Овермун - Диана Чауш

- Ты так упряма, - услышала она его спокойный голос.

- Да, я упряма! Свойственно людям, которые мечтают о свободе! И я, я всегда о ней мечтала, но никогда ее не получала... Ты... Ты думаешь, я действительно жалкая? Я и вправду готова умереть, чтобы ты меня никогда больше не увидел. Я не хочу быть обузой еще и тебе... - слезы текли и текли, безудрежным потоком, стискиваемые дрожащими руками. - Я так надеялась, что ты окажешься тем единственным... Который будет со мной не из-за моего отца, не из-за моих денег и славы... Господи, я так надеялась, что хоть немного нравлюсь тебе, готова была на все пойти, чтобы так и было! А ты... А ты...

- Разве я говорил, что ты мне не нравишься?

- Да ты поступал так! Понимаешь?

- Ты ошибаешься... Прошу тебя, перестань говорить все эти глупости.

- Вот, вот, ты сам себя слышишь? - повернулась вновь, заплаканная, разбитая, глядя в темный силуэт. - "Глупости!" И все остальные тоже так считают, думают, что я говорю глупости!.. Наплевать тебе, каково мне! Ты оставил меня тогда, оставь меня и сейчас. И не трудись возвращаться, чтобы спасти в очередной раз... А если нужна последняя капля крови Акиллера, я пришлю тебе по почте донорский пакет, себе возьму другую... Или вообще не возьму! Произошла ошибка, когда мне не позволили умереть!..

По счастью, девушка не услышала, как он хохотнул. Она уже вообще ничего не слышала, кроме собственного порывистого дыхания. Тамерлан ухмыльнулся и спрыгнул на землю, сделал к ней шаг.

- Послушай, Карина... Не в моих правилах объяснять свои чувства, я не для того их скрываю. Ты меня слышишь?

- Слышу, - буркнула та.

- Это хорошо, что ты меня слышишь. Вот и выслушай. Я, помнится, ни разу не сказал, как отношусь к тебе в твоем присутствии. Так что можно смело заявить, что все твои выводы обо мне надуманны. Все, что ты сказала в мою сторону - это только твои домыслы. Но я согласен понять: у тебя был очень трудный день. Выговорись, давай, я послушаю. Я знаю, что ты этого хочешь.

- Я не хочу с тобой разговаривать. Тебе все равно наплевать.

- Хочешь, чтобы я тоже расплакался?

- Не хочу.

- И я не хочу. Это не в моих привычках.

- В твоих привычках смотреть на меня свысока.

- Я уже не в седле. Но ты права, я все-таки выше ростом.

Она немного успокоилась, вытерла мокрые щеки. Теперь она говорила с долей злости:

- Это несмешная шутка.

- Я не пытался пошутить. К твоему сведению, я не выражаю никаких чувств, если так нужно.

- Нужно? Это для чего же? Мне, к примеру, совсем не нужно видеть твою вечно холодную безразличную мину!..

- Я не ради тебя стараюсь. Проявленные эмоции загрязняют мой разум.

- Мне кажется, камню думать не легче, чем человеку, - ответила девушка уже более спокойно.

- Хорошая метафора. Но ты многого обо мне не знаешь. Если я буду проявлять излишние чувства, то потеряю над собой контроль...

- Смотря какие чувства ты контролируешь?

- Тебе незачем знать о них. Я для того их и скрываю.

Вдруг она резко развернулась. Ее слезы успели высохнуть. Теперь она смотрела с вызовом:

- Да ты просто ничего не ощущаешь! Тебе нечего скрывать, вот и все. Холодный упрямый кусок льда!

Она уже не плакала, а действительно злилась, пытаясь смотреть на не него с презрением. Какую-то минуту они оба молчали. Потом Тамерлан усмехнулся:

- Знаешь, я не поддаюсь на провокации.

Карина зарычала, вновь отвернувшись и скрестив на груди руки. Чувства, переполнявшие ее, смешались. Она со стыдом поняла, что выдала себя и свое маленькое намерение... Акиллер резко успокоилась и пробормотала:

- Тебе что, трудно поцеловать меня, чтец моих мыслей? Я, между прочим, думала вознаградить тебя так, как рыцаря... Тебе, конечно, такие "награды" ни к чему.

Ответа не последовало. Девушка молчала еще какое-то мгновение, коря себя за произнесенные слова. Потом вновь воскликнула:

- Ха, вот так я и думала! Тебе нечего скрывать, потому как ты совершенно бесчувственен! И с девушками ты тоже не целуешься, холодная глыба!..

- Предпочитаешь, чтобы целовали твой затылок?

Она вздрогнула, руки ее опустились. Не верилось, что Тамерлан готов поступиться принципами и единственный раз проявить себя. Оттого Карина теперь не решалась повернуться к нему. Еще мгновение она размышляла, закусив губу... И отдалась порыву, прикрыв глаза.

- Я все еще глыба льда? - вновь услышала мягкий голос спустя какое-то неопределенное время, когда пришла в себя.

Усмехнулась, так как не ожидала, что Тамерлан сможет отнестись к ней так тепло.

- Думала, великий Тамерлан не бывает таким, какой ты сейчас.

- Послушай, я ведь не только генерал Тамерлан... Я еще и Кирилл.

Осторожно, с некой опаской, Карина решилась его обнять. Тихо ответила, прислонившись щекой к его груди:

- Кирилл мне больше нравится. Он спас меня тогда, когда я в этом действительно нуждалась.

Минуту он не отвечал, позволил девушке успокоиться. Потом сказал:

- Но Тамерлан выше Кирилла. У нас с тобой все равно ничего не получится: мне обещана совсем другая девушка.

Карина не обиделась его словам. Она даже улыбнулась, отвечая:

- Да я уже и не надеюсь, если честно. Я и так понимаю, что нужна тебе только как донор царской крови... Настаивать на твоем внимании больше не буду никогда, обещаю. Потому что нуждалась только в том, что ты уже сделал... Теперь мне намного легче, и я спокойна.

- Тогда почему все еще обнимаешь меня?

- Я как раз собиралась отпустить.

Она так и поступила, сделал шаг назад. Попыталась не смотреть ему в глаза, а сразу перевела взгляд на Ареса.

- Это и есть твой фризский жеребец?

- Он самый.

- На нем ты отвезешь меня домой?

- К себе домой, а не к тебе, - уточнил рассудительно. - Надеюсь, ты морально готова.

- Да, к тебе? - девушка хмыкнула, не глядя в его сторону. Протянула руку, осторожно поглаживая крутую шею коня. - Ну, хорошо, давай. Чур, я в седле.

- Помочь тебе сесть? - подозрительно осведомился Тамерлан.

- Ну... я и сама справлюсь... Вот так! - попыталась запрыгнуть, но без поддержки не обошлось. - Да ладно, я и сама бы села!

- Держись крепче...

- Держусь! - она лукаво сверкнула глазами... Внезапно дала коню шпор, со злостью глядя на его хозяина. Арес встал на дыбы, заставив Тамерлана попятиться, но девушка удержалась в седле. - Оревуар, генерал! Надеюсь, никогда больше не встретимся. Коня я тебе тоже по почте пришлю! Или вообще не пришлю!..

Вороной разогнался и поскакал через степь. Ветер бил в лицо всадницы, и она дико хохотала, оборачиваясь. Потом перевела взгляд на яркую луну у себя над головой, что освещала ей дорогу. За городом, ночью, верхом, убегая от еще одного диктатора - вот это настоящее приключение, точно как в ее снах. Ехать на таком габаритном звере не очень-то удобно, но на удобство она мало обращает внимание. Она чувствует свободу, чувствует неповторимое движение, скорость, азарт... Ей так хорошо осознавать, что теперь убежала от всего, что ее преследовало... Вот сейчас она доберется до города, до своей квартиры, соберет вещи... и уедет. Навсегда. Чтобы никто не смог ее больше найти.