Грозы и звёзды - Оливия Вильденштейн

всё. Может быть, когда-нибудь между нами возникло бы доверие, завязанное на обоюдной любви к Лиаму.

— Послушай, Несс, я знаю, что ты переживаешь о нашем Альфе. Так же, как и я. И хотя мы с ним не вместе-вместе, я не стала бы использовать другого парня, чтобы вывести его на эмоции. Это не мой стиль.

— Я и не думала, что ты это делала. А что значит, вы не вместе?

— Мы просто друзья.

Я решила умолчать про секс.

Дверь резко распахнулась, чуть не ударив Несс, которая успела податься вперёд, благодаря хорошим рефлексам.

Внутрь вошёл Лукас. Его лицо было почти таким же ярко-красным, как и глаза.

— Надеюсь, у тебя есть охрененное объяснение тому, почему ты устроила это маленькое шоу, Кникнак.

Лиам зашёл внутрь за своим Бетой. Каждый его шаг был твёрдым, каждое движение выверенным. Он на автомате расстегнул переноску Шторма, опустил своего сына на пол, а затем высвободился из переноски. Костяшки его пальцев были белыми из-за того, как сильно он сжимал голубую ткань.

Шторм начал издавать лёгкие радостные звуки, но они очень быстро стихли из-за напряжения, повисшего в комнате.

Я поманила Лукаса пальцем.

— Подойди сюда и понюхай мое лицо.

— Тебе стоит поработать над тем, как оскорблять людей, потому что это капец как странно.

Я закатила глаза.

— Это не оскорбление. Мне нужно, чтобы ты использовал свой обонятельный орган.

Его брови сдвинулись вместе, но, по крайней мере, он подошёл на шаг ближе. Я жестом указала на свои щёки. Он наклонился и медленно втянул носом воздух, после чего развернул моё лицо и понюхал его с другой стороны.

— Мать твою, — пробормотал он. — Маленький кусок дерьма!

— Значит, ты тоже это чувствуешь? Мне не почудилось?

— Может быть, кто-нибудь меня просветит? — потребовал Лиам, в то время как Несс присела на корточки и взяла на руки Шторма, который начал ворковать с ней.

— Иди, понюхай лицо своей девочки, — весело проговорил Лукас.

— Я не его девочка, — проговорила я, когда Лиам протиснулся между мной и Лукасом, запрокинул мою голову и, коснувшись её кончиками пальцев, уткнулся носом мне в щёку, после чего медленно провёл им по моей скуле, заставив мои веки захлопнуться.

Это не прелюдия. Всё серьёзно. И всё же мои вены расширились. Если бы Лиам не отошёл от меня так быстро, запах моего желания перебил бы все собранные мной улики.

— Может, тебе стоит сказать сторожу, чтобы тот запер главные ворота? — мой голос прозвучал так низко, что я удивилась тому, как он вообще смог вырваться наружу. — На случай, если Грант начнёт что-то подозревать. Как уже сказал Лукас, я вела себя нехарактерным образом.

Лиам убрал пальцы с моего подбородка.

— Ворота уже заперты. Люди могут входить внутрь, но никто не сможет выйти.

— Что происходит? — спросила Несс.

— Пожар рядом с бункером устроили с помощью коктейля Молотова, — Лукас указал на мои щёки. — От прикосновения Гранта несёт всеми ингредиентами.

Её верхние веки взлетели наверх.

— Ты думаешь, что это он стрелял в Лори?

— Я не чувствую запаха серы, поэтому нет. Но он знает, кто это сделал.

— Возьми его, Лукас, — Лиам даже зубы не разжал, когда проговорил это. — Возьми его и приведи ко мне. Пусть Несс и Август пойдут с тобой.

Лукас остановился рядом с дверью.

— А разве Фьюри и Ватт не должны сменить Сару и остальных в убежище?

Несс усадила Шторма обратно на ковёр и достала несколько игрушек, чтобы завлечь его.

— Сара сказала, чтоб мы не торопились. Она там отрывается за игрой в покер.

Лукас открыл входную дверь и широко улыбнулся.

— Вот это моя девочка.

Он постучал по деревянному косяку.

— Готова?

Прежде чем уйти, Несс сказала:

— Прости, что сделала поспешные и несправедливые выводы, Никки.

По правде говоря, меня переполняло такое сильное беспокойство, что я даже не переживала о её неверных суждениях.

— Что это вообще было? — спросил Лиам, когда дверь закрылась.

Я приподняла одну бровь, подошла к Шторму и опустилась на пол рядом с ним.

— Несс предположила, что я потаскуха. Как, в общем-то, и Лукас. И судя по тому, как ты посмотрел на меня на кладбище, подозреваю, твои мысли совпадали с их мыслями.

На его челюсти задёргался мускул.

— Может, я и не твоя девочка, Лиам, но я определенно не девочка Гранта или кого бы там ни было.

Его и без того уже хмурое выражение лица, сделалось ещё более мрачным.

Шторм взял развивающую книжку из ткани, забрался мне на колени и начал воодушевленно ей размахивать. Я забрала у него книжку и раскрыла её на первой странице. Он провёл пальчиком по складчатой кожаной вставке на милом зелёном драконе, а Лиам тем временем опустился на диван, наклонился вперёд, упёрся руками в свои расставленные колени и соединил пальцы рук.

— Что ты собираешься сделать с Грантом?

Я перевернула страницу для Шторма, который схватил в кулачок кусочки розового меха, торчащие из толстого пушистого кота.

— Я собираюсь убить его и его сообщника.

Меня обдало ужасом, когда я перешла на следующую страницу.

— Если только ты сама не хочешь это сделать, — медленно сказал он.

Пушистая жёлтая уточка, которую гладил Шторм, расплылась у меня перед глазами. Я знала, что предоставив Лиаму улики, я приговорила Гранта, но я не думала, что приговорила его к смерти.

— Если это не он нажал на курок, тогда… тогда…

Я сглотнула несколько раз, но не смогла заставить своё горло заработать, чтобы начать умолять Лиама смягчить ему наказание.

Лиам вздохнул, после чего встал, подошёл ко мне и сел на пол. Шторм взглянул на своего папу, но не стал слезать с моих коленей.

Я вытерла глаза.

— Я надеюсь, что не права. Надеюсь, что это не он устроил пожар.

Лиам обхватил меня рукой за плечи и притянул к себе.

— Ты же понимаешь, что если его устроил он, я не могу это так оставить?

Я положила голову ему на плечо и позволила своим слезам начать стекать вниз.

— Но смерть?

— Смерть может быть добрее множества других наказаний.

Шторм заёрзал у меня на коленях, и Лиам протянул руку, чтобы перевернуть страницу.

— Этот подонок не заслуживает твоей жалости, — сказал Лиам таким низким и грубым голосом, что волоски у меня на шее встали дыбом. — Он не заслуживает ни единого удара твоего сердца.

Он прошёлся рукой по моим мокрым щекам, поймал мои слёзы и стёр их, а вместе с ними и запах Гранта, заменив его на свой собственный.

Шторм потянул за тканевую книжку, пытаясь самостоятельно перевернуть страницу, так