«Если», 1998 № 03 - Роберт Силверберг

Миллионером. Это самая приятная профессия. А фантастику писал бы в качестве хобби.

Есть мнение, что Вы — воплощение одного из скандинавских богов. Кого же — Бальдра или Локи? (А. Трапезников, Самара)

Скорее всего, Тора, поскольку у меня неважно со зрением и я люблю молотки.

По просьбе редакции интервью организовал и перевел Александр КОРЖЕНЕВСКИЙ

Напоминаем, что в рубрике «Прямой разговор» вопросы авторам задают сами читатели. Редакция отбирает наиболее типичные вопросы (они подаются от лица всей аудитории) и наиболее оригинальные — «именные». Автор «именного» вопроса получает книгу с автографом писателя.

Вопросы Е. Лукину уже поступили в редакцию. Следом за ним, как мы и обещали, выступит Р. Шекли. Ну а следующий автор, с которым мы предлагаем побеседовать нашим читателям, — А. Лазарчук. Вопросы принимаются до 15 апреля 1998 года. Пожалуйста, не тяните: иные письма приходят в редакцию уже после того, как интервью подготовлено.

Эдуард Геворкян

ЧТО ТО СТРАННОЕ ГРЯДЕТ…

*********************************************************************************************

В каком состоянии находился книжный рынок во втором полугодии 1997 года? Традиционный обзор фантастической литературы приводит обозревателя к неожиданным заключениям, которые могут послужить темой для дискуссии о судьбах отечественной и мировой фантастики.

*********************************************************************************************

Вот и еще полгода пролетели: пришла пора дежурного обзора. Оценить этот период, на первый взгляд, дело простое. Все мрачные прогнозы вроде бы сбылись, заклинания о том, что все будет хорошо, кажется, так и остались благими пожеланиями. Книжный фронт фантастики на глазах распадается, случаи дезертирства уже не редкость, а о мародерах и говорить не приходится — грабят живых и мертвых, не стесняясь в открытую передирать сюжеты. Издатели один за другим покидают поле битвы, открывая фланги дружному натиску надушенной кавалерии дамских романов, чернопиджачной пехоте политических триллеров и ржавым латникам исторической прозы.

Устояли самые крепкие или просто упорные — «Азбука», «Армада», ACT, «Русич», «Северо-Запад», «Центрполиграф», ЭКСМО… Немного на отшибе стоит рижский «Полярис», который лишь номинально не является российским издательством. «Локид» прекратил выпуск фантастики. «Русич» хоть и запоздало, но сдержал обещание и не только начал серию отечественной фантастики, но и «разбавил» традиционно переводную «Сокровищницу…» нашим автором. «Армада» несколько сбавила темпы выброса книг на лотки, впрочем, не только она. Время от времени выходят книжки в доселе неведомых издательствах, таких, как «Символика», «Х.Г.С.» и т. п., но это носит настолько случайный характер, что говорит, скорее, о капризе, а не о плане. Серии продолжают усыхать, остаются лишь самые жизнеспособные либо же просто дорогие издателю как память. Хотя выпуск собраний сочинений ряда наших авторов — в основном переиздания — говорит о том, что есть еще издатели, готовые рисковать. Очевидно, можно констатировать ко всему еще и факт некоторой монополизации книжного рынка — систематическое издание фантастики сейчас под силу лишь тому, кто способен на массированный и регулярный сброс самой разнообразной книжной продукции на прилавки.

А что мы, собственно, видим на прилавках? Оказывается, не все так плохо, как мерещится обозревателю, утомленному чтением книг в глянцевых обложках.

В магазинах и на лотках мы обнаружим много фантастики хороших и разных авторов: Б. Штерн, А. Столяров, Е. Лукин, А. Лазарчук, М. Успенский, С. Лукьяненко, Ю. Брайдер и Н. Чадович, С. Иванов, В. Звягинцев, Л. Вершинин, А. Громов, С. Логинов и другие, всех не перечислишь. Вышла, наконец, первая большая книга В. Покровского. От книги к книге на наших глазах растет мастерство М. и С. Дяченко. Странные эксперименты продолжает Ант Скаландис, балансируя между фантастикой и «правдой жизни». В. Васильев медленно, но верно переходит от текстов в духе игр-махаловок к нормальной фантастической прозе. Появились новые имена — А. Волков, С. Костин, О. Ерохин, М. Тырин… Мощное пополнение влилось в женский батальон нашей фантастики. По-прежнему его возглавляет матриарх отечественной фантастики последних десятилетий Ольга Ларионова. Но уже заявили о себе во весь голос Д. Трускиновская, М. Семенова, Е. Хаецкая, Э. Раткевич, а за ними подтянулись и новые авторы — Е. Дворецкая, Е. Сенявская, М. Симанова, Ю. Горишняя… Женский десант в современную фантастику — тема для отдельного исследования, вполне достойная любого библиографа, например, Е. Харитонова, выпустившего несколько лет назад коллекционным тиражем брошюрку о вкладе милых дам в отечественную НФ. Из мэтров продолжают активно работать Кир Булычев и Владимир Михайлов. Существенно улучшилось качество оформления книг, наши художники постепенно догоняют своих западных коллег по технике, но безнадежно отстают по оригинальным творческим идеям — отсюда и легкое ощущение «второй свежести».

Безусловным событием в нашей литературе за «подотчетный период», на мой взгляд, явилась книга Бориса Штерна «Эфиоп» — загадочное произведение, вызвавшее откровенный восторг одних и столь же явное неприятие других (см. рец. в «Если» № 1 за 1998 г.). Роман-бурлеск, роман-шарада, роман-анекдот и вместе с тем весьма симптоматическое явление, свидетельствующее не то чтобы о творческом кризисе целого поколения писателей, а просто о некоторой усталости от традиционных сюжетов и тем фантастики. В этом же ключе, вероятно, следует рассматривать и «Европейское лето» Андрея Столярова, «Звезды — холодные игрушки» Сергея Лукьяненко и некоторые другие романы. Теснота границ фантастики как жанра (а по большому счету — всего лишь жанрообразующего приема) стала очевидной для многих. Выбор простой: либо раздвинуть рамки, либо играть строго по правилам. В первом случае удачные эксперименты будут радовать тонких ценителей и ввергать в отчаяние издателей, ориентирующихся на «массы». Во втором — ровный крепкий профессионализм и никаких отклонений от нормы: шаг в сторону рассматривается как отказ от гонорара.

Забавно, что именно издательская ориентация на «усредненную» прозу привела, с одной стороны, к возрастанию общего уровня «творческой грамотности», а с другой — к падению тиражей. Дело в том, что читатель фантастики пока еще немного отличается от других покупателей. Если многие издатели дамских романов, детективов и подобного чтения рассчитывают на потребителя в основном одноразовой литературы, то издатель фантастики должен учитывать, что он пока имеет дело с собирателем. Отсюда, возможно, и неудачные эксперименты с покетбуками, тогда как те же дамские романы и детективы в мягкой обложке можно увидеть чуть ли не в каждом вагоне метро у каждого третьего, держащего в руках книгу. Приятно, что фантастика имеет свой специфический контингент ценителей, сохранивший некоторые рудименты собирательства. Но, увы, всякий собиратель-коллекционер рано или поздно набивает книжные полки под завязку, а любовь сменяется безразличием (в лучшем случае), когда уже невозможно отличить издания друг от друга ни по языку, ни по сюжету, ни по обложке. Дело доходит до смешного — авторы (или редакторы) уже ленятся придумать оригинальное название. Так, например, книга Елены Сенявской «Звездный Скиталец» почему-то воспроизводит название книги Николая Гацунаева, которая хоть и вышла 12 лет тому назад, но тираж-то у нее был двести тысяч экземпляров! Впрочем, возможно, это всего лишь совпадение, бывало и не такое.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});