Несущие Свет. Противостояние - Дмитрий Воронин

Из-за угла — словно бы по велению высших сил — показался патруль. Рыцарь-светоносец верхом на великолепной, серой в яблоках кобыле, шестеро пеших воинов. Таша криво усмехнулась — придется «белому плащу» продолжить службу пешком. Она преградила путь патрулю, отметив, что рука рыцаря тут же потянулась к мечу — и расслабилась. Он явно узнал девушку.

— Я леди Рейвен. У меня новости чрезвычайной важности для Вершителя арГеммита. Прошу вас, рыцарь, уступить мне лошадь.

— Новость настолько важна, что ее следует донести до ушей Вершителя немедленно? — В голосе рыцаря звучала откровенная насмешка.

Девушка вздохнула — похоже, он, как и большинство из Ордена, был наслышан о ее приключениях и успел составить о леди Рейвен достаточно нелицеприятное мнение. В подобной ситуации заполучить лошадь будет сложно. Махнуть рукой и идти пешком? Может, он прав, и надо отдохнуть, выспаться, привести себя в порядок, сменить пропыленную, покрытую потом одежду? И лишь тогда…

Таша мотнула головой, отгоняя от себя неправильные мысли. Не хватало, чтобы кто-то опередил ее, первым принеся в Инталию вести, способные повлиять на исход войны. Безусловно, вторжение Гурана начнется не завтра и даже не через десяток дней. И все же Таша не желала откладывать момент своего триумфа.

— Я вынуждена настаивать… информация действительно важна. Клянусь Эмиалом.

Рыцарь задумался. С одной стороны, леди Рейвен служит арГеммиту, это было еще одним поводом для многочисленных шуток, а потому не являлось секретом — имеющий уши да услышит. С другой стороны, нельзя было исключать и того, что эта взбалмошная девчонка и в самом деле располагает важными сведениями…

— Лошадь будет стоить вам три солнца, леди.

Цена была просто неприличной, но светоносец был в своем праве. В отличие от рядовых воинов, которых Орден обеспечивал амуницией, оружием и лошадьми, рыцари за экипировку платили из своего кармана. И не были обязаны отдавать свое имущество первому встречному — даже собрату. А раз не обязан — стало быть, может называть цену.

— Согласна, — фыркнула Таша. Деньги ее не заботили… в конце концов, расходы арГеммит ей возместит, никуда не денется.

— Это, как вы понимаете, леди, за саму лошадь, — глубокомысленно протянул рыцарь, все еще не торопясь покидать седло. — Теперь сбруя… она обошлась мне в двенадцать лучей.

Он сам покраснел от такой беззастенчивой лжи, но Таша лишь махнула рукой.

— Ты про подковы не забыл?

— Ах да! — Он уже откровенно издевался. — Каждая ценой в четверть луча. Их делал настоящий мастер.

Таша улыбнулась, и в улыбке этой не было ничего доброго.

— Я очень устала, мой друг. И мне срочно нужно во дворец. И я даже согласна заплатить тебе четыре солнца и три луча сверху. Позже… Но если сейчас ты не уступишь мне седло, я просто убью тебя, друг мой. И Орден меня оправдает.

Долго светоносец не раздумывал. Одно дело — содрать с богатой волшебницы несколько лишних монет или даже подразнить ее, и совсем другое — доводить этот торг до стычки. Среди рыцарей встречались сильные маги, по тем или иным причинам предпочитавшие сталь заклинаниям, но большинство воинов обладали слабыми способностями — уровня ученика второго-третьего года обучения или в лучшем случае адепта. Для рыцаря, пусть и с поддержкой стражников (чью сторону они займут — еще большой вопрос), драться с волшебницей было делом опасным.

— Не кипятитесь, — буркнул он, спрыгивая на брусчатку мостовой. — Вам подержать стремя, леди?

Волшебница смерила его презрительным взглядом. Затем одним прыжком взлетела в седло — усилие стоило ей дорого, в глазах тут же потемнело, но она, стиснув зубы, заставила себя выпрямиться.

— Найдешь меня в Обители.

Лошадь была послушной, свежей — до Обители она добралась через четверть часа, но там Ташу ждало жестокое разочарование. Ни арГеммита, ни арХорна в Торнгарте не было — и проклятый светоносец, продавший ей втридорога лошадь, не мог не знать об этом. Покупка оказалась бессмысленной, она могла спокойно отправиться домой, отдохнуть — и с утра с новыми силами выйти в путь. Ехать было не так уж и далеко — все Вершители собрались в школе, где как раз проводились выпускные экзамены, по результатам которых армия пополнится новыми боевыми магами, столь необходимыми накануне войны. Метиус когда-то проделал путь от Торнгарта до школы всего за десять часов, Таша была уверена, что сумеет добраться и быстрее. Если как следует отдохнет. И если вместо этой изящной, но несколько меланхоличной лошадки она возьмет хорошего скакуна из своей конюшни… Или, скажем, из конюшни арГеммита… так будет даже лучше.

Ну ладно, с рыцарем она разберется позже. Быть может, отправит ему оформленный по всем правилам вызов на дуэль. Или даже отнесет вызов лично — забавно будет посмотреть, как побледнеет его красивое, мужественное лицо. Но сейчас нужно добраться до Метиуса… проклятие, ну она же сообщила ему длинным языком, что везет сверхважные сведения. Как он мог уехать? В такой момент! Или это маленькая месть за то, что она отказалась передавать ему известия иначе, кроме как при личной беседе? Многие верили, что подслушать сообщение, отправленное длинным языком, невозможно, — но и Таша, и другие достаточно опытные маги сумели бы сделать это при острой необходимости. Для этого надо было находиться либо рядом с одним из говорящих, либо точно знать время отправки сообщения и то, кому оно адресовано. Заклинание «фантом», накладываемое магом на себя и превращающее его в подобие человека, которому отправлялось сообщение, давало магу возможность кое-что уловить — не все, отдельные слова, фрагменты фраз… но даже по этим обрывкам можно было узнать многое. Таша не желала рисковать. Покинуть Гуран удалось без особого труда, но не мог же консул смириться с поражением. Наверняка на ноги подняты все его агенты…

Таша чувствовала, что вот-вот потеряет сознание от усталости. Она толком не помнила, как добралась до дома, кинула поводья купленной лошади слуге — молодому парню, заменившему погибшего Патиса. В кровать она рухнула, даже не раздеваясь…

Ей снились кошмары. Бешеная скачка, схватка с гуранским патрулем…

Небольшой отряд, всего шестеро кавалеристов, заинтересовался всадницей, летящей во весь опор и не остановившейся по их требованию. Их лошади были свежее, и они догнали девушку — на свою беду. Двое погибли почти сразу. Еще один — ему достался первый, самый неожиданный удар — оказался магом и сумел частично отклонить пращу, но недостаточно — магический камень чиркнул по его виску, и маг рухнул как подкошенный. Остальные успели схватиться за арбалеты — два болта девушка успела отразить, воздвигнув на их пути магические щитки, третий серьезно задел ее ногу, пришпилив штанину к теплому боку лошади, пронзительно заржавшей от боли. Сама волшебница не обратила внимания на рану, ударив молнией в лицо удачливому арбалетчику. Гуранцы не были трусами — выхватив мечи и прикрывшись щитами, они заставили своих коней пойти в атаку. Могучий жеребец ударил лошадку Таши грудью; и без того почти загнанное, да еще раненное животное упало, девушка покатилась по земле, успев на лету метнуть айсбельт — острая льдинка вошла в конскую плоть, жеребец встал на дыбы, и всадник, выпустивший поводья ради щита, вылетел из седла.