Миссия в ад - Дэвид Балдаччи

свет от них ослепляет. Еще от них идет дым. Гранаты явно использовала нападающая сторона.

– Они нужны, чтобы дезориентировать противника, – добавил Роби. – И отлично справляются со своей задачей.

Они услышали наверху еще выстрелы, а потом топот ног.

Роби и Рил переглянулись и показали Элеонор и детям быстро лечь на пол.

– Прикройте глаза и нос тканью, а руки прижмите к ушам. Ни в коем случае не вставайте.

Роби и Рил заняли свои позиции, каждый держал руку на тряпке вокруг шеи, чтобы быстро потянуть ее вверх. Вот только вряд ли у них будет время, чтобы восстановиться и открыть огонь по тем, кто ворвется в подвал следом за взрывами. Тем не менее других вариантов не существовало.

Они услышали, как открывается дверь. Как гранаты падают на пол.

Не одна и не две.

Их упало три.

Роби и Рил распластались на земле за секунду до того, как эта троица сдетонировала. Звук был такой силы, что ему не помешали ни обрывки ткани, которые они затолкали в уши, ни ладони, которые прижали поверх. Дым легко проникал через тонкие тряпки им в рот, нос и легкие. А вспышки света по яркости могли соперничать с солнцем, хоть их глаза и были уставлены в пол.

Элеонор с детьми закричали, потом потеряли сознание.

К моменту, когда Роби и Рил с трудом смогли встать, откашливаясь и шатаясь от дыма, грохота и света, их уже окружили и взяли на прицел.

МР5 против пистолетов.

Северокорейцы жаждали кровавой мести.

Все было кончено.

Глава 75

К моменту, когда Элеонор с детьми очнулись, у Роби и Рил уже отобрали оружие и они стояли с руками за головой. Их лица были пепельного цвета, и они едва держались на ногах.

– О боже! – воскликнула Элеонор, с трудом поднимаясь и поднимая детей. Она встала перед ними, закрывая их своим телом.

Собравшись, Роби обратился к северокорейцам:

– Здание окружено. Вам отсюда не выбраться. Если сдадитесь сейчас, вы не пострадаете.

Еще произнося эти слова, он понял, что северокорейцам все равно, выберутся они или нет. Он видел это по их лицам.

Пятеро мужчин и одна женщина. Женщина была одета пиратом. Она показалась ему смутно знакомой.

Чун-Ча шагнула вперед и сказала:

– Мы здесь для того, чтобы исправить несправедливости, совершенные вашим президентом.

Рил сказала:

– Это не лучший способ что-то исправить.

Чун-Ча ответила:

– Вы с ним были в нашей стране. Вы похитили наших заключенных. Ваша страна собиралась убить нашего вождя. Вы заплатите за это. Все вы.

Элеонор сказала:

– Я понятия не имею, что…

Син-Сан выстрелил в потолок.

– Не перебивай, женщина! – рявкнул он. Элеонор, Клэр и Томми упали на колени, дрожа от страха.

Чун-Ча продолжала:

– Вы все умрете здесь. Это будет послание всему миру: Америка, империя зла, не может нападать на нашу великую страну без наказания, скорого и неотвратимого.

Роби сказал:

– Вам понадобятся заложники, чтобы выйти отсюда. С пятью вам не справиться. Возьмите меня и мою напарницу. Вы сами сказали, мы похитили заключенных. А эти люди ничего не сделали. Оставьте их здесь и используйте нас, чтобы выбраться.

– Мы не будем выбираться, – перебил его Син-Сан. Он указал стволом пистолета в пол. – Мы умрем прямо здесь. Конечно, после вас.

– Так это миссия самоубийц, – сказала Рил.

Син-Сан улыбнулся и покачал головой:

– Мы умрем достойной смертью.

Он поглядел на Чун-Ча.

– Товарищ Йе – наш лучший агент. Она убила больше врагов нашей страны, чем вы можете себе представить. Смерть вам гарантирована, не сомневайтесь.

Чун-Ча взмахнула рукой. Син-Сан немедленно замолчал и почтительно отступил назад, кланяясь ей.

Чун-Ча достала из ножен на поясе пару ножей. У них были зазубренные, слегка искривленные лезвия с особой заточкой. Она посмотрела сначала на Роби, а потом на Рил.

Роби ожидал увидеть в ее взгляде ненависть. Или просто пустоту, лишенную всякой человечности.

Но она смотрела совсем по-другому.

Син-Сан нервозно вставил:

– Товарищ Йе, мы должны спешить. Мы убили много врагов, но на подходе наверняка еще больше.

Чун-Ча кивнула, сказала несколько слов на корейском, а потом снова повернулась к Роби и Рил.

Она произнесла по-английски:

– Мне очень жаль. – А потом ударила.

Лезвие ножа вскрыло Син-Сана от пояса до шеи. Пистолет выпал у него из рук, но она подхватила его, прежде чем он упал на пол. Выстрелила всего один раз – точно в голову второму мужчине. Свободной рукой бросила второй нож, и он вонзился глубоко в грудь третьему.

Двое оставшихся мужчин, ошеломленные изменой Чун-Ча, открыли огонь. Она схватила третьего, развернулась с ним вместе и использовала его тело как прикрытие – все пули попали в него.

Она толкнула его на пару стрелявших, нырнула вниз и ударила по ногам четвертого мужчину. Он упал, и она, выхватив нож из груди третьего, перерезала им четвертому горло. Кровь из артерии фонтаном хлынула на нее и на пол.

Не прекращая двигаться, Чун-Ча перекувырнулась по полу, и выстрел пятого мужчины в нее не попал.

Роби и Рил уже схватили Элеонор и детей и снова затолкали их за стол. Потом бросились через всю комнату и подобрали свое оружие.

Однако Чун-Ча оказалась быстрее: она оттолкнулась от дальней стены и прыгнула к последнему мужчине. Неизвестно, откуда у нее в руках появилась режущая проволока; в прыжке она набросила ее ему на шею, обеими ногами приземлилась на пол и натянула проволоку изо всех сил, скрестив руки.

Мужчина издал булькающий звук и осел на землю; спустя секунду он истек кровью из практически отрубленной головы.

Чун-Ча выпрямилась и бросила проволоку. Обвела глазами устроенную ею бойню: пятерых мужчин, погибших от ее рук меньше чем за минуту. Она быстро дышала, предельно сосредоточенная и напряженная.

Она повернулась к Роби и Рил, которые уже держали оружие. Оба целились в нее, но на спусковые крючки не нажимали.

Роби сказал:

– Хотите объяснить, почему вы это сделали?

Чун-Ча оглянулась на Элеонор и ее детей, медленно поднимавшихся из-за стола. Элеонор закрыла глаза Клэр и Томми ладонями, чтобы они не увидели мертвые тела.

– Надеюсь, вы не пострадали, – сказала Чун-Ча.

Элеонор медленно покачала головой, но ее лицо выдавало потрясение.

– Я в порядке, – с трудом произнесла она. – Мы в порядке. Благодаря вам.

Чун-Ча посмотрела на Роби и Рил.

Рил сделала осторожный шаг вперед.

– Это был самый потрясающий ближний бой, который я только видела, – сказала она с восхищением. – Но, как сказал мой партнер, почему?

– Нас послали убить их, – ответила Чун-Ча, указывая на Элеонор и ее детей. –