Пробуждение стихий - Бобби Виркмаа

class="p">Риан усмехается и поднимает кубок с явным удовольствием:

— За Духорождённую, — произносит он с лёгкой насмешкой, в голосе звучит весёлое уважение. — Пусть обратит наших врагов в пепел.

Гаррик качает головой.

— Осторожнее, Риан. Продолжай в том же духе и она начнёт думать, что ты веришь в пророчества.

Несколько мужчин усмехаются, напряжение за столом постепенно спадает.

Риан лишь ухмыляется, абсолютно спокойный.

— Мне не нужно верить в пророчества, чтобы понимать, на кого надо ставить, — говорит он, слегка наклоняя кубок в мою сторону.

Я чувствую рядом спокойное присутствие Валена. Мне не нужно смотреть, чтобы знать, о чём он думает. Он всегда учил меня говорить прямо.

И я сказала.

А потом — Тэйн.

Я поворачиваю голову и вижу, что он всё ещё смотрит на меня. Почти без реакции.

Но я замечаю.

Мимолётный отблеск в его взгляде. Не удивление. Не похвала. Что-то глубже. Тихая уверенность. Будто он всегда знал, что я справлюсь.

Ужин подходит к концу. Разговоры стихают, когда знать поднимается первой — движения уверенные, привычные. Лорд Торен и леди Эвлин обмениваются формальными прощаниями и покидают зал.

Воздух словно становится легче.

Риан, Яррик, Гаррик и капитан Эларис остаются, беседа у них становится более свободной, пока они открывают ещё одну бутылку вина.

— Я старею, и мой вечер давно закончился, — Вален с тихим вздохом отодвигает стул и потирает лицо.

— Спокойной ночи, Вален, — улыбаюсь я, качая головой.

Когда я снова поворачиваюсь, он на мгновение кладёт руку мне на плечо. Его лицо спокойно, но в глазах серьёзность и тепло.

— Ты сегодня справилась, — говорит он мягко, и в его голосе чувствуется вес. Потом, чуть иронично, но всё так же доброжелательно добавляет: — И, боюсь, тебе придётся не раз повторить это в ближайшем будущем, — он слегка сжимает моё плечо, словно подтверждая свои слова. — Но я знаю, что ты справишься. И ты в этом не одна.

А потом он уходит, исчезая в полумраке коридора, оставляя после себя лишь эхо своих слов.

Тишина задерживается за столом. Слышен звон кубков, приглушённый гул разговоров, редкие смешки мужчин.

Потом Тэйн бросает взгляд в мою сторону.

— Хочешь пройтись? — его голос спокоен, но в нём чувствуется нарочитая лёгкость. Будто за вопросом скрывается нечто большее, чем просто прогулка.

Свет факелов вычерчивает острые линии на его лице.

— Да, — отвечаю я сразу.

Тэйн поднимается, отодвигает стул. Не произнося ни слова, мы покидаем зал.

Каменные дорожки безмолвны. Вечерний воздух насыщен ароматом влажной земли и диких цветов. Над головой ясное, глубокое небо, цвета индиго, усыпанное звёздами. Факелы вдоль стен мигают на ветру, бросая дрожащие отблески на камень.

Тэйн идёт рядом, руки сцеплены за спиной. Я скрещиваю руки на груди, позволяя тишине тянуться. Не тяжёлой, просто наполненной всем недосказанным.

Я думаю об ужине, о том, как аристократы наблюдали, измеряли, выносили приговор. Ждали, когда я оступлюсь.

Тэйн был прав. Они сделали выводы, независимо от моих желаний.

— Ты сегодня держалась уверенно, — его голос нарушает покой.

Не похвала. Констатация.

— Я не знала, чего ждать, — говорю, глядя на него. — Но теперь понимаю. Они наблюдают, оценивают всё, каждое слово, каждый шаг.

— Они искали слабость, — кивает Тэйн.

— Нашли?

— Нет, — он поворачивается ко мне, и его взгляд встречает мой в дрожащем свете факелов.

Короткая пауза.

Я отворачиваюсь, глядя на тёмный край двора, где свет факелов гаснет в тенях.

— Лорд Торен хочет, чтобы я сражалась. Как и все они.

Тэйн молчит несколько секунд, потом говорит спокойно:

— Будешь. Но ещё не время, — не отказ. Уверенность.

— Думаешь, атаки и правда изменились? Что грядёт нечто большее? — я щурюсь, вглядываясь в темноту.

— Да, — отвечает он без промедления.

Его уверенность рождает во мне медленную, холодную тревогу. Теневые Силы всегда были жестоки, но разрозненны, действовали наугад. Не как единое войско. Не так, как теперь.

Я сглатываю, крепче обнимая себя за плечи.

— Они что-то ищут? — выдыхаю я. — Или кого-то? — замолкаю на миг. — Как тогда… в моей деревне.

Он замедляет шаг, потом останавливается. Поворачивается ко мне. Свет факела отражается в его глазах, делая их непроницаемыми.

Я не отступаю:

— Тогда они пришли не ради грабежа. Они искали меня. Мы оба это знаем, — горло сжимает, но я заставляю себя говорить: — А если они всё ещё ищут?

Тэйн смотрит на меня молча, оценивающе. Потом произносит:

— Возможно.

Задержанное дыхание вырывается наружу, но я не понимаю, стало ли легче… или хуже.

— Тогда страдают другие, — говорю я тихо, но ровно. — Теряют всё, что им дорого. Умирают… из-за меня.

— Нет, — его голос спокоен и твёрд. — Из-за них. Из-за Теневых Сил.

Я качаю головой, крепче прижимая руки к груди.

— Если они ищут меня, если я — причина, по которой атаки становятся всё чаще…

— Это не твоя вина, — перебивает Тэйн мягко, но решительно. — Ты не выбирала этого, Амара, — его взгляд встречает мой, не отступая. — Но ты можешь выбрать, что сделаешь теперь.

Ветер меняется, принося отдалённые звуки из двора.

Всё накопленное внутри давит на грудь, но я поднимаю подбородок. Качаю головой, чувствуя, как в груди рождается упрямство.

— Тогда я должна сражаться. Сейчас, — сильнее обхватываю себя руками. — Зачем ждать? Пока погибнут ещё люди?

— Потому что ты пока не готова, — Тэйн медленно, спокойно выдыхает.

— Это не помешало им прийти за мной тогда, — я резко поднимаю голову.

— И если бы ты тогда действительно сражалась, ты бы выжила? — его взгляд становится острым, как лезвие.

— Я сражалась. И выжила, — выпрямляюсь, взгляд твёрдый.

Он не отводит глаз.

— Это не одно и то же, и ты это знаешь, — его голос тихий, но уверенный. — Да, твоя сила вспыхнула. Да, ты уничтожила Падшерождённых, напавших на твою деревню. Но это был не бой.

Он делает шаг ближе, каждое слово звучит чётко:

— Это было выживание. Инстинкт. Слепая удача.

Ветер колышет знамёна вдоль стены. Пульс гремит в груди, я выравниваю дыхание.

— Ты сильна, Амара. — Тэйн удерживает мой взгляд. — Но силой одной не отделаться.

— Я не хочу ждать, пока люди продолжают гибнуть, — слова горькие и полны вины.

Тэйн молчит, потом тихо отвечает:

— Я тоже, — в его взгляде появляется понимание: — «ждать» и «ничего не делать» — не одно и то же.

Медленно выдыхаю, стараясь впитать его слова.

— Но это не меняет того, что будет дальше, — добавляет Тэйн.

Бриз закручивает воздух между арками, шевеля знамёна по стенам.

— Мы готовимся. Разберёмся, чего они хотят, — он делает паузу. — И не позволим им забрать это.

— Ждать сложнее всего. Как ты это выдерживаешь? — я резко выдыхаю, раздражение сжимается в