Дрессировщик драконов - Илья Одинец

— Старею.

Вильковест произнес корректирующее заклинание и прорехи затянулись, однако площадь сетки не увеличилась.

— Ярдос вас всех покарай. Ниже!

Гаргхортсткор спустился на обычную высоту, и колдун стал всматриваться в свою работу. Ажурное кружево колыхалось на ветру, по его поверхности проходила рябь, а иногда и тень от облака, нечаянно закрывшего солнце. В темные пятна колдун вглядывался особенно внимательно, сегодня он должен обнаружить шпиона, сеть — его последняя надежда.

Неожиданно мир померкнул, зелень исчезла, сменившись синевой, золотая сеть превратилась в темно-серую — истинно свободный проник в сущность человека, и утащил его сознание.

— Не смей делать это без моего разрешения! — рассердился колдун, но тут же замолчал. Он увидел то, что видел дракон, и то, что не заметил сам. Черное, словно глаз самого Ярдоса, пятно рядом с войском. Наблюдатель.

— Попался!

Гаргхортсткор вернул луноликому его собственное зрение и снизился, не дожидаясь команды.

Солдаты за время похода, казалось, привыкшие к присутствию крылатого хищника, с криками разбежались во все стороны, а шпион не успел. Он присел, закрыв голову руками, заранее смирившись со своей участью.

— Гаргхортсткор, — нарочито громко произнес колдун, — сожги его.

Дракон вдохнул воздух через ша-яну, и тряхнул головой.

"В чем дело?" — старик потянулся к дракону и вздрогнул. Он действительно стареет. Магия, которой обладал наблюдатель, была вовсе не магией. Шпион оказался луноликим. Тем самым мужчиной, путешествовавшим по Миловии с истинно свободным и полукровкой.

— Где твой спутник? — грозно спросил Вильковест.

— Он покинул меня, — луноликий опустил руки и посмотрел в глаза колдуна. — Вместе с моим драконом.

Вильковест ухмыльнулся. Мужчина был жалок. С их последней встречи прошло не так уж много времени, однако тот сильно постарел, осунулся, выглядел уставшим, словно провел в Арканских рудниках целый год. А взгляд… такой взгляд колдун видел у обреченных на смертную казнь. Впрочем, луноликий действительно был обречен на смерть. Без дракона он начнет угасать и умрет лет через сто или даже чуть меньше.

— Зачем ты преследуешь сартрского короля? — высокомерно спросил старик.

— Мне нет дела до его величества, — ответил луноликий. — Я хотел повидаться с Элиотом.

— Повидаться? — усмехнулся старик. — Или спасти из лап коварных похитителей? Полукровку никто не держит, он свободен.

— Я знаю.

— Тогда зачем ты идешь за ним?

— Я… я не попрощался.

В глазах луноликого было столько боли, что Вильковест рассмеялся.

— Ты глуп и предсказуем. Думаешь, я не знаю твой секрет, думаешь, не разузнал об Эл'льяонте все, прежде чем похищать?

— Зачем он тебе?

Колдун не ответил, луноликого это не касалось. Вильковест мысленно коснулся дракона и показал ему картинку. Гаргхортсткор довольно фыркнул, он обожал пугать хомо обыкновениус, и задумка старика пришлась ему по вкусу.

— Хочешь поговорить с сыном? — спросил Вильковест. — Поговоришь. Но сначала ты должен помолчать. Подойди к истинно свободному.

Луноликий поднялся и неуверенно сделал шаг навстречу белоснежному хищнику. Вильковест видел, как подрагивает нижняя губа дрессировщика, и с каким трудом тот переставляет ноги. Гаргхортсткор производил нужное впечатление. Пусть луноликий привыкает смотреть в глаза смерти, теперь она будет идти с ним бок о бок всю оставшуюся жизнь.

Вильковест сжал усы дракона в ладонях, приготовившись к развлечению.

— Гаргхортсткор не любит звук чужого голоса, поэтому ты должен молчать.

Дрессировщик побледнел, возможно, понял, что сейчас случится нечто страшное и неприятное, но он, без сомнения, и вообразить не мог, что именно.

"Вперед", — скомандовал Вильковест.

Гаргхортсткор распахнул пасть и взмахнул крыльями.

Утро порадовало Фархата двумя хорошими новостями. Король Ви-Элле проявил благоразумие и согласился принять помощь сартрского правителя. Он уже начал собирать войска, и не позднее чем через декаду встретит Фархата на дороге к Ил’лэрии. Его величество Эдель Седьмой пообещал сартрцам полную поддержку и выразил глубочайшую благодарность за то, что столь далекий сосед не оставляет в беде его страну.

Фархат посмеялся над бедным больным стариком. Интересно, что бы сделал Эдель, узнай он заранее, что сартрское войско состоит не из жалкой тысячи, а включает в себя едва ли не всю военную мощь королевства? Испугался бы, но ответил приблизительно теми же словами, больше ему ничего не оставалось. Сартрское войско сотрет Ви-Элле с лица земли, если, конечно, противнику не помогут раханцы или О-шо.

Вторая хорошая новость заключалась в том, что солдаты О-шо уже начали наступательные действия и также согласились на помощь.

На сей раз остроухие ответят за свои злодеяния. На трон сядет полукровка и, под управлением его сартрского величества, поможет тому покорить весь Аспергер.

Фархат разложил на коленях карту материка, и, улыбаясь, водил по границам королевств тонким пальцем с золотым кольцом.

— Все идет как нельзя лучше. Скоро, очень скоро вы изменитесь, а потом я стану вашим повелителем, и вы исчезнете. Большая часть материка будет носить мое имя.

Король закрыл глаза. Он подошел к осуществлению мечты так близко, что мог вообразить ее запах и вкус. Он уже не только видел золоченый трон объединенных королевств, но почти ощущал его. Трон переливался яркими желтыми оттенками и негромко, но назойливо, гудел.

Фархат открыл глаза. Гудение не исчезло, зато карета покачнулась, и внутрь заглянул первый королевский министр.

— Сегодня мой король получит еще одну хорошую новость. Позвольте войти?

Фархат милостиво кивнул, а сам внимательно наблюдал за Вильковестом.

Колдун сел на диванные подушки на скамье напротив короля, некоторое время смотрел на сартрского правителя, будто раздумывал, стоит ли просить того отвернуться, потом нагнулся и вытащил из-под сиденья небольшой резной сундучок из странного темного дерева, по углам обитый серебром. Гудение доносилось из него.

Фархат поднял брови, но Вильковест сделал вид, будто не заметил. Он провел ладонью по шершавому дереву, пробормотал несколько слов, и крышка сундучка открылась. У короля перехватило дыхание, как бывало всегда, когда первый министр пользовался колдовством. Из сундука выплыл небольшой, с тарелку, черный шар. Он повис перед лицом колдуна, и по его поверхности пробежали волны.

Вильковест снова зашептал, и чернота стала рассеиваться. Сначала в центре шара появилось небольшое мутное окно, сквозь которое можно было рассмотреть мутные нечеткие пятна, потом окно расширилось и посветлело, будто изнутри его протерли влажной тряпкой. Перед изумленным взглядом Фархата предстало изможденное и испуганное лицо гвардала Реймса.