Война, прошедшая сквозь миры - BlackRaven

Узумаки повернулся к Саске.

 — Пора заканчивать.

 — Пошли, — кивнул тот.

Наруто положил Саске руку на плечо, и оба исчезли в фиолетовой вспышке, оставив Альянс в полном одиночестве.

 — Что это за место? — удивился Саске.

 — Амегакуре, — ответил Наруто. — Вернее, то, что от нее осталось.

 Двое шиноби появились прямо напротив Мадары, которого сюда по просьбе Наруто перенес Желтая Молния.

 Мадара усмехнулся.

 — Вы настолько самоуверенные, что думаете справиться со мной вдвоем? — поинтересовался он, сплевывая воду и поднимаясь, опершись на посох.

 — Теперь превосходство в силе на нашей стороне, Мадара, — произнес Саске, сверкнув риннеганом.

Учиха сощурился.

 — Ну так докажите это!

Наруто и Саске переглянулись и тотчас же метнулись навстречу врагу, который только этого и ждал. Учиха вооружился мечом Кусанаги, а Наруто — своими ножами-кастетами.

От хорошо проработанной серии ударов Наруто Мадара без труда увернулся, и тот так ни разу не смог его задеть. Выпады Саске тоже не нанесли злодею никакого урона. Он был поразительно ловок, да и к тому же мог предугадывать даже самые необычные и экзотичные атаки противников.

 — Проклятье! — воскликнул Наруто, когда Мадара неожиданно сам ринулся на него, замахнувшись посохом.

Парень успел принять удар на ножи Асумы, но Узумаки не сразу вспомнил, что посох Учихи может расщеплять любую материю. Когда он отскочил назад, то увидел, что клинки его оружия отвалились, и ножи Асумы превратились в простые кастеты.

Мадара, воспользовавшись тем, что Саске временно потерял своего отвлекшегося союзника, кинулся на него. Брюнет в последний миг успел поднырнуть под посох злодея и, прокатившись по земле, оказаться за его спиной.

Быстрый удар рассек воздух, и спину Мадары пересекла кровоточащая рана.

 — Как? — прошептал Мадара.

 — Не забывай, что не только у тебя есть риннеган, — усмехнулся Саске. — Мои глаза предугадали твои движения быстрее, чем твои глаза предугадали мои.

Мадара сверкнул глазами. Рана на его спине заросла, не оставив после себя и следа. Учиха вскочил и ударил набалдашником посоха по земле.

Неведомая сила отбросила Наруто и Саске в разные стороны. Злодей удовлетворенно ухмыльнулся.

 "Наруто! Воспользуйся чакрой Сона, чтобы создать Лавовый Расен Сюрикен. Мадаре будет очень сложно от нее увернуться!" — посоветовал Акума.

Блондин прислушался к совету. С замиранием сердца Узумаки мысленно нырнул в подсознание и зачерпнул рукой немного чакры Четыреххвостого. Метка на ладони всё сделала за него. Наруто не потребовались ни клоны, ни лишние мысленные усилия для создания техники, которую он никогда не использовал.

 — Искусство Отшельника: Стихия Лавы: Расен Сюрикен! — воскликнул парень, когда в его ладони появилась техника. Это был Лавовый Расен Сюрикен — масса из раскаленной магмы, вращающаяся в шаре с крутящимися вокруг лезвиями из горячего ветра.

Узумаки поморщился от жара, который исходил от его творения. Парень со своей техникой пригвоздил к себе взгляд Мадары. А в это время брюнет, на которого злодей пока не обращал внимания, поднялся на ноги.

 — Саске! — крикнул Наруто, давая понять, что атаковать следует с двух сторон.

Тому не нужно было ничего объяснять, поскольку он и так это понял.

Узумаки метнул Лавовый Расен Сюрикен, и как раз в этот миг Мадара обернулся, чтобы посмотреть, что в это время делает Саске. Из-за плеч парня выросли две призрачные костлявые руки, в одной из которых появился лук с уже вдетой в тетиву стрелой из черного пламени.

 — Энтон: Сусано Кагутсучи! — воскликнул парень, и в следующий миг рука Сусано натянула тетиву и выпустила стрелу по Мадаре.

Стрела Саске оказалась быстрей. Когда она пронзила Мадару насквозь, его отбросило ударной силой прямо в приближающуюся технику Наруто. Сначала ветряное лезвие рассекло плоть врага, а потом он попал в воронку раскаленной магмы.

Наруто и Саске зажмурились от яркой оранжевой вспышки, когда злодей исчез в их совместной атаке, скрываясь где-то в кратере, под красной от жара землей, на которой танцевало черное пламя.

 Когда Учиха и Узумаки подошли к краям кратера с разных сторон, то увидели, что Мадара торчит по пояс из твердой породы, похожей на асфальт. На глазах у двух товарищей волосы Учихи вернули себе черный цвет. Белоснежные одежды мудреца исчезли, и взглядам Саске и Наруто предстали доспехи, которые, впрочем, не имели больше права носить это название, растекшись лужей металла, слившейся с кожей. Учиха не шевелился. Голова его была опущена, глаза, скрытые за упавшей на лицо челкой, закрыты.

 — Всё кончено. Он мертв. Чакра Джуби покидает его! — воскликнул Саске.

 — Неужели мы победили? — прошептал Наруто, глядя вниз и не в силах поверить собственным глазам.

Учиха ухмыльнулся.

 — Рано радоваться. Пора запечатать Десятихвостого. Лишь тогда это всё закончится! — пробормотал он и прыгнул вниз, съезжая по стене кратера.

 — Запечатаем? Вопреки тому, что я Узумаки, я никогда не был силен в фуиндзюцу! — возразил Наруто, последовав его примеру.

"Это не проблема. С меткой на руке тебе передались знания и опыт всех предыдущих реинкарнаций Асуры. А чакра Шукаку имеет прекрасные запечатывающие свойства!" — пробормотал Курама в подсознании.

 "Спасибо вам!" — благодарно ответил Наруто Девятихвостым Лису и Волку.

Когда Узумаки тоже съехал вниз и увидел поверженного противника, наполовину заточенного в бетоне, он смог вздохнуть спокойно.

 — Наших с тобой сил должно хватить, чтобы Десятихвостый никогда и никого больше не побеспокоил, — сверкнул глазами Учиха. — Мы поступим так же, как Хагоромо и его брат, когда они делали это в прошлый раз. Запечатаем Джуби в себе. Поделимся поровну, чтобы было легче.

Узумаки посмотрел на товарища. Учиха был как всегда спокоен и уверен в себе.

 — Нам уготовано повторить то, что много веков назад сделали Рикудо и его брат? — переспросил Наруто неуверенно.

Саске сверкнул риннеганами.

 — Да, именно таково наше с тобой предназначение. Ты уже имеешь опыт обращения с чакрой Биджу. Твоя метка разделит чакру Джуби на отдельные элементы, чтобы ее было легче контролировать. Я уверен, ты с этим справишься. А моя метка и эти глаза должны будут подчинить то, что мне останется в себя запечатать. — пробормотал он.