Дом Северного Волка - Виктор Сергеевич Эрленеков

вкусу, пусть он даже не увидел и на запомнил её лица, но сам не ожидая от себя такой прыти, сутул ей в ладошку несколько желтяков, затем повернул к себе задом, и шустро забрался в тёплую щёлку своим членом. Девчушка сначала было пискнула, а потом дело пошло. Официантка удобно нагнулась, Арчибальд закинул платье ей на голову, оголив белый зад с очаровательной родинкой, а потом с удовольствием кончил пару раз внутрь горячего тела. А в номере его ждало продолжение с очаровательной кудесницей своего дела, что до самого утра показывала вояке, как нужно мириться с побеждёнными…

Глава восемнадцатая. Дела государевы

Утро наступило просто великолепно! Если на севере теперь постоянно шли дожди, везде, где не было дорог развезло грязищу, а вскоре вообще ожидались морозы, а здесь, на берегу тёплых морей жизнь казалась прекрасной! Да, дождики тоже иногда портили настроение, но в основном солнышко радовало тёплыми деньками, а ночь можно было провести с открытой дверью балкона, дабы вдыхать ароматы роз, высаженных тут буквально повсюду! Раскидав свой букет из женских ножек, ручек, сисек, писек Арчибальд потянулся и подошёл к окну. Как и было обещано – княжеский пентхауз порадовал уединением и аккуратно накрытым столиком на балконе. Непонятно как, но гостиничные слуги сумели приготовить завтрак ничуть не помешав гостю. Скорее всего, где-то на обширном балконе есть потайная дверца для прислуги.

Арчибальд, нисколько не стесняясь своей наготы, уселся за стол и принялся поглощать угощение – горячий кофе, которого он не пил уже много дней, ведь в походе не до кофеварения, а дома в Альфе добрая Мила выращивает несколько кофейных деревьев специально для князя. Тут же были и ломтики удивительно нежной форели и буквально сочащейся жиром сёмги, тут были аккуратные кусочки различных сыров, очищенные орехи, душистый мёд, нежный виноград с вынутыми косточками, покрывшаяся росой серебряная маслёнка, кувшинчик со свежайшими сливками, какие-то чудеса от производителей мяса и колбас, и естественно – нежные, хрустящие и всё ещё горячие булочки… Арчибальд наслаждался своим завтраком и думал – приеду домой, прикажу, чтобы мне тоже так готовили! Так просто и так вкусно!

От мирских мыслей Арчибальда отвлекло покашливание вестового.

- Завтракал? – Арчибальд ответил, не оборачиваясь и не отвлекаясь от завтрака, - Садись, тут ещё одно место есть, я велю!

Генерал Линь, хоть и был при звании и регалиях, но сидеть при князе не мог никогда, а потому сейчас, глядя, как начинает злится Арчибальд, кое-как сел за стол.

- Сы-па-сибо… - Линь покраснел, и у него плохо получалось выговаривать слова, - для меня великая честь…

Дрожащими руками Генерал взял умело намазанную булочку с маслом и большим куском форели. С большим трудом он заставил себя откусить и видимо ощутив вкус немного успокоился, почувствовав действие эндорфинов.

- Чего случилось с утра пораньше? – Князь совсем добил Линя, лично налив ему кофе, и сдобрив его обильной порцией сливок, - Угощайся. Я по утрам обычно пожрать нормально не могу, потому как постоянно один. Так что я вот чего придумал, будешь мне компанию составлять, и новости всякие врать, усёк?

- Так точно, Ваше сиятельство! – Линь едва не встал по стойке смирно, забыв, что он сидит на кресле, - Извините, рад стараться!

- Тише ты, стол опрокинешь, - Арчибальд улыбнулся, - А князь он тоже живой, ему иногда обычное общение нужно. А ты сразу – рад стараться! Чего случилось то?

- Дар Анзуб, Великий Князь Альвийских островов и Великого Первограда изволили назначить аудиенцию в своём дворце, и прислали за вами делегацию, - Линь немного порозовел и стал говорить как обычно, - они ожидают вас внизу.

- Вот ведь, а я в походном, - Арчибальд с досадой посмотрел на себя, и тут вспомнил что он не то что в не походном, а вовсе только с бабы слез, - точнее и не скажешь…

- Я взял на себя ответственность, - Линь покраснел, - и отправил посыльного в магазин, дабы там подобрать подходящую по случаю одежду.

- Зачем? – Арчибальд удивлённо посмотрел на Линя, - ты понимаешь в чём соль – мы пришли с войны, и одеваться франтом для местных болванов – я не собираюсь, и более того, я пройду до дворца князя пешком, во главе колонны наших бойцов, и под нашим флагом!

- Я знал, что вы так отреагируете, - Линь сглотнул слюну, - а потому велел почистить вашу одежду и обувь, а также при готовил знамя для прохода по городу.

- А зачем тогда одежду новую заказал? – Арчибальд непонимающе смотрел на Линя, - не пойму я чего-то.

- На всякий случай, и если вам захочется переодеться, - Линь поклонился Князю, - думаю что всё-таки нужно иметь ещё один комплект.

- Точно! – Князь улыбнулся, - подай-ка мне мой китель.

Линь мухой метнулся в комнату, и на вытянутых руках принёс парадный китель князя, строгий, без единого знака отличия, но любой знал, кто так одевается, а потому даже солдаты вешали на свою одежду всякую ерунду. Князь взглядом указал на кресло, куда Линь и повесил китель, а затем залез во внутренний карман, где в специальном кошеле всегда носил с собой несколько медалей «За Заслуги Перед Империей», и достал одну.

- Генерал, а бегаешь без медалей, - Арчибальд подозвал к себе адъютанта и лично приколол медаль к нему на китель, - не гоже так, пятнадцать лет уже мне служишь… А теперь давай одеваться.

Несмотря на вальяжный и беспечный завтрак, Арчибальд максимально быстро собрался, оставив подчинённым Линя разбираться с девками, и вальяжно вышел из комнаты. Лифтов тут не было, потому Князю пришлось спускаться пешком, пусть по красивой и удобной, но всё-таки лестнице. Его на самом деле ждали. Если бы он знал как, то поспешил бы с завтраком.

Перед входом стояла роскошная повозка, покрытая золотом и драгоценными камнями (не такие уж они и драгоценные, дороговизна ведь в желании покупать, а тут это лишь отделочный материал), сверкающая словно второе солнце. Чуть не рота легионеров выстроилась вслед за повозкой, мерцая своими нереально красивыми латами, это у Арчибальда был боевая и парадная форма, а в Великом Новгороде только боевая. Ну и пара министров, в довершении процессии. Так что стоило бы поторопиться. Но теперь уже нельзя было строить из себя опоздавшего школьника, а потому Арчибальд вышел на крыльцо гостиницы, сверкая лишь кожей своих