Охотник за демонами - Владимир Лосев

Они оказались запаяны; после нескольких неудачных попыток он догадался, каким образом они устроены, и сумел открыть один из сосудов. Вкус жидкости, содержащейся в нем, был горьким и мерзким, так же как и запах.

Другие сосуды Врон открывать не стал, а вложил руку в куб, тот загудел и засветился маленькими огоньками, бегающими по поверхности, потом затих и открылся.

В нем оказались пустые сосуды, похожие на обычные тарелки и горшки, только они были прозрачными и светились ровным голубоватым светом.

Врон задумчиво потрогал их и вложил ладонь в отпечаток руки на небольшом столбике, на вершине которого виднелось крохотное углубление. Столбик загудел, но ничего не произошло, и, как только он убрал руку, гул стих.

Он вкладывал руку несколько раз — с тем же результатом, до тех пор пока у него в голове не мелькнула странная мысль: поставить на столбик чашку, идеально подходившую по своей форме к углублению. Столбик тут же завибрировал и начал подниматься вверх, к высокому потолку, в котором открылось отверстие.

Какое-то время ничего не происходило, столбик продолжал вибрировать и гудеть, потом он опустился вниз.

В чашке появилась темная жидкость. Врон попробовал ее на вкус — жидкость была теплой, с чуть горьковатым привкусом.

Юноша сделал несколько глотков, опустился на пол и просидел довольно долго, пока не убедился, что от этого не умирают. Тогда он залпом выпил всю чашку.

Подождав еще немного, он ощутил, что острое чувство голода начало постепенно проходить, а сил стало прибавляться.

Врон удовлетворенно улыбнулся и пошел искать ложе, дающее энергию.

Он обнаружил его на самом верхнем этаже, комната была немного другой, гораздо больше, и в ней стояло не одно ложе, а несколько, и около каждого стоял небольшой каменный куб. Врон лег на ближайшее ложе, куб негромко загудел, его окутало желтое облако, глаза закрылись, и он заснул.

… Темнокожий повелитель благодарил:

— Спасибо за то, что ты привел наших детей. Мы увели их дальше — туда, где тепло, туда, где им будет хорошо…

— Я не могу вернуться обратно, — сказал Врон. — Что-то случилось со мной, мне кажется, дело в энергии, которой мне не хватает…

— Нет, дело не в энергии, — улыбнулся повелитель. — Проход не откроется перед тобой, пока ты не отпустишь малыша. Здесь родина его предков, отпусти его, и тогда ты сможешь вернуться.

— Какого малыша? — спросил Врон. — Я не знаю никакого малыша, и я не держу его, почему он не уходит сам?

— Он не может, вы с ним связаны в одно целое, — сказал повелитель, — Это ты должен его отпустить. Повелитель исчез.

— Скажи как! — крикнул Врон, голос его эхом отразился от стен, и он пробудился.

— Что это за малыш, который не пускает меня обратно? — пробормотал он, слезая с ложа. — И главное, как я его должен отпустить?

… Сейчас я попробую еще раз открыть проход, может быть, теперь у меня получится, потому что у меня есть сила и энергия…

А вот если у меня не получится, вот тогда и буду думать про этого странного малыша, с которым мы связаны в одно целое…

Он вышел из города и вернулся по своим следам обратно. Он разыскал место, где заканчивались следы, и закрыл глаза. На этот раз он увидел висящее над снежной равниной желтое пятно. Он протянул руку, но энергия, выходящая из него, не собиралась в единый поток, а распадалась на множество искр. Ее силы не хватало, чтобы напитать пятно, хотя он чувствовал, что энергии в нем достаточно.

Рассерженный и уставший от бесплодных попыток, он вернулся в город и лег спать на каменном ложе в одном из домов.

Ему снова приснился сон.

… Над ним висел пожиратель душ, и его тело терзала жуткая боль. Когда боль стала нестерпимой и он потерял сознание, из пожирателя душ вырвались тени и, сплетясь в небольшой шар, вошли в его тело. А пожиратель душ поднялся вверх, просочился сквозь щель каменной плиты и распался на тени, его составляющие.

— Так вот что за малыш в моем теле, — задумчиво пробормотал Врон, открывая глаза. Он встал, разглядывая свое тело так, словно увидел в первый раз.

… Повелитель сказал, что мы с ним сплетены в единое целое. Я должен разделить нас, но как? Где кончаюсь я и где начинается он?

Врон снова улегся на ложе и закрыл глаза. Ложе подстроилось под его тело и стало излучать приятное тепло, от которого юношу сразу сморило в сон.

… Из пожирателя душ вылетают тени и, соединившись в небольшой шар, погружаются в его тело.

Шар замирает в его теле, посверкивая синеватыми искорками. Потом он начинает двигаться, разбрасывая в разные стороны тени; добравшись до позвоночника, он останавливается и начинает покачиваться.

Шар аккуратно и осторожно залечивает порванные ткани и сосуды, выбрасывая из себя тени и синие искры.

Закончив с позвоночником, шар начинает двигаться дальше и снова замирает в разбитом колене, недоуменно покачиваясь. Похоже, ему не нравится, когда что-то не правильно в его теле.

Он вылечивает колено, многочисленные ушибы и снова замирает в центре груди, рядом с сердцем, то сплетаясь в шар, то распуская тени по всему телу.

… Врон валяется мертвый на земле, его сердце разорвано копьем Слипа. Шар-малыш снова начинает терпеливо восстанавливать его тело, соединяя разорванные ткани и сосуды.

Он трудится долго, меняя то, что не может исправить, и, когда Врон выбирается из земли, его тело становится немного другим…

Врон проснулся и тяжело вздохнул.

— Спасибо, малыш, я благодарен тебе, но тебе нужно уходить. Это твой мир, а я попробую обойтись без тебя, — пробормотал он.

— Ты не сумеешь, — последовал неожиданно откуда-то из глубины его мозга безмолвный ответ. — Твой мозг не приспособлен, он не справится…

— Может быть, — мысленно ответил Врон. — Но и ты не можешь быть со мной вечно, это мир твоих предков, и он не отпускает меня, пока ты во мне. Этот мир ждет тебя.

— Я слышу голоса, они зовут меня, но мне нельзя уйти, потому что ты хрупок, твое тело постоянно ломается и я должен его исправлять, иначе ты умрешь.

— Я не могу остаться здесь, потому что там умирает Ласка. — Врон представил себе девушку, ее темные, усталые, встревоженные глаза, ее лицо, тело…

— Я помню ее…

И Врон увидел другой образ девушки, сквозь контуры тела проступали яркие линии бегущей по телу энергии.

— Открыты другие пути, мы можем с тобой идти дальше.

— Эта девушка дорога мне, я не могу оставить ее.

— А я не могу покинуть тебя.

— Ты должен, иначе я умру от тоски, и ты все равно не сможешь восстановить меня…

— Я уйду, раз ты этого хочешь. Я оставлю часть себя в твоем мозге, она не сможет думать, тебе придется помогать ей, пока она не станет сильнее и не вырастет. Но ты должен спешить, иначе без меня ты останешься здесь надолго. Моя сила в тебе долго не продержится. Сейчас я изменю твое зрение, и ты сможешь видеть то, что вижу я. Это позволит тебе покинуть этот мир. Прощай. Я ухожу…