В тени Алтополиса - Артем Юрьевич Углов

вырастут… Когда вырастут, совсем другие интересы появляются, не имеющие никакого отношения к дружбе.

Думал я недолго, выдав пространный ответ про дальнюю родственницу. При этом уточнять не стал: троюродная она мне сестра или четвероюродная тетка.

Пацаны, понятное дело, не поверили. Откуда взяться родне, от которой до сей поры не было ни духу ни слуху? А въедливый Гамахен спросил:

- Причем здесь мадам?

- Какая мадам?

- Твоя родственница упомянула о некой мадам, имеющей необходимые связи с жандармскими.

- Что-то не припомню.

- Было, было такое… Я тут пораскинул мозгами и кое-что вспомнил, - в голосе Гамахена появилась обманчивая мягкость, - живет в Красильницком известная всем мадам по имени Камилла. И содержит она одно ночное заведение с этими… ну ты сам понимаешь.

- Не понимаю, – остановился я, - ты на что намекаешь?

Гамахен тоже был вынужден затормозить, поскольку шел следом. Мы замерли друг напротив дружки, и принялись играть в гляделки: злые с моей стороны и ехидно-насмешливые с его. Пускай только попробует сказать «шлюха». Я эти слова ему обратно в глотку вобью.

- Харэ, пацанва…заканчивай.

Неведомая сила отбросила меня в сторону. Сделала это легко и непринужденно, словно несмышленого щенка. И только задрав голову, я увидел возвышающегося Малюту. Здоровяк никого не толкал, не пихал, а просто втиснулся в тот небольшой зазор, что между нами образовался. Потому нас с Гамахеном и разметало.

- Чижик, ты случаем не оборзел? – палец Малюты ткнул в мою грудь. – Ты чего на старшаков бычишь?

- Вломить бы ему разок, - предложил Гамахен, окрыленный поддержкой. Вот только рано он радовался.

- Я те ща сам вломлю, - перевел Малюта суровый взгляд на товарища, - а для начала язык твой змеиный вырву.

- А чего такого?

- Ты овечку-то невинную из себя не строй. Потому как не овца ты - змея подколодная, умеющая жалить исподтишка.

- А чего сразу я? Или типа никто не понял, что у мелкого за «родственница» такая.

Малюта услышав подобное лишь покачал головой, а Тоша добавил:

- Не твоего ума дело.

- Почему не моего? – полез в бутылку Гамахен. - Чижик теперь один из нас, так кого стеснятся?

- Хорошо, - согласился Тоша, – тогда давай начнем с твоей матери.

Не знаю, что за история была связана с родительницей Гамаша, но тот сразу напрягся и принялся вопить, чтобы не мешали кислое с пресным.

- А ты почем знаешь, кем она Чижу приходится?

- Уж точно не матерью, - всё не мог успокоится Гамахен.

- Не матерью, - согласился Тоша, – но то, что человек близкий - сразу понятно. А раз так, то и капаться в грязном белье не след. Придет время, сам всё расскажет… или не расскажет. Не велика потеря.

- А то вам не любопытно, - предпринял последнюю попытку достучаться до пацанов Гамаш.

- Почему же не любопытно? - удивился Тоша. - Я вот с удовольствием про приключения твоей мамаши послушаю.

- Да пошел ты, - буркнул Гамаш и зашагал по направлению к поселку.

- Может зря ты про мать? – спросил Малюта, дождавшись, когда тощая фигура Гамахена скроется в ночи.

- Не зря, - твердо произнес Тоша. – Ты же его знаешь, если вовремя укорот не дать, совсем разойдется.

- Это да, - тяжело вздохнул великан. - Вроде не баба какая, не должно быть этих дней, а подишь ты, заносит с завидной регулярностью.

- Характер такой, - констатировал Тоша, подумал немного и добавил: - ты на него не обижайся. Так-то он парень нормальный - побесится с недельку, да успокоится.

Тоша как в воду глядел. Уже через пару дней количество шпилек в мой адрес уменьшилось, а потом и вовсе сошло на нет. Лишь слабый, едва уловимый отблеск злобы тлел в глубине его глаз. Я не заблуждался на сей счет… ничего Гамахен не забыл. Дохляки вроде него компенсируют отсутствие физической силы хорошей памятью, а когда приходит время выкатывают счет с расписанными позициями по каждой из нанесенных обид.

До чего же порою бывают похожи люди, особенно в своей мелочности. Когда на днях заглянул в мастерскую, наткнулся на Еремея. Парень как раз провожал очередную клиентку. Распахнул дверцу спортивного авто, подал барышне ручку, помогая усесться в кожаное кресло. Весь из себя ухоженный, галантный.

Заметив меня недовольно поморщился.

- Чего тебе?

- Мне бы главного увидеть.

- Не будет сегодня Никанорыча - не ищи, и завтра тоже… в отпуске он, через неделю обещался вернуться.

Я уже собрался уходить, но тут навстречу попался один из мастеровых. Он-то и сообщил, что дядька Степан на месте.

Ну вот что за человек? Сколько воды утекло с тех пор, а он все забыть не может - пакостит по мелочам. И до того мерзкой стала физиономия у Еремея, когда я раскрыл его маленький обман. До того нагло ухмыльнулась, что захотелось сбросить разводной ключ прямо на ногу.

Нет, прав был дед Пахом, утверждая, что измельчал нынче народец.