Харьков – проклятое место Красной Армии - Ричард Португальский

Обстановка в полосе 69-й армии при переходе к обороне.

С момента получения приказа на переход к обороне (28 февраля) до начала наступления противника (6 марта) армия имела на подготовку операции 5 суток. Однако в рамках ее осуществления она вплоть до 4 марта вела наступление с целью выхода на указанный рубеж, одновременно производя перегруппировку сил и средств вдоль фронта. Перейдя 4 марта к обороне на достигнутом рубеже (в 5–6 км от запланированного), она располагала не более чем 1,5 сутками для его закрепления.

40-я армия фронта переходила к обороне после преднамеренного отхода с целью выравнивания и сокращения линии фронта. При этом ее командующий генерал-лейтенант К.С. Москаленко должен был решать ряд сложных оперативных задач. Одновременно с отходом армия должна была передать полосу действий правофланговой 206-й стрелковой дивизии 38-й армии, вывести в резерв фронта 107, 183 и 340-ю стрелковые дивизии и, проведя перегруппировку вдоль фронта за счет увеличения полос обороны 206, 100 и 309-й стрелковых дивизий, занять ими указанный рубеж обороны.

Осуществляя эти мероприятия, армия вышла на указанный рубеж обороны 7 марта, имея в своем составе 206, 100, 309-ю стрелковые дивизии и 5-й гвардейский танковый корпус. Как армия в целом, так и ее соединения переходили к обороне в широких полосах: 206-я стрелковая дивизия – 21 км, 100-я и 309-я стрелковые дивизии – 36 и 40 км соответственно [309] .

Отход и перегруппировка 40-й армии при переходе к обороне.

Оперативное построение армии включало в себя первый эшелон – три стрелковые дивизии и мотострелковая бригада 5-го гвардейского танкового корпуса, танковый и артиллерийский резервы. Первый из них составляли две танковые бригады и два танковых полка, а второй – гвардейская минометная бригада [310] . В боевом составе армии насчитывалось 378 орудий и минометов, из них 110 орудий противотанковой артиллерии, а также 63 танка. При равномерном распределении усилий в полосе обороны, плотности сил и средств составляли: 3,9 орудий и минометов; 1,1 противотанковых орудий и 0,6 танка на 1 км фронта.

Осуществляя с 1 по 7 марта отход и перегруппировку, соединения армии действовали в непосредственном соприкосновении с противником, что крайне затрудняло проведение всех мероприятий по созданию устойчивой обороны. Кроме того, 40-я армия завершала выход на указанный рубеж в то время, когда 3-я танковая и 69-я армии, начиная с 4 марта, последовательно отражали удары противника в их полках.

Из девяти стрелковых дивизий 3-й танковой, 69-й и 40-й армий, переходивших к обороне непосредственно на переднем крае, боевой порядок в два эшелона имели только три дивизии – 180-я и 270-я в 69-й армии и 309-я в 40-й [311] . В этих дивизиях во второй эшелон выделялось по одному стрелковому полку, которые занимали оборону на удалении 2–4 км от переднего края. Резерв стрелковых дивизий составляли, как правило, учебный или пулеметный батальоны.

Исходя из построения армий, подавляющая часть их сил и средств была развернута в тактической зоне обороны, которая состояла только из одной – главной полосы и занималась дивизиями первого эшелона. Глубина главной полосы, а равно и тактической зоны обороны составляла от 2–3 до 5–7 км. При действиях в широких полосах оборона стрелковых дивизий на переднем крае носила очаговый характер, создавалась системой отдельных участков (районов) обороны и опорных пунктов. Невозможность создания сплошного фронта обороны заставляла командиров дивизий и полков сосредоточивать основные усилия на удержании отдельных районов местности, узлов дорог и населенных пунктов.

Следовательно, 3-я танковая, 69-я и 40-я армии, так же как и Воронежский фронт в целом, не имели в глубине обороны заранее подготовленных и занятых войсками рубежей. Только в 69-й армии переходила к обороне на армейском оборонительном рубеже одна стрелковая дивизия. Занимая оборону на левом фланге в районе Валков, она прикрывала лишь одно из вероятных направлений наступления противника.

Исходя из того, что немецкое командование при переходе в наступление привлекало в состав ударных группировок, как правило, подвижные соединения, имевшие большое количество танков и штурмовых орудий, борьба с ними составляла основное содержание огневого поражения и требовала создания стройной системы противотанковой обороны объединений и соединений.

В 3-й танковой армии противотанковая оборона характеризовалась децентрализованным применением противотанковой артиллерии, небольшой глубиной эшелонирования средств поражения, незначительной ролью огня с закрытых огневых позиций в борьбе с бронеобъектами противника на подступах к обороне, отсутствием сильных противотанковых резервов и подвижных отрядов заграждения в соединениях. Здесь ее основу составлял огонь противотанковой, пушечной и гаубичной артиллерии прямой наводкой, которая равномерно распределялась среди соединений и частей первого эшелона и располагалась на местности линейно, без должного эшелонирования в глубину.

Более глубокое содержание имела противотанковая оборона в 69-й и 40-й армиях. Она организовывалась в масштабе стрелковой дивизии и основывалась на системе противотанковых опорных пунктов, создаваемых на переднем крае и в ближайшей тактической глубине. Состав этих противотанковых пунктов раскрыт в таблице.

Состав противотанковых опорных пунктов стрелковых дивизий 69-й и 40-й армий

Как показывают данные таблицы, в полосе обороны стрелковой дивизии создавалось от 2 до 6 противотанковых опорных пунктов (ПТОП), располагавшихся на танкоопасных направлениях в районах обороны стрелковых батальонов первого эшелона, а также на стыках подразделений и частей. В своем составе противотанковые опорные пункты имели от 3 до 14 орудий и от 2 до 29 противотанковых ружей. Наиболее типичным было наличие в них 4–6 орудий и 3–6 противотанковых ружей.

При общем незначительном количестве артиллерии в стрелковых полках в состав противотанковых опорных пунктов включалась не только вся полковая артиллерия (45-мм противотанковые орудия и 76-мм полковые пушки), но и приданные полкам батареи истребительно-противотанкового дивизиона дивизии, а также 76-мм пушки дивизионной артиллерии из состава артиллерийского полка соединения. Например, в стрелковых дивизиях 40-й армии 75 % 76-мм пушек дивизионной артиллерии вошли в состав ПТОП и были предназначены только для ведения огня прямой наводкой [312] .

Тем самым задачи по борьбе с танками противника на подступах к переднему краю огнем с закрытых огневых позиций возлагались в основном на батареи 122-мм гаубиц и артиллерийские группы дальнего действия стрелковых дивизий (в тех случаях, когда они создавались). Гаубичные батареи, кроме того, составляя артиллерийские группы поддержки пехоты стрелковых полков, должны были создавать и глубину противотанковой обороны, оборудуя огневые позиции по принципу противотанковых опорных пунктов и готовя исходные данные для стрельбы прямой наводкой. Исходя из их удаления от переднего края, глубина противотанковой обороны стрелковых дивизий не превышала 3–5 км, что отрицательно влияло на ее устойчивость.(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});