Мой капитан - Уитни Грация Уильямс

Господи боже…

– Свяжитесь с диспетчером и попросите набор высоты, – спокойно сказал я, садясь на его место. Самолет продолжало трясти. – Вы должны знать реакцию на эти сложности после всех занятий на симуляторе. – Я ждал, чтобы он сделал звонок, но он продолжал дергать рычаги. – Райан, звоните диспетчеру, просите высоту.

– Я пытался сделать это перед вашим приходом, – сглотнул он. – Мы потеряли связь с ними час назад…

– Час назад?

– Ну да, я говорил вам. Я сказал, а вы просто смотрели вперед, помните?

Я попытался связаться с диспетчером, но ответа не получил. Я попробовал послать сигнал бедствия, но и это оказалось бесполезно.

– Двигатель отказал, – проговорил Райан дрожащим голосом. – Мне уже выбрасываться?

– Нет. Сиди спокойно. – Я взял с сиденья инструкции по ручному управлению самолетом. – Мы просто перезапустим его, когда окажемся в спокойной зоне. Если только ты уже не пытался сделать это без меня, то все будет нормально.

– А если пытался? – спросил он с глазами на пол-лица. Самолет внезапно нырнул вперед и вниз, к океану. – Если я уже пытался, у нас есть еще какой-нибудь план?

Черт…

Гейт С51

Джиллиан

Нью-Йорк (JFK)

Проснувшись, я обнаружила десять пропущенных звонков от Мередит, пять от родителей и три от Кеннеди. Решив, что это все то же самое, что и каждый день, я выключила телефон. Вопросы, интервью, работа, которую надо закончить.

Поправив подушку, я удобнее устроилась в кровати, взяла пульт и, включив телевизор, стала пролистывать каналы. Я просмотрела Lifetime, Nickelodeon, CNN и как раз в тот момент, когда я собиралась выключить телевизор и включить какое-нибудь кино, я щелкнула на NBC – и ахнула, увидев заголовки. Там была фотография из личного дела Джейка.

Что?

Ведущая говорила: «Это все, что известно в настоящий момент», а внизу бегущей строкой шло сообщение: «Рейс 491 компании „Элитные перелеты“ считается пропавшим», «Самолет не выходит на связь более двух часов», «Двести восемьдесят три пассажира».

Меня вырвало прямо на пол.

Отказываясь верить во все увиденное, я включила телефон.

Сперва я позвонила Мередит, и она утешала меня, пока не пришло ее время садиться в самолет, чтобы вернуться в Нью-Йорк. Ее заставили выключить телефон, но мне надо было с кем-то разговаривать. Чтобы просто не сойти с ума.

Я позвонила Кеннеди.

– Послушай, Джиллиан, – сразу же сказала она. – Ты должна отключить телефон и Интернет. Оставь только телевизор.

– Что? Почему?

– Сделай, как я говорю, – сказала она твердо. – Я уже еду к тебе, и если ты сама этого не сделаешь, то это сделаю я.

Я не шевельнулась.

– Джиллиан?

Я заплакала.

Я пыталась что-то сказать и не могла, так как мне сильно сдавило грудь. В моей голове теснились мысли, всякие теории, обрывки сожаления, но даже при том, что я не хотела в это верить, я знала – Джейк пропал.

Воспоминания о наших безумствах проносились у меня перед глазами, как фильм на перемотке – траханье в туалетах аэропортов, неосторожность во время международных рейсов, безумные встречи… Я чувствовала себя идиоткой. Я должна была пытаться заставить его слушать меня. Пытаться сохранить то, что у нас было…

До шести утра, когда, сделав над собой усилие, я добрела до ванны, я так и не понимала, что Мередит и Кеннеди уже примчались ко мне.

Все три телевизора показывали разные новостные программы. Все ведущие говорили об одном и том же. Мередит мерила комнату шагами, разговаривая по телефону, а Кеннеди что-то яростно писала на своем.

– Погоди, Джорджия. – Прижав телефон к груди, Мередит посмотрела на меня. – Как ты?

Я помотала головой.

Она подошла и похлопала меня по спине.

– Они выслали береговую охрану, несколько других стран тоже участвуют в поисках… – Она слабо улыбнулась. – Говорят, есть небольшой шанс, что они смогли приземлиться.

Я прочла достаточно всего об авиации, чтобы понимать, что никаких шансов нет, но улыбнулась в ответ.

– Конечно.

– Это возможно, – сказала Кеннеди, продолжая писать. – Уж ты-то должна знать про успешные приземления самолетов в воду.

– Их было всего два, – повернулась я и снова пошла в ванную. – Один тот, на Гудзоне. На реке, а не в океане. А второй был в Тихом. Самолет уцелел. А пассажиры нет.

Рейс 491 считался пропавшим уже восемь часов. Вертолеты, военные самолеты и суда береговой охраны прочесывали район, где самолет вышел на связь в последний раз.

Биографии Джейка и второго пилота снова и снова повторяли по новостям, и все медиа задавались вопросом, почему рейс выполнял не Джейк, а гораздо менее опытный Кларксон.

«Элитные перелеты» еще не выпустили заявления про катастрофу, но кто-то из репортеров поймал директора компании Натаниэля Пирсона возле телевизора в пустом гейте JFK. Он сидел, сгорбившись в кресле, и плакал.

Мой телефон по приказу Кеннеди был выключен, но ее собственный звонил, не переставая.

Меня приглашали во все программы, чтобы узнать мое мнение о трагедии, а заодно узнать, не знакома ли я лично с кем-то из пропавших пилотов.

Кеннеди отказывалась от всех предложений. Они с Мередит ухаживали за мной, как за маленьким ребенком, и отвлекали, когда я начинала говорить об организации похорон Джейка.

Когда я в очередной раз начала обсуждать, какие цветы надо заказать, Кеннеди вдруг сказала: «Ш-ш-ш», и включила звук телевизора.

По CBS передавали экстренный выпуск новостей.

Ведущая, яркая брюнетка, откашлялась, на экране позади нее появилось туманное изображение океана.

– Добрый вечер, – сказала она. – У нас