Масоны в России - от Петра I до наших дней - В Брачев

Председательствовал на заседаниях петербургского отделения Общества профессор С.-Петербургской Духовной академии масон Антон Владимирович Карташев.

Среди наиболее активных членов РФО - такие же масоны: Д.С.Мережковский, Зинаида Гиппиус, Петр Струве, Александр Мейер, Д.В.Философов, Евгений Аничков и целый сонм сливок петербургской масонствующей интеллигенции.

Духовным и организационным предтечей Общества явились уже упоминавшиеся выше Религиозно-философские собрания 1901-1903 гг. Вот какое впечатление произвели они на только что возвратившегося в январе 1903 года из Парижа М.А.Волошина.

"Петербург и русская жизнь меня поразили, - пишет он. - Читался доклад В.В.Розанова на тему о возможности творчества в области церковных догматов. Читал доклад не Розанов, который никогда публично не говорил, а читал Мережковский по его рукописи. Нервный, женский и высокий голос Мережковского, трагический шишковатый лоб В.В.Розанова, который он молча и нервно охватывал властными пальцами, прикрывая глаза; бледные испитые лица петербургских литераторов, вперемешку с черными клобуками монахов; огромные седые бороды и живописные головы священников, лиловые и коричневые рясы; острый трепет веры и ненависти ... над собранием. Это рождало смутные представления о раскольничьем соборе XVII века" [1282].

Неудивительно поэтому, что в том же году собрания были закрыты. Однако идея их не умерла, воплотившись в заседания Религиозно-философского общества.

Возглавлял петербургское отделение общества с 1912 года Вячеслав Иванов, которого сменил в 1917 г. А.В.Карташев. Секретарем была Ксения Половцева.

"Мятежный дух" в обществе постоянно поддерживала уже упоминавшаяся нами Зинаида Гиппиус - "святая дева с ликом бляди" (С.Соловьев), в отношении которой современники расходились, пожалуй, только в одном: гермафродит она или только лесбиянка.

Во главе московского отделения Религиозно-философского общества стояли:

Г.А.Рачинский (председатель), Андрей Белый, В.А.Свенцицкий, С.Н.Булгаков, Н.А.Бердяев, Е.Н.Трубецкой. Церковное течение в софианстве представлял Сергей Булгаков. Наиболее же радикальная часть Общества группировалась вокруг В.П.Свенцицкого и его "Христианского братства борьбы" (1905-1908), пытавшегося вести революционную работу под флагом христианских идей [1283].

Лейтмотивом развернутого ими похода на традиционные основы русского самосознания стал призыв к разрыву с православием и возвращение к "первоисточникам христианства"

[1284].

Результатом оголтелой проповеди "внецерковного религиозного революционаризма"

стал очевидный накануне 1917 года раскол среди членов Общества. Еще в 1914 году в знак протеста против исключения В.В.Розанова вынуждены были покинуть его ряды С.А.Аскольдов (Алексеев) и П.Б.Струве. И уж совсем нетерпимое положение сложилось в петербургском Религиозно-философском обществе после "победоносного Февраля", когда потерявшие всякое чувство меры "леваки"

(А.А.Мейер, К.А.Половцева) попытались организовывать религиозные митинги на животрепещущие по тем временам темы: социализм и религия, Бог и наука, церковь и государство, революция сознания, религия и революция. Не менее любопытен и состав предполагаемых участников "народных митингов": А.Ф.Керенский, Б.В.Савинков, А.В.Карташев, А.А.Мейер, Н.Д.Соколов, В.П.Соколов, Н.О.Лосский, Г.В.Плеханов [1285].

Не удивительно поэтому, что деятели РФО не только не испугались "Великого Октября", но напротив, основав (ноябрь 1919 г.) в Петрограде т.н. "Вольную философскую ассоциацию" (Вольфила [1286]), можно сказать, удвоили свои силы в борьбе против ортодоксального православия и традиционных ценностей русского народа. На то, что Вольфила, как и РФО, была организацией определенно масонского толка, указывает большой интерес, который проявлял к ней руководитель петербургских мартинистов Г.О.Мебес.

"Этой организацией, - писал А.М.Асеев, - очень интересовался Г.О.М.; он встречался и подолгу беседовал с глазу на глаз с Андреем Белым. Постоянно бывали в Вольфиле и некоторые петроградские масоны, принимавшие активное участие в ее работе [1287]. В октябре 1921 г. было открыто и московское отделение Вольфилы. Однако должного взаимопонимания с большевиками они не нашли и в 1922 году многие активные деятели Вольфилы и Религиозно-философского общества были высланы из страны на "философском пароходе".

Глава 18.

Ленинградские масоны 1920-х годов и их судьба

Как бы то ни было, масонская идеология в начале XX века пустила настолько глубокие корни в среде российской интеллигенции, что даже знаменитый большевистский террор 1920-х гг. оказался не в состоянии сразу уничтожить ее быстрорастущую поросль. На сегодняшний день известно, по крайней мере, десять тайных масонских или полумасонских организаций, действовавших в 1920-е годы в СССР: "Единое трудовое братство", "Орден мартинистов", "Орден Св. Грааля", "Русское автономное масонство", "Воскресенье", "Братство .истинного служения", "Орден Света", "Орден Духа", "Эмеш Редивиус", "Орден тамплиеров и розенкрейцеров". Шесть первых из них располагались в Ленинграде. "Орден Света" и "Эмеш Редивиус"

объединяли в своих рядах московских "братьев и сестер".

Тесно связанные с московским "Орденом Света", "Орден Духа" и "Орден тамплиеров и розенкрейцеров" располагались соответственно в Нижнем Новгороде и Сочи. Дочерними ложами "Русского автономного масонства" были ложа "Гармония"

в Москве и "Рыцари Пылающего Голубя" в Тбилиси.

Крупнейшей оккультной организацией 1920-х гг. в Ленинграде был "Орден мартинистов", представлявший собой ветвь одноименного французского Ордена.

Напомню, что первая мартинистская ложа была организована здесь еще в 1899 году графом Валерианом Муравьевым-Амурским. Трения, возникшие между ним и главой "Ордена мартинистов" в Париже известным оккультистом Папюсом, привели к тому, что около 1905 г. В.В.Муравьев-Амурский был отставлен от должности делегата Ордена в России.

В 1910 г. на его место был назначен поляк граф Ч.И.Чинский, с именем которого собственно и связано создание русского отделения "Ордена мартинистов".

В 1912 г. среди них произошел раскол, и петербургская часть Ордена во главе с Григорием Мебесом объявила о своей автономии или, проще говоря, независимости от Парижа. Московские же братья во главе с П.М. и Д.П.Казначеевыми, напротив, остались ему верны и продолжали свою деятельность под руководством своего парижского начальства вплоть до 1920 года. Петербургские же мартинисты образовали в 1913 г. особую автономную цепь с тамплиерской окраской, которая и просуществовала вплоть до ее разгрома в 1926 году ОГПУ.

В основе учения мартинистов лежит оккультизм - особое направление религиозно-философской мысли, стремящееся к познанию божества интуитивным путем, путем психических переживаний, связанных с проникновением в потусторонний мир и общением с его сущностями. В отличие от своих "братьев" из "Великих Востоков" Франции, Италии и "Великого востока народов России" (А.Ф.Керенский и Кo), преследовавших чисто политические цели, мартинизм ориентирует своих членов на внутреннюю духовную работу над самим собой, своим собственным моральным и интеллектуальным совершенствованием.

Это позволяет отнести мартинистов к особой, т.н. духовной или эзотерической ветви Мирового братства. Отличительным знаком русских мартинистов являлся круг с шестиконечной звездой внутри, основные цвета: белый (ленты) и красный (плащи и маски). Посвящения производились по примеру масонских с несколько упрощенным ритуалом. В 1918-1921 гг. лекции по Зогаре (часть Каббалы) читал Г.О.Мебес, по истории религии, с ярко выраженным антихристианским уклоном, его жена Мария Нестерова (Эрлангер). С историей масонства слушателей знакомил Борис Астромов. Помимо чисто теоретических занятий, в "школе" велась и практическая работа по развитию у ее членов цепи способностей к телепатии и психометрии.

Всего нам известны имена 43 человек, прошедших "школу" Г.О.Мебеса в 1918-1925 гг., в том числе известный военный историк Г.С.Габаев и поэт Владимир Пяст. Однако в целом состав Ордена был вполне зауряден: юристы, бухгалтеры, студенты, домохозяйки, несостоявшиеся художники и журналисты одним словом, рядовая, разочаровавшаяся в жизни и ударившаяся в мистику русская интеллигенция [1288].

Неприглядную роль в судьбе ленинградских мартинистов сыграл Борис Викторович Астромов-Ватсон [1289] (наст. фамилия Кириченко), о котором уже шла речь в начале очерка. Выходец из обедневшей дворянской семьи, он уезжает в 1905 году в Италию, где поступает на юридический факультет Туринского университета. Здесь он становится учеником знаменитого криминалиста масона Чезаре Ломброзо. В 1909 г. состоялось его посвящение в Братство (ложа "Авзония", принадлежащая к "Великому Востоку Италии"). В 1910 г.

Б.В.Астромов возвратился в Россию, но в работе русских масонских лож, по его словам, участия не принимал. Посвящение его в "Орден мартинистов" состоялось только в 1918 году после знакомства с Г.О.Мебесом. В 1919 г. Г.О.Мебес назначает Б.В.Астромова генеральным секретарем Ордена.