В тени Рюджина - Халег Чудинов

помощью джуиндзюцу. Конечно, все было сделано ради собственной безопасности больной, но вряд ли она оценила усилия медиков.

— Цунаде не научила тебя вежливости — это ладно, это на нее похоже. Но думать рационально она должна была тебя научить, — подхватив освободившийся стул, высказался я, подходя к кровати болезной и присаживаясь возле нее. — Вопреки всем твоим стараниям ты жива и почти здорова, а это большой повод для радости. И благодарности.

— У Цунаде сейчас нет времени на меня, — фыркнув, заявила девушка и, подумав, негромко добавила: — Спасибо.

— Сейчас ты уже вышла из того возраста, когда воспитание имело бы смысл, — не удержался я от подколки. — Столь великовозрастных детей нужно не воспитывать, а дрессировать.

— Этим ты и займешься? — полуобреченно спросила Кушина, разглядывая белый потолок.

Я удивленно посмотрел на нее, не сразу поняв вопрос. Других людей вообще иногда сложно понять, а уж женщин мужчине и подавно. Техника, позволяющая считывать и интерпретировать мозговую активность, в данном случае вообще не панацея. Иногда получается понять четкие и оформленные мысли, прочесть намерения и определить желания, но вот разобраться в разуме Кушины в данный момент было сложновато. Сейчас она была сильно истощена морально и физически, это накладывалось на взрывной характер, что выливалось в раздраженность. Разобраться в том, что творится в голове Гурен, помогли бы техники Яманака, но Кьюби от них хорошо защищает.

— Дрессировкой тебя? — на всякий случай уточнил я. — Мне это ни к чему. Я, конечно, обещал Мито позаботиться о тебе, но брать ответственность за твое воспитание? Нет уж. Вы, Узумаки, слишком проблемные, а польза от тебя не превысит вложенных усилий.

От моих слов Кушина оказалась не в восторге.

— Да ты!.. Да я!.. — постаралась она выразить свое возмущение, но никак не могла обличить его в подходящую словесную форму, пока наконец не разродилась короткой фразой: — Да!.. Не тебе вообще судить об Узумаки, знаешь ли!!!

— О, поверь, если уж кому судить, так это мне, — со вздохом признался я.

И после своих слов задумчиво посмотрел на Кушину. А не покривил ли я душой, сказав, что польза от нее не превысит вложенных усилий? Она все-таки джинчурики и в любом случае будет как-то связана со следующим Хокаге, кто бы им ни стал. Помимо Ивагакуре все остальные какурезато стараются держать своих носителей биджу под прямым и постоянным контролем — на поводке, если вспомнить метафору Курамы. И поводок все так же имеет два конца. Даже если Кушине достанется ошейник, она может дернуть руку, ее держащую, в нужную мне сторону. А для меня это лишним не будет.

Обещать Сальме возвести ее на императорский трон — это одно, но создать империю на деле — это другое. Даже если у меня получится военным путем захватить чужие территории и соединить земли Роурана и Страны Звука, то шансы на их долговременное удержание практически нулевые. Необходимо создать местные администрации, насытить их лояльными людьми: наместниками, чиновниками и прочими государственными служащими. При мобилизации всех возможных ресурсов за пару десятков лет мне не удастся произвести на свет столько квалифицированных кандидатов на эти должности. Да и с местными жителями у них будут проблемы, недопонимания и неизбежные конфликты. Так или иначе придется действовать с имеющейся уже на сопредельных территориях живой силой.

С гражданской властью несколько проще. Людей, желающих присосаться к экономическим потокам, всегда в достатке. Среди знати можно найти фракцию, готовую продать свою лояльность за возможность приложить руки к государственному бюджету. Естественно, в долгосрочной перспективе от них проку никакого. Сначала новая власть будет перераспределять блага, что снизит эффективность управления, но сделает более предсказуемыми и контролируемыми. Но когда она сможет договориться сама с собой и укрепится, то перестанет нуждаться в поддержке Страны Звука и всеми силами будет стараться избавиться от протектората империи, приобрести максимум самостоятельности, потому что делиться никто не хочет. Когда-нибудь гражданскую власть все равно придется полностью заменить на лояльную и новую, но этот процесс можно растянуть на десятилетия.

А вот с шиноби сложнее. Часть из них потерять не жалко. Например, самых обычных вояк всегда в достатке, и особой квалификации они не имеют. А вот специализированные отряды, вроде Команды пыток и допросов Конохи, Отдела шифрования разведданных Кири, Группы разведки Суны и прочих, нужно постараться сохранить и переманить. В них входят ниндзя со специфичными знаниями и умениями, которых никогда не бывает много. И их знания как раз очень помогут молодой империи просуществовать дольше десяти лет. Люди в таких отрядах, часто, преданные своим идеям, и при правильном подходе их можно относительно просто перевербовать, подменив старые идеи новыми, похожими и более привлекательными. Проблема только в том, что такие подразделения, как правило, еще и преданы своему лидеру. То есть, нужно съедать их с головы, с Каге. И Кушина мне в этом может помочь.

— Об Узумаки я знаю очень многое, — медленно сказал я, мысленно подбирая комбинацию печатей.

Список техник, заставляющих людей хранить чужие тайны, очень велик. Самые распространенные ограничивают возможность человека как-либо передавать запрещенную информацию, парализуя тело. Примером тому Зекка Конзетсу но Ин, джуиндзюцу Корня, чья манифестация выглядит в виде татуировки на языке. Хотя на самом деле проклятая печать в обычных условиях охватывает все тело и в первую очередь мозг. Печать Проклятого Языка — штука тонкая и всегда индивидуальная. Чтобы ее правильно наложить, нужно уметь четко разграничить тайные знания от тех, которые можно и озвучить. Чем-то это напоминало некоторые техники Яманака.

Сама Зекка Конзетсу но Ин панацеей не является, я сам придумал несколько способов ее обхода. Но если ее дополнить моим джуиндзюцу, замаскированным под чужой печатью, то можно эффект усилить. Нужно только наложить сразу две печати на Кушину так, чтобы она этого не поняла. То есть лучше это сделать сейчас, когда ее чакра заблокирована. Неизвестно только, как Кьюби отнесется к присутствию в теле своего джинчурики частички моей чакры.

Сложив нужные ручные печати, я молниеносным движением коснулся указательным пальцем губ Кушины, накладывая на нее Печать Проклятого Языка, а второй рукой незаметно надавив на заключенную в фуиндзюцу дзюцушики Минато. Метка Хирайшина была достаточно велика, чтобы под ней замаскировать три тонких линии Проклятой печати Земли.

Кажется, Кушина и понять-то ничего не успела, когда обе печати уже были на ней: с заблокированной