Город счастливых роботов (авторский сборник) - Олег Дивов

Отец и сын уставились в стол. Оба знали, что им предстоит услышать. Сын переживал, отчего папа такой рохля. Папа думал о том, до чего же настырный у него ребенок и как хорошо было бы прямо сейчас провалиться сквозь землю.

— Я здоров, мам. Здоровее всех вокруг.

Мама даже руками всплеснула.

— О каком здоровье ты говоришь?! Рак не лечится до конца, у тебя рецидив может случиться в любой момент! Ты прошел химиотерапию, у тебя иммунитет ослаблен!

— А ничего, что я с того раза ничем больше не болел?! Да у меня сколько лет… Восемь лет даже соплей не было!

— А кто следил, чтобы их не было?! Кто над тобой трясся?! Кто заботился о тебе все эти годы? Следующий класс выпускной, а ты и так нагонял программу… Нагрузка…

— Когда я нагонял программу?! — перебил Леха. — В третьем?! Ты о чем вообще? Мам, какая нагрузка, я в прошлом году на половине уроков плевал в потолок! И в этом, я учебный план смотрел, все, что будет, — мне на ползуба!

— Ты ничего не понимаешь! Ничего!

Как и следовало ожидать, милая семейная беседа кончилась тем, что мама пустилась в слезы. Леха выскочил из-за стола и, хлопнув дверью, исчез в своей комнате. Мама на кухне, отвернувшись к плите, сдержанно рыдала, отец за столом неодобрительно качал головой: он видел, что это не истерика, просто в ход пошло традиционное материнское оружие.

— Я ему не позволю, — донеслось до него сквозь всхлипывания.

Это не трагедия, убеждал себя Виктор, это не трагедия, обычные семейные разборки, борьба за власть над ребенком. И сколько тут моего недосмотра, подумать стыдно. Запустил ситуацию. Хотел ведь как лучше. Что-то надо делать. Что-то надо делать…

— А если я тебя попрошу?

— Что?!

— Как врач, — добавил Виктор. — Не как отец, как врач.

— Ты это серьезно?!

— Абсолютно. Парень в порядке.

— Если он себя угробит…

— Не угробит. Не будет же он кайлом махать, сама подумай! Приткнется лаборантом, там даже пробирки руками не моют, все на автоматах.

— С ума сошел?! — Лена повернулась к мужу лицом, и Виктор быстро спрятал глаза, не выносил он этого ее взгляда обезумевшей волчицы, у которой отнимают детеныша. — Каким лаборантом? К тебе в больницу? Не дай бог инфекция…

— Нет, не ко мне. Есть другие места. Чистые и безопасные. Зато он будет чувствовать себя человеком при деле… А вот эта твоя гиперопека только унижает парня.

— Эта моя, как ты выразился…

— Гиперопека. Психологический термин.

— Благодаря моей заботе он до сих пор жив!!!

Виктор потупился. Он мог бы сказать, что мальчик на редкость силен, удивительно вынослив, у него феноменальная дыхалка… Если совсем откровенно, мальчик странный. Пугающе здоров, слишком нормален, все анализы даже не прекрасные, а эталонные. Но в чем-то Лена была права. Рак чертовски коварная штука.

— Дурацкая ситуация, ты не находишь? — спросил Виктор. — Ты его мучаешь, я тебя мучаю, Леха изводит нас обоих. Хотя совсем небольшое ослабление режима могло бы все решить.

— А может и убить его! Ты об этом не подумал?

— Да что ты, я ведь слежу! У него все эти восемь лет не кровь, а мечта вампира. И если Леша пойдет работать, я усилю контроль, буду проверять его всесторонне каждый месяц. Зато ты представь, как он будет счастлив…

— У меня ничего нет, кроме него, — сказала Лена горько. — Ничего. Понимаешь?

— О да, — Виктор кивнул. — О да.

Он действительно понимал. И сколько в этом его вины — тоже. Лену надо было постоянно тормошить все эти годы, не позволять ей зацикливаться на ребенке, мешать приносить себя Лехе в жертву. А Виктор спрятался от проблемы. Ушел с головой в работу, как иногда пациенты «уходят в болезнь», когда на них наваливается слишком много всего по жизни. Но ведь на него тоже… Навалилось. Очень многое надо было забыть, и забыть накрепко.

В чем-то он выиграл. В остальном проиграл.

Сейчас он даже не мог кулаком по столу врезать и сказать: беру ответственность на себя — как делал иногда в больнице. Хотя ставка была привычная: жизнь человека.

В больнице это работало. А здесь его просто не услышат.

Леха сидел в Интернете. В мониторе безумно дрыгался городской пейзаж, знакомые дворы. Забор, крыши гаражей. Потом кусты… И вот картинка застыла. Впереди сверкало чисто вымытое здание Нанотеха.

На столе рядом с монитором стояла модель бота-вертолетика.

— Ты-то хоть понимаешь, что я здоров? — спросил Леха агрессивно, не оборачиваясь.

— Ты здоров, — буркнул Виктор. — Но рак чертовски коварная штука.

— Я не могу так жить, пап. Лучше сдохнуть, чем год за годом ждать, не вернется ли рак. Жизнь в ожидании болезни — думаешь, это нормально?

— Нет, — коротко ответил Виктор.

Леха молча сидел к отцу спиной. Вздохнул, перекинул движок на начало ролика, еще секунду-другую помолчал — и сказал:

— Смотри, как я бегаю.

Глава 16

На светофоре зажегся красный, Виктор затормозил. Рядом Леха ритмично качал головой в такт неслышной музыке. Давний уговор: если сын будет доставать папу современной муйней, этим дурацким тарахтением, папа врубит на всю катушку что-нибудь относительно легкое и мелодичное, допустим, Gamma Ray. Но может по ошибке и Megadeth включить. Наушники не спасут.

В левом ряду остановился длиннющий и наглухо тонированный «БМВ».

— Опа, — сказал Виктор. — На ловца и зверь бежит…

Он подал свой кроссовер назад и опустил стекло водительской двери. Леха удивленно оглянулся.

Блестящее черное окно «БМВ» ушло вниз, с заднего сиденья ослепительно улыбнулся Михаил.

— Сколько лет!.. О-о, а парень-то как вымахал! Алексей!

— Здрасте! — крикнул Леха.

Виктор бросил взгляд в зеркало. Сзади машин не было, но на всякий случай он включил аварийку. Хорошо живем, в каком еще городе можно спокойно поболтать на светофоре…

— Привет, алхимик! — сказал он. — А вот кстати! Понимаю, такие вопросы решать тебе не по чину, но… Тебе на твою кухню оболтус с метлой не нужен? На полставки, зато молодой, проворный. За двоих успевать будет. Может и дворником.

— Этот, что ли?

— Ну извини, какой есть.

Михаил выдержал театральную паузу.

— Дворником, ха! Зарывать талант в землю? Да кто ж я буду, если парня с такой наследственностью дворником поставлю… Это, Витя, не государственный подход. Не-ет, я эдакого молодца… Целым лаборантом назначу!

— Ох, возгордится…

— А я его к Семенову. Этот монстр и не таких обламывал.