Ухо к земле. Миссия в Венецию. Удар новичка - Джеймс Чейз

— Вы видели завещание своей жены?

— Конечно, нет. Но какое это может иметь значение?

— Мисс Доллан получает хороший кусок.

— Ну и что? Вестал говорила мне, что она завещала мисс Доллан 50 тысяч. Это приличная сумма, но она не настолько велика, чтобы из-за нее убивать человека. Вы сами это прекрасно знаете.

— Разговор идет не о 50-ти тысячах. Ваша жена завещала ей тридцать миллионов. Она также получает этот дом. Вы оказались недостаточно ловким, Винтерз. Все, что вы получите в результате убийства, это лишь три миллиона. Только три миллиона завещала вам ваша жена. А ее простая и старомодная секретарша получит все остальное. Разве вы об этом не знали?

Ледяной холод сковал мое сердце.

— Вы лжете! — выдавил я из себя, сжимая кулаки.

Легит улыбнулся.

— Это сразило вас? Я видел завещание. Вы получите три миллиона, а мисс Доллан всю собственность вашей жены, этот дом и тридцать миллионов долларов. Остальные деньги пойдут на благотворительные цели и слугам. Ваша жена подчеркивает в завещании, что вам не нравилось брать у нее деньги. Вы переиграли, Винтерз.

Каким-то образом я сумел сдержать себя. Неужели я был слепым орудием в руках Ив? Это объясняет причину столь внезапной перемены в ее отношении ко мне. «Я не выйду за тебя замуж, будь ты даже единственным мужчиной на земле...». Но доказывает ли это, что она не любит меня и никогда не любила? Она знала завещание, знала, что все деньги пойдут ей. Она все еще любит Ларри. Будучи наследницей 30 миллионов, она сможет его заставить вернуться к ней. Ярость охватила меня. Я знал, что Легит наблюдает за мной.

— Коли это так, — сказал я как можно спокойнее, — то мисс Доллан счастливая женщина. А мне вполне хватит трех миллионов. Делайте, что хотите, Легит, но вы ничего не сможете доказать.

— Она помогала вам? Поэтому вам и удалось провернуть это дело? Вы вдвоем смогли убедить Внекстоуна и Харитса в том, что находились вчера весь вечер в кабинете, а сами в это время убивали на дороге свою жену. Я абсолютно уверен в этом.

— Я не убивал Вестал. Я работал весь вечер у себя в кабинете. У меня есть свидетели.

Я медленно поднялся с кресла.

— Я разрешу ваше алиби, Винтерз. Я буду очень рад, когда приду к вам с ордером на ваш арест. И это случится довольно скоро. Когда убийца пытается быть хитрым, как вы, он все равно забывает что-нибудь предусмотреть и попадается в конце концов. И не забудьте, — суд не любит хитрых убийц.

— У вас ничего не выйдет.

— Немного терпения, и вы увидите. Я проверю ваше алиби, и оно рассыплется на кусочки. Где-нибудь в нем есть изъян, и я его найду.

Он вышел, хлопнув дверью. Я медленно подошел к окну и смотрел, как он уезжает.

Я взял машину и поехал в Ист-Энд, где я мог побыть один. Я доехал до песчаных дюн, остановился и закурил. Я был потрясен. Я понимал, как много теперь зависит от прочности моего алиби. Пока еще оно было железным, иначе, Легит уже арестовал бы меня. Я сидел на солнышке, вкладывая всю свою силу, чтобы сосредоточиться и разложить по полочкам свое алиби. И чем больше я думал, тем больше убеждался, что его невозможно разбить. Ведь даже Харитс, который, как известно, ненавидит меня, подтверждает, что он не только слышал, как я диктовал письма, но и видел меня. Ни один суд не признает меня виновным.

Мой страх постепенно рассеивался. Легит запугивает меня. Его единственный козырь — вести себя загадочно, ожидая и надеясь, что у меня сдадут нервы. С такой тактикой он далеко не уедет. Как только я убедил себя в том, что нахожусь в безопасности, мои мысли обратились к Ив. Она обманула меня. Она добилась того, что я поверил в ее любовь ко мне. Она ловко подтолкнула меня на убийство Вестал, пообещав, что выйдет за меня замуж. Все это время она знала, что получит громадное наследство, и была уверена, что я не осмелюсь выдать себя и ее.

В этом она была, пожалуй, права. Она в любом случае могла отделаться пожизненным заключением, а моя участь не вызывала сомнений. Мне вдруг ужасно захотелось сжать руками ее белую шейку. Через день или два она покинет Клифоайд, она исчезнет, и я ее не найду. Нужно что-нибудь предпринять, прежде чем она исчезнет. Следует последить за ней. Я знал одного парня, который выполнял для банка такого рода работу. Я вернулся в Литтл-Иден и направился к нему. Казалось, что он был рад меня видеть.

— У меня есть для тебя работа, — сказал я ему. — Необходимо последить за одной женщиной. Не имеет значения, сколько тебе потребуется для этого людей. Следить за ней днем и даже ночью, понятно? Я хочу знать о каждом шаге ее жизни. Сможешь?

— Конечно, мистер Винтерз. — Он вопросительно посмотрел на меня. — Что за женщина?

— Ее имя Ив Доллан. В настоящее время она живет в моем доме в Клифоайде, но собирается покинуть его. У нее темные волосы, носит очки. Твои люди не должны упустить ее. Она единственная в доме, не считая слуг женского пола.

Он кивнул головой.

— Мне приступать немедленно?

— Да. Если вы потеряете ее, то ничего не получите, Если все пройдет хорошо, то я заплачу вам тысячу долларов.

— Не беспокойтесь, мистер Винтерз. Мы не потеряем ее.

— Ну, и конечно, она не должна заметить, что за ней следят. Это очень важно.

Я вернулся в Клифоайд. В холле меня встретил Харитс.

— Ты можешь уходить, когда тебе вздумается, — сказал я ему. — И чем скорее ты это сделаешь, тем лучше.

— Я уйду сегодня вечером.

— Прекрасно. Кто-нибудь еще хочет уволиться?

— Все, — ответил он, поворачиваясь, чтобы уйти.

Это был неприятный сюрприз для меня. Ярость охватила меня.

— Не забудь, что все должны оставить свои адреса И ты свой тоже. Лейтенанту Легиту вы все сможете еще понадобиться. Вас рассчитает мисс Доллан. Она здесь?

— Нет, сэр. Она сказала, что придет после шести.

Я представил себе, как она придет в этот дом, когда он будет совершенно пустым и не застанет в нем никого, кроме меня.

— Тогда я сам дам вам расчет, чтобы вы могли сегодня же уехать.

Он пристально посмотрел на меня.

— Очень хорошо, сэр.

— Пусть через четверть часа все придут ко мне в кабинет.

До тех пор, пока все они не предстали передо мной, я даже не знал, сколько всего слуг в доме. У Вестал их оказалось больше тридцати. Я нашел у Ив расчетные книжки и выдал всем их двухнедельную зарплату. Они подходили ко мне, брали деньги и уходили. Никто из них не смотрел на меня, никто не произнес ни слова. Когда все ушли, я приготовился ждать Ив.

18.

Прошло долгих три часа, прежде чем я услышал, что Ив вернулась.

Я слышал, как она вошла в холл. Она постояла немного, потом стала подниматься по лестнице. Я подождал, пока Ив завернет в коридор, а затем вышел, прошел к входной двери и закрыл ее на ключ. Ключ я положил в карман. Я стоял и прислушивался. Я слышал, как Ив прошла к своей комнате. Через некоторое время в помещении для прислуги раздался звонок. Теперь это был ее дом, и она могла вызывать к себе слуг и давать им указания.

Я тихонько поднялся по лестнице. Звонки внизу звенели снова и снова. Она была хозяйкой этого дома и могла показывать свое нетерпение. Ни один слуга не смел теперь заставить ее ждать. Звонок продолжал звенеть настойчиво и пронзительно. Затем я услышал, как Ив вышла из комнаты. Я увидел злое выражение на ее лице. Она сняла очки и держала их в руке. На ней было темное платье, которое делало ее еще бледнее. Она наклонилась через перила и посмотрела вниз, прислушиваясь. Только звук старинных часов раздавался в доме. Некоторое время Ив стояла неподвижно, потом направилась к тому месту, где стоял телефон. Я наблюдал за тем, как она сняла трубку. После долгого ожидания ответа она положила ее обратно. В ее голубых глазах было лишь выражение усталости. Она быстро взглянула на коридор, пошла вниз по лестнице. Я смотрел ей вслед. Ив стояла посреди холла, прислушиваясь.

— Харитс!

Она подождала ответа, потом направилась в кабинет Вестал, оставив дверь открытой. Снова я услышал настойчивый звонок. Ив вернулась в зал. Теперь в ее движениях полился испуг, и они стали неуверенными. Она оглядела темный мрачный зал явно со страхом. Я не спешил. Вся ночь была впереди.

— Есть здесь кто-нибудь? — спросила она дрожащим голосом. — Харитс, почему ты не отвечаешь?

Лишь тиканье часов было ей ответом. Ив нервно передернула плечами и направилась к лестнице. Затем остановилась и оглянулась.

— Они не могли все уйти, — произнесла она вслух, потом подошла к входной двери и рванула ручку на себя, но дверь не открывалась. Я вышел из своего укрытия и остановился посреди холла.

— Я закрыл ее, Ив, — проговорил я тихо.

Ив вскрикнула и обернулась, прислонясь к массивной деревянной двери. Она смотрела на меня широко раскрытыми, полными страха глазами.

— Ты боишься? У тебя нечиста совесть, Ив?