощанье, скрылась вместе с Перчиком в доме.

— Товарищ Тёмный, — обратился Иван Иванович к лошади.

— Я вас слушаю, — повернулся к нему Тёмный.

— А вы не могли бы нам помочь? — спросил Иван Иванович напрямик, а Розария замерла.

— Я знаю о вашей проблеме и, если найду решение, вы будете вместе, — пообещал Тёмный. Розария, от избытка чувств, обняла его за шею и заплакала. Лошадка медитировала в её объятиях, ясно чувствуя настороженного Васю и ещё больше умиляясь. Получив порцию блаженства Тёмный сказал:

— Приходите завтра, с утра, на посадочную площадку, мы полетим в Тизер, и там, на месте я сделаю максимально всё, что можно.

Ободрённые Вася и Розария вместе с Иваном Ивановичем и тётушкой Ненцией шагали вечерними улицами нового города, освещёнными яркими электрическими огнями, и думали о своём будущем, которое решиться завтра.

Наутро возле посадочной площадки собралось чуть ли не всё население нового города. Снарядили четыре флаэсины сопровождения, в которые набилось столько желающих, что Хенку пришлось применить всё своё влияние, чтобы навести видимость порядка. В первой флаэсине сели только Элайни и Лайни, Сергей, Перчик, Маргина, Хенк, Байли, доктор Фрост, стратег Вейн и два кота, Туманный и Хамми. Управляла флаэсиной Леметрия, и в качестве незаменимого свидетеля – Парк.

Во вторую погрузились Розария, Вася Филимонов, Иван Иванович и тётушка Ненция, клетка с динозавром стояла на корме, там же располагался и Тёмный, на случай неожиданностей со зверем. Управляла флаэсиной фрея Арис вместе Манком. Ну а дальше, кроме назначенных для управления флаэсинами, садились всё, кто успел. Хенк поднялся на борт и дал отмашку.

Флаэсины плавно взлетели, раздвигая морозный воздух, и, под аплодисменты провожающих, направились в Тизер. Маргина стояла вместе с Элайни и Лайни, смотрела на них, запоминая их черты, и не верила, что расставание так неотвратимо. Вдоволь не пообщавшись со вновь приобретёнными дочерями, она чувствовала незаполненную пустоту в своей душе, и лихорадочно думала, что такого им сказать на прощанье, и как отлюбить своих непутёвых дочерей. Тёмный вчера объяснил, что Элайни, Лайни, Сергей и Маргина должны, как первопричина, стать возле кольца и замкнуть репликации, а о том, что будет дальше, молчал. Единственное, что могли просчитать Хранители – это то, что Галактике не будет грозить уничтожение.

Больше всех возмущалась Маргина:

— А почему я? — недоумевала она. — Я ведь никуда не перемещалась?

Тёмный, не рассказывая всего, слушал и тихо её успокаивал: — Не бойся, я буду рядом!

Маргина, чувствовала, что рядом, в её голове, ещё кто-то пасется, и сразу подумала на Мо, но он оставался далеко, на станции репликации под Тизером. Хотя, кто их разберёт, Хранителей, для них расстояние не помеха. За себя Маргина не боялась: многое испытав за последнее время, она знала, что жизнь – это маленькая игра, в которой тебе даётся шанс построить её по своему, и никто не виноват, что ты избрал тот или иной путь.

Байли сидела на лавочке у борта и плакала. Сразу потерять и мать и сестёр, стоящих сейчас рядом, таких живых, горячо любимых, и даже не знать, где они, в какой точке необозримой Галактики, появляться или пропадут совсем.

Розария с тётушкой тоже плакали, как не успокаивали их Вася и Иван Иванович. Но, всё же, питали надежду, что всё обойдётся, и им не придётся распрощаться навсегда. Впереди показался Тизер и флаэсины, не залетая в него, садились на другом берегу, недалеко от чёрного цилиндра. Их уже встречал Мо, переброшенный по каналу со своей станции. Мо преобразовал себя в человеческую фигуру с невероятно рыжей шевелюрой на голове, чем поразил всех, кто его знал.

Вероятно, решил, что для данного случая так будет лучше. Все сошли с флаэсин и расположились большим полукругом перед черным зданием. Тёмный накинул сеточку на динозавра, открыл клетку и повёл его в направлении тёмного здания. Они вошли вместе с Мо и вскоре из здания посыпались искры. Динозавра отправили домой, на родную планету

Хранители посовещались и решили, для начала, отправить на место ОРУ 330. В посёлке Власиха, под Барнаулом, неожиданно пропавшее ОРУ не расстроило Геннадия Сёминова, так как кабель, зарытый в землю, всё также снабжал его дом электричеством. ОРУ 330, без Ивана Ивановича и Васи, вернулось на место, а коллектив Каневской ГЭС никак не мог понять, на кого же работала гидроэлектростанция целый месяц. Первая из дыр захлопнулась и Тёмный вышел сообщить Васе и Ивану Ивановичу, что им ничего не грозит.

Все закричали и захлопали, и эта маленькая победа, воодушевила не только Васю и Ивана Ивановича, а и всех оставшихся. Всем показалось, что всё будет хорошо. Тёмный открыл станцию репликации, обнажая огромное кольцо репликатора. Маргина, Элайни, Лайни, Сергей, Туманный Кот, Хамми и Мо остановились перед ним, ожидая своей участи.

Рядом стояли Хенк и Байли, Перчик и Леметрия с Парком. Наступила последняя минута прощанья, последние поцелуи и объятия. Кольцо окуталось голубым туманом, скрывая стоявших перед ним, разрядилось искрами и исчезло.

Туманная репликация

Сегодня палило, как никогда. Сергей отстегнулся и снял с себя галстук и пиджак. Впереди показался поворот. Его «Опель» начал вписываться в дугу поворота и тут, на обочине, Сергей увидел очаровательную блондинку в красной шляпе, которая махала ему рукой. Он уже собирался остановиться, как прямо перед машиной вынырнул рыжий кот. Запоздало нажимая на тормоз, Сергей влетел в лобовое стекло и отключился.

Что-то назойливо стучало в голове. Тук-тук-тук, тук-тук-тук. Сергей открыл глаза и увидел, как в боковое стекло стучит женщина в красной шляпе. Он открыл окно.

— С вами всё в порядке? — встревожено спросила она. Сергей кивнул головой.

— Это мой кот, Хамми, выпрыгнул из корзинки прямо на асфальт, — объясняла блондинка, — вы уж простите нас, пожалуйста.

— Ничего, — махнул Сергей, подозревая, что шишка будет ещё та. — А вам куда?

— Да я в Канев, к маме, — объяснила блондинка.

— Садитесь, я как раз в Канев, к другу еду, — объяснил Сергей.