Всё не просто - Тимофей Григорьев

— Я понял. Твой рассказ помог мне связать много концов разрозненных нитей и передо мной, наконец, вся картина. Ты прав, в сегодняшнем происшествии не обошлось без эльфов. Но виноваты не только они, мы, орки, слишком расслабились за годы мира с длинноухими. А они искали наши слабые места, причем удачно. Им удалось найти брешь в нашей обороне и если я прав, а я, к сожалению прав, то на клановых землях нет больше безопасных мест. Зови отца, нам есть что сообщить Совету старейшин.

Я оглянулся, пытаясь высмотреть Оррина, но он уже сам шел в нашу сторону. Судя по выражению его лица — хороших новостей у него не было.

— Что у вас тут за посиделки? — Военный вождь сел рядом и продолжил. — От тела почти ничего не осталось, даже скелет частично разрушен, так что по крови его происхождение определить не удалось. Кто-то очень хорошо знает наши приемы и возможности. Отец, что ты узнал?

— В этом деле повсюду торчат эльфийские уши. Труп надо полностью сжечь и проследи, что бы бойцы не касались его голыми руками.

— Дураков нет, все видели его смерть. Костер разведем за холмом, чтобы сюда даже дым не попал. — Оррин подошел ко мне, положил руку на плечо и тихо сказал на ухо. — Вы останетесь здесь, место открытое и легко контролируется, дополнительную охрану я вам оставлю. Брать тебя в столицу преждевременно, надо сперва прошерстить всех гостей клана и плотно заняться поисками активных друзей наших врагов. А ты позанимаешься с шаманом еще недельку-другую.

— Да я, собственно, и не тороплюсь. Но при условии, что ты гарантируешь мне безопасность. — Я постарался придать своему голосу должную твердость, но смерть чужака все еще стояла перед глазами. — К тому же магии учиться мне лучше в безлюдном месте, во избежание несчастных случаев среди мирного населения.

Орк пристально посмотрел на меня, убедился, что я говорю вполне серьезно и, ободряюще похлопав меня по плечу, занялся подготовкой своего отлета в столицу клана. Мне же не оставалось ничего другого, как самостоятельно устраиваться у костра на ночь, так как вещами, оставшимися в юрте, пользоваться в дальнейшем не было возможности. Пока возился с организацией ночлега, дирижабль Оррина улетел в столицу. Так что ночь мы с Торином встретили под открытым небом, с той лишь разницей, что удвоилось количество нашей охраны.

Засыпая, я дал себе торжественное обещание не отвлекаться больше на всякие глупости, типа облаков, а постараться овладеть своим Даром хоть немного. Что-то в последнее время чувствую себя совершенно беззащитным.

Торрин Падающая Звезда убедился, что внук заснул, тихонько поднялся со своей постели и отошел от стоянки — ему требовалось побыть в одиночестве. Он не зря сказал днем, что понял намерения противника — так оно и было, просто сейчас появилась настоятельная необходимость уточнить накопившуюся мелочевку и сделать выводы. Шаман прекрасно слышал дыхание троих бойцов, отвечающих за его безопасность, но они ему не мешали. В последнее время он стал замечать за собой склонность к излишним рассуждениям при принятии важных решений, видимо, возраст начинал сказываться и на нем. Осталось надеяться, что ему хватит времени обучить внука хотя бы элементарному обращению с Даром.

А способности мальчишки впечатляли — так работать с воздушными потоками молодые шаманы могли только после нескольких лет усиленных тренировок. Торрин, давая ему задание вызвать дождь надеялся, что у внука, в лучшем случае, получится слабенький ветерок, может быть даже в каком то определенном направлении. Но рисовать облаками в небе сразу после объяснения принципов работы с силовыми линиями — ранее это считалось невозможным. Старик видел выражение лиц у бойцов охраны (многие из них были слабенькими шаманами и полной мере знали цену этой легкости в обращении с облаками), теперь о способностях Эчеррина будут слагать легенды, что может весьма осложнить мальчишке жизнь. Слишком радужные надежды несут с собой огромную ответственность перед народом, а при неудаче — всеобщие разочарование и неприязнь. А внуку и так уже досталось неприятностей и горя — не всякий взрослый потянет такой груз. К тому же, шаман чувствовал, что с пробуждением сил, человеческая кровь стала уходить на второй план, а за доминирование в мальчишке боролись орочья и эльфийская, до инициации никак себя не проявлявшие. И если для орков двадцать пять лет — поздний подростковый возраст, то для эльфов — детство. Видимо поэтому внук никак не может избавиться от изрядной доли инфантилизма в своем характере. Но молодость — недостаток, проходящий с годами, и Торрин решил сделать все возможное, чтобы Эчеррин дожил до избавления от него.

Оррин, военный вождь орков готовился к серьезному разговору с Советом старейшин. Полученные сведения требовали срочного принятия кардинальных мер. Многие из них вызовут недовольство в клане, а это совершенно некстати перед серьезными переговорами с соседями. Вождь был уверен в безоговорочной поддержке трех старейшин — их семьи были слишком близки, чтобы иметь различную точку зрения на требования безопасности в клане. С двоими надо договариваться, остальные из-за давних трений в Совете постараются завалить все его предложения.

Кроме того, отсутствие Торрина сильно ослабляло позицию их семьи на Совете, но орк готов был пойти на риск проиграть голосование, только бы не подвергать сына опасности. А опасность для Эчеррина была близка и реальна — они только что получили доказательство того, что эльфийские шпионы могут оказаться где угодно или кем угодно. Это обстоятельство весьма осложняло предстоящий их поиск.

Шпион, так удачно обнаруженный сыном, на деле оказался очень интересным экземпляром. Он не был предателем или изгоем, продавшим свой народ длинноухим, он оказался полукровкой, плодом связи орочьего шамана и эльфийки. Это значит, что на дивных работает орк, со средним или даже сильным Даром и работает добровольно, потому что у его сына невозможно было бы проявление даже слабых способностей к магии Ора, без активного участия шамана. Наличие нескольких шаманов, работающих на эльфов, вызывало сильные сомнения, так что придется поднимать старые архивы и отслеживать смерти или пропажи без вести всех шаманов за двести лет. Полукровке было не менее ста пятидесяти лет, так что со временем поиска орк определился довольно быстро. Осталось только выяснить клан и имя предателя.

Но сначала надо убедить Совет разрешить сканирование гостей клана, а для этого необходимы очень серьезные аргументы. Гостевые татуировки ставились и оркам других кланов, и людям. Все они были полезны клану Небесной Змеи, все доказали свою преданность. И предложение о сканировании вполне естественно восприниматься ими будет как сомнение в их лояльности клану. Если сделать это некорректно, то вместо союзников очень легко получить врагов, к тому же весьма хорошо осведомленных о клановых делах. Так что дело предстояло очень деликатное, требовавшее индивидуального подхода к каждому проверяемому. А как это сделать, если почувствовать легче всего родственную магию, следовательно, лучшими ищейками в поиске тайных эльфийских шпионов являлись маги или жрецы Эль. Парадокс.