Палач - Олег Борисов

– Впервые мы познакомились в тюрьме, если не ошибаюсь.

– Вы не можете ошибаться, по должности не положено, – лениво отозвался охотник, бережно укладываясь на больной бок. – Кроме того, у вас прекрасная память. За все время нашего знакомства вы не забыли ни единого крохотного фактика или мелькнувшей мимо цифры. Иногда мне кажется, что у вас вместо головы арифмометр.

– Возможно, я как-то не рискую ковыряться в собственных мозгах. Но не удивлюсь, если внутри действительно крутятся какие-то маленькие шестеренки, помогая просчитывать варианты… Жаль, что чем-то подобным природа не наградила тебя, палач.

– Бывший палач, господин наместник. Бывший…

Высокий худой джентльмен скупо улыбнулся и кивнул, принимая поправку. Затем скрестил руки на груди и спросил:

– За что ты здесь, понимаешь?

– Не до конца. Сгребли меня еще на выходе из Таможни, не дали даже домой добраться. Попинали чуть-чуть для проформы, затем зачитали какой-то дикий список обвинений и сунули в камеру. Потом я раскланялся с Имперским трибуналом и опять вернулся в тюрьму. Видимо, уже до утра.

– Тогда я позволю себе расставить акценты, чтобы добиться полного взаимопонимания… Через три недели перевыборы в Министерстве Порядка. Я долго размышлял о перспективах и решил, что эта позиция намного лучше, чем место в полицейском управлении или на Таможне. Фактически Его Императорское Величество использует будущую вакансию для того, чтобы обрести нового помощника в решении разного рода щекотливых проблем. Сам понимаешь, всегда нужен тонкий и аккуратный инструмент, чтобы поставить на место зарвавшегося финансиста или притушить излишне яркую карьеру очередного выскочки-генерала. Множество размытых функций, которые разрешат мне совать нос в любую проблему по выбору.

– И никакой ответственности при этом. Отличное место, согласен… Если где криминал всплывет – вызвать на ковер полицейских. Где рабочие забастовали – прижать хозяев заводов. А если кто про власти рот откроет – всегда можно придумать статью пострашнее… Поздравляю, господин наместник, неплохо задумано.

Побарабанив тонкими пальцами, мужчина недовольно поморщился, но продолжил, не повышая голос:

– Другой бы сказал, что ты излишне дерзок. А я скажу, что ты ведешь себя так же, как вел всегда. Грубый, невоспитанный солдат, которому плевать на собственную судьбу… Но при этом – ты все равно пришел на Солнечную Сторону, хотя мог остаться в Городе. Почему?

– Потому что ваш посыльный ясно дал понять, что в будущем цирке придется кому-то участвовать. И если я не хочу, чтобы пострадали друзья, то этим клоуном придется быть мне. Вот я и пришел…

– Действительно… У тебя был выбор, и ты его сделал. Похвально. И честно…

Наместник достал из кармана узкую сигарету с серебристым мундштуком, прикурил и начал рассуждать, выпуская аккуратные дымные кольца к потолку:

– На столь высокое место можно попасть двумя способами. Первый – если тебя продвигают определенные силы, набравшие вес при дворе. Когда за твоей спиной стоит серьезная поддержка, когда ты можешь опереться на помощь друзей. Влиятельных друзей.

– Друзей? Вы шутите, господин наместник, в политике друзей не бывает.

– Хорошо. Не друзей – союзников. Временных союзников… Это первый путь. Второй – понравиться непосредственно Императору. Доказать свою полезность и преданность. Особенно это важно в последнее время. Наш повелитель очень не любит, когда кто-нибудь приобретает слишком много силы при дворе. Уметь выстраивать пирамиду управления, стравив каждого с соседом – главный закон выживания бюрократии… И это мой шанс – шагнуть сразу через несколько ступеней наверх. Без тех самых союзников, которые опутают потом по ногам и рукам обязательствами…

– Одиночку сожрут.

– При поддержке Иимператора – вряд ли. Либо не сразу. А закрепившись на этом посту, я смогу подобрать нужных людей и уже сам буду диктовать условия… Главное – не попасть под удар в первые месяцы.

Клаккер покосился на собеседника и развил начатую мысль до логического конца:

– Лучшая защита – нападение. Выбить возможные козыри из рук нападающих. Больше года вы руководили службой Сыска Теней на Изнанке. Повесить любые возможные проблемы на козла отпущения, провести показательную порку и прикрыть тылы… Искоренение возможной скверны в службе, приговор трибунала в кармане. При любом обвинении – уже есть назначенный крайний…

– Я всегда говорил, что тебя недооценивают, палач. Возможно, ты тугодум, но умеешь держать нос по ветру и можешь видеть истинное положение дел. Именно. Мне нужен показательный процесс, чтобы обрубить саму возможность попрекнуть прошлым…

Полюбовавшись на серый пепельный столбик, наместник бросил сигарету на пол и поднялся.

– Расклад простой. Трибунал подпишет любое обвинение. Я сам отбирал людей, которые будут вести дело. Они огласят суммарный приговор, ты пойдешь под расстрел. Начнешь качать права или искать эфемерную справедливость, доживешь до дня казни мешком с переломанными костями.

– Само собой… Господин бывший самый старший начальник, а можно процесс организовать чуть-чуть по-другому? – Клаккер подождал, пока удивленный посетитель кивнет, и попросил: – Я ведь все прекрасно понимаю. Поэтому предлагаю заключить соглашение. Необременительное такое… Вы мне нужные бумажки покажите, я крестик поставлю. Надо где-то сказать «признаю», так скажу, не проблема. Но мне бы эти дни неплохо поесть-попить. И чтобы не пинали больше. Ну и потом без членовредительства. Расстрельная команда, залп – и никаких щипцов, дыбы и прочей гадости… Как вам такой вариант?

Лощеный мужчина подошел поближе к решетке и посмотрел на заключенного. Долго молчал, потом все же соизволил ответить:

– Ты не только умный, палач. Ты еще хитрый. Но твоя карта не пляшет в этот раз… Я готов выполнить свою часть сделки. Кормить будут из ресторана, вино каждый вечер, чтобы не упивался до скотского состояния. Доктор, теплое одеяло… И доклад трибунала, как ты себя ведешь во время заседаний. Через неделю – приговор. Если не станешь чудить, умрешь быстро и без проблем. Это – единственное, что я для тебя могу сделать… А если попытаешься выкинуть какой-нибудь фортель, то получишь резолюцию о запирательстве – и в гости к костоломам. Перспектива понятна?

– Вполне… Трибуналу можно рассказывать все или лучше только головой кивать?

– Можешь рассказывать, если спросят. Люди хотят честно отработать свой хлеб, будут вести процесс, как положено. Бумаги с обвинением и стенограммы пойдут в архив, под замок. Да и вряд ли кому здесь интересно, что на самом деле происходит на Изнанке… Мое имя не должно там мелькать никак. Тебя выбрал и назначил палачом Шольц, я лишь подписал поданные документы. В остальном – ты меня не видел и не знаешь… Еще вопросы есть?