Мой капитан - Уитни Грация Уильямс

– Ты сказал, что уважаешь предсмертные желания. Мое – вот это, Джейк. Я хочу этого и не хочу умереть, пока ты меня ненавидишь.

– Ты же прожил с этим все эти годы. Не думаю, что под землей это будет тебе так уж важно.

– А ты не спросишь, от чего я умираю? – я никогда не видел его настолько уязвимым. – Чем я болен? Какие симптомы?

– Если я это сделаю, ты решишь, что мне не все равно. – Я сделал знак официантке, что хочу рассчитаться. – Поздравляю с полным слиянием. Желаю тебе перед смертью всего наилучшего.

– Я знаю, что эта проклятая книга о тебе, – прошипел он. – Что эта девка писала об отношениях с тобой.

– Ну что ж, нас таких двое. – Я заметил, что официантка слушается отцовского знака подождать с чеком.

– Мы с твоим братом покрыли все следы. Это он часто ставил вас на общие рейсы.

– Ты ждешь от меня благодарности?

– Я жду, чтобы ты подумал. Я во многом шел тебе навстречу и хочу что-то взамен. Ты же не умрешь, если хотя бы подумаешь об этом?

– Нет. И ответ не изменится. – Я встал. – Кстати, чисто из любопытства, у скольких людей в компании стоит БДК в личном деле?

– Только у тебя.

– Хватит врать.

– Это правда, – сказал он. – Только у тебя. Есть похожая пометка БДК, что означает «Бесценное достояние компании». Это значит, что они важны для компании и неприкосновенны, пока не сделают чего-то уж совсем неподобающего. Думаю, что отдел кадров считал, что это – то же самое БДК.

– А что это на самом деле?

– Будущий директор компании.

Я повернулся и вышел из бара. Подбежал к машине, завел мотор и быстро уехал.

Мне вдруг страшно захотелось позвонить Джиллиан и рассказать ей про встречу с отцом, но я сдержался. Она стала для меня таким же разочарованием, как и все прочие.

Гейт С50

Джейк

Франция – в полете

Я смотрел в лобовое стекло самолета, не чувствуя уверенности в том, что делаю. Все события последней недели вплоть до сегодняшнего вечера слились в одну сплошную череду, и мне требовался перерыв. После обратного рейса пойду и возьму отпуск на целый месяц.

– Капитан Вестон? – прервал мои мысли знакомый низкий голос. – Капитан Вестон?

– Да, Райан?

– Хм… Нам разрешен вылет, сэр. Уже три минуты. Если мы простоим еще, в диспетчерской решат, что у нас что-то не в порядке.

– Верно… – я положил руку на штурвал и двинул самолет, глядя перед собой. Никакого всплеска адреналина, ни волнения, ни восторга.

Я больше не мог ничего чувствовать, я просто сидел в самолете, часами летящем сквозь облака, и мечтал о том, чтобы перемотать обратно несколько последних месяцев моей жизни.

– Я могу оставить вас на двадцать минут? – спросил я Райана, отстегивая ремень. – Я хочу колы.

– Почему бы вам не попросить кого-то из стюардесс принести ее?

– Да или нет, Райан? – расширил я глаза. – Могу я на фиг оставить вас тут на двадцать минут или нет?

– Можете на меня положиться.

Я не мог на него положиться. Я вышел из кабины и зашел в помещение отдыха для пилотов, сказав ему, что выйду из кабины на двадцать минут. Открыв стойку для напитков, я вытащил пару ящиков, но колы ни в одном не нашел. Там было все, кроме колы.

– Старые привычки не умирают, – заставил меня обернуться голос мисс Коннорс.

– Наверное. Где моя кола?

– У меня. – Улыбнувшись, она открыла другой ящик, вынула две банки колы и протянула мне. – Я переложила их, когда поняла, что мы летим с вами вместе.

– Какая забота.

– Спасибо. – Рассмеявшись, она прислонилась к стене. – Кто-нибудь уже догадался, что вы и есть парень из книги?

– Какой книги?

– Очень смешно, – закатила она глаза. – Вы знали, что она все это время называла меня «Ястребом» у меня за спиной?

– Да. А что?

– Ничего, – пожала она плечами. – Как раз мне это скорее понравилось. Но я могла бы обойтись без подробностей мерзостей, которыми вы занимались во всех пересадочных пунктах. И что, вы правда занимались сексом в туалете во время полета? Пожалуйста, скажите мне, что она это придумала…

У меня в голове тут же всплыл образ Джиллиан, прижатой к стене в туалете во время полета в Париж…

– Она это придумала, – сказал я.

– Я знаю, что это правда, – подмигнула она, вручая мне еще одну колу. – Подать вам ужин в семь?

– Лучше в восемь.

Похлопав меня по плечу, она вышла. Я хотел было окликнуть ее и спросить, не встречала ли она Джиллиан, но тут самолет затрясло и загорелся знак «Пристегнуть ремни».

– Леди и джентльмены, говорит капитан, – раздался из динамиков голос Райана. Самолет резко накренился влево. – У нас возникли непредвиденные технические сложности с одним из двигателей. Пожалуйста, вернитесь на места и пристегните ремни.

Самолет качнуло вправо, и гул пассажирских голосов с каждой секундой становился все громче. Стаканы в первом классе попадали на пол, ящики над головами начали распахиваться, а багаж выпадать в проходы.

Держась за стены, я добрался до пилотской кабины.

– Что за чертовщина тут происходит, Райан? – спросил я. – Какие технические проблемы?

– Если б я знал, я бы так и сказал. – Он сидел на моем месте, нервно перебирая рычаги управления. – А впереди у нас шторм, видите? Я просто подумал, что лучше сказать про технические сложности, чем про тропический ураган. Для пассажиров так будет спокойней,