Человеческая оболчка (СИ) - Котаев Алексей

Марк отклонился назад, чтобы ухватить глазами обоих бойцов.

— Я сержант Марк Хайле. Я так понимаю, господин Оккер назначил вас в мой маленький временный отряд, — старался как можно проще говорить парень, совсем не понимая, как отреагируют на него люди, которых выбрал сам глава города. — Я бы хотел с вами познакомится, потому что надеюсь на слаженную работу в дальнейшем.

Один из бойцов поднес руку к груди, отдавая воинское приветствие. — Я рядовой Фин Осло, на службе с конца прошлого года. Наслышан о Вас, сержант Хайле. Будет честью служить под Вашим началом.

— Я рядовой Тамас Осло, — подхватил второй. — Фин мой брат, и служим мы одинаковое количество времени. Я тоже рад быть в отряде такого знаменитого человека.

— Стоп. А с чего это я знаменитый-то? — удивился Марк

— Как? А вы не знаете?

— Вас с мистером Уллисом Хайле называют «братьями мясниками».

— Ну пиздец. Чего еще нового расскажете? — расстроился Марк. Он верил словам брата, и рассчитывал, что их так и будут называть боевыми братьями.

— Да, в принципе, больше ничего. Тут только один вопрос нас мучает.

— Ну валяй, — Марк уже догадывался, о чем пойдет речь, после такого теплого знакомства.

— Мы выживем?

— Да. Выживем, — ответил Хайле, хотя никак не мог быть в этом уверен. Он сидел и думал о том, что Оккер выбрал именно этих двоих, но совсем не понимал — почему.

Двигаясь по длинной прямой навстречу черному лесу, который появится еще не скоро, Марк ввел ребят в курс дела, добавив в план одну маленькую деталь — разведку. Бойцы поняли и приняли все сказанное, даже не акцентируя внимание на отступлении. Оккер, как и следовало ожидать, дал им другое задание. Они ехали не сжигать лес, а следить за тем, чтобы Марк вел себя хорошо, и выполнял поручения правильно.

Проверяющими назначили младших по званию. Хайле это жутко раздражало, и он всю дорогу всячески пытался начать простой непринужденный разговор, но получалось с трудом. Зацикленность на чрезмерном контроле со стороны Главы не отпускала его мыслей. Так прошел день, сменившись ночью.

Марк передал управление Фину. Два брата были похоже друг на друга один в один. Различалась, разве что, длина щетины на лице, и цвет их формы. У одного серо-синяя, у другого — песочно-серая.

— А как так вышло, что вы настолько похожи? — спросил Марк, не в силах сдержать любопытство.

— Мы из одного мешка получились. Редкость, но бывает. Что-то типа близнецов. Или двойняшек.

— То есть, вы самые, что ни на есть, родные братья.

— Да. Прям самые настоящие. Мы, наверное, единственные родные друг другу люди на свете, — Фин посмотрел на спящего Томаса. — Если не считать тех, кто могут рожать себе подобных. Но таких уже давно нет, так что мы забираем первенство.

— Хах. Забавно. Никогда такого не видел.

— А я никогда не видел живорожденных. Но это же не значит, что их нет.

— И то верно.

Марк начал расспрашивать о том, каково это, иметь брата, с точки зрения других людей. Свою он давно уже имел, но интерес к чужой был непреодолим, особенно теперь, когда выяснилось, что братья то родные. Разговор длился очень долго. Темы сменялись одна за другой, и ночь начала идти быстрее. Марк не мог вспомнить ни одного случая, когда мог разговориться с кем-то в пути. Уиллис всегда сидел рядом, отбивая желание поболтать у любого спутника.

— Я, честно говоря, думал, что ты будешь таким же как твой брат, — сказал Фин. — Грубым и злым. Оккер предупредил, что нужно быть с тобой осмотрительнее.

— То есть, ты думал, что я буду кидаться на вас за любое неверное слово?

— Ну типа того.

— Мы с братом, на самом, деле разные. Как ни крути, а рождены мы из разных наборов ДНК, и сдается мне, что это откладывает отпечаток не только на возможности организма. Но и на мировосприятие.

— В каком это смысле?

— Брат видит мир другим. Для него это все лишь игра, в которой он выигрывает. Он получает удовольствие от выслеживания цели, от выполнения приказов. Иногда по нему видно, что он из ботинок готов выпрыгнуть, лишь бы ринутся в бой.

— А Вы нет?

— А я? — Марк задумался над проверочным вопросом. — А я предпочитаю мыслить холодной головой. И смотреть под ноги.

— Под ноги?

— Да, прими к сведенью. Там в лесу это пригодится, — Марк помял руками затекшую шею, сидя в пассажирском кресле. — Я вздремну. Ты не против?

— Нет, не против. Я пока справляюсь.

Долгий и утомительный путь Марк провел за чисткой оружия и подготовкой своего тела. Если все пойдет по плану, ему даже напрягаться не придется. Фин и Том были не плохими ребятами, и спустя какое-то время уже спокойно шли на контакт. Вести машину втроем было очень удобно, всегда была возможность для отдыха. Марк, привыкший к таким длинным переездам, то и дело уходил в себя, замирая в размышлениях. Ребята глядели на это с удивлением, не понимая, как у Марка это выходит. Он словно остановился на минутку, подождать кого-то у выхода из дома. И завис. На пару часов.

Была середина дня, когда фургон уперся в край леса. Том припарковал машину прямо рядом с другими такими же, нетронутыми, но занесенными снегом автомобилями.

— Мистер Хайле, просыпайтесь! Приехали.

Марк прищурился, пытаясь понять кто перед ним: Томас или Фин. — Да, встаю.

Руки и ноги ныли от постоянных упражнений, пусть и скудных. По началу было трудно даже встать, но разогревшись Марк подогнал машину с топливом, как можно ближе, к лесу. Пытаясь задавить тревогу внутри себя, он достал бочки, и откатил их к деревьям.

— Так. План следующий: Фин, ты — слева, Томас, ты — по центру, я — справа. Делаем три очага возгорания.

— Так точно!

— Ребята, и ни в коем случае не заходите в лес. Ветер в нашу пользу, нет смысла углубляться.

— Поняли.

— Тогда приступайте!

Марк покатил бочку между деревьев, на север, подальше от места высадки. Он остановился, выбил пробку и опрокинул тару на бок. Жирное, мутное топливо полилось на снег, оставляя в нем проталину до самой земли. Парень подставил ведро, и наполнил его. Бочка медленно пустела, а Марк тем временем делал дорожку из горючего до соседнего очага возгорания. Идеальная диверсия, особенно против тех, кто живет на деревьях.

Время шло, а бочка, которую Марк пинал от места к месту, все никак не кончалась. Огромные жирные лужи, блестящие разными цветами на солнце, заполняли пространство между деревьями. В воздухе стоял запах, ни с чем не сравнимый, резкий, будто Ред Вотер решил перебраться поближе к природе. Удивительная тишина и спокойствие были в лесу. Ни души. Ни зверей, ни людей.

Марк закончил, и довел дорожку до Томаса, который точно так же шел с ведром ему на встречу. Томас успевал поливать даже деревья, основательно подходя к вопросу. Ребята забрали пустые бочки, свои ведра и пошли к машине, чтобы положить все на место. Не хотелось бы, чтобы голову открутили за потерю простого куска железа.

— Том, ты запустил замерзшие машины?

— Да. Пришлось постараться, но все получилось.

— Отлично, пошли за Фином, а то он че то долго. Ветер уже должен был разнести запах по лесу.

— Стоит начать беспокоиться?

— Надеюсь, что нет. Не знаю.

Бочка валялась на земле, не опустев даже на половину. Вот только ни Фина, ни его ведра рядом не было. Руки Марка моментально пробила крупная дрожь. Ноги подкосились. Он сел у дерева и взялся за голову, пытаясь осмыслить происходящее. Кричать смысла не было. Следы Фина отходили в сторону поселения, и терялись между деревьев, за которые Марк еще не успел забраться.

Сколько бы раз Марк не предупреждал о том, что в лес ходить нельзя, его не послушали. Он отчаянно держался за больную голову, пытаясь найти хоть одну весомую причину для ребят нарушить приказ. Оправдать он их никак не мог, а значит рассчитывать приходится на худшее.

— Марк, что делать? — забыл про субординацию Томас.

— Том, — не поднимая головы, спросил Марк. — Оккер приказал это сделать?