Цветы цвета неба (СИ) - Рина Гиппиус

Вот так мне пришлось остаться в вашем лагере. Общаться с тобой было легко, просто, а главное приятно, несмотря на наши постоянные препирательства. Я мог наконец‑то быть самим собой, таким человеком, которым я являюсь, а не которым видят меня при дворе и которым прежде всего желает видеть меня отец. Читая историю о сбежавшем венорфатском принце, я не верил, что можно за пару недель влюбиться и ради любимой бросить все. Потому и гнал тогда от себя мысли, что влюбляюсь в тебя. Окончательно я понял, что пропал, когда ты меня стала избегать. И до конца побороть искушение я не смог. Теперь‑то я ничуть не жалею об этом, так как у нас благодаря той вспышке страсти есть Эйм. Хотя, чего это я, я и тогда не жалел об этом, — усмехнулся муж. — Только так тяжелее было расставаться с тобой. Потому я и не попрощался. И письмо то дурацкое написал, — скривился Рион. — Во мне боролись два чувства. Хотелось себя оправдать в твоих глазах и не хотелось, чтобы ты переживала по поводу нашей разлуки. А удержаться от того, чтобы не поставить на тебя следящее заклинание я не смог. Чувствовал по отношению к тебе ответственность что ли. Да и вообще, боялся, что с тобой может что‑то случится. Потому и в спешном порядке приказал, чтобы твой отряд отправился на родину как можно скорее.

Муж замолчал. Видимо, собирался с мыслями. Я же не настаивала пока на продолжении рассказа.

— Вернувшись к отцу, — продолжил супруг, — я узнал, что он уже решил женить меня на Сарике. Доводы он привел вполне убедительные. Я опять же вспомнил историю Фритхофа Даррнея. И я попросил у отца пару недель на размышления. Обстановка на фронте это позволяла. За это время я рассчитывал придумать, как выбраться из этой западни. Чтобы и с Камарином договориться и войну не проиграть. И прежде всего, чтобы найти возможность быть с тобой. А потом случилось нападение на ваш отряд и твое ранение, — на щеках Риона отчетливо дернулись желваки. То ли от того, что я тогда была у самой грани, то ли от той сцены с Торгестом. — Тебя спас твой рыжий. А подойдя к вашей палатке я услышал, как ты признаешься ему в любви, — прорычал муж. Я хотела его перебить, но он взмахом руки прервал меня. — Откуда мне было знать, что он тебе как брат?! Я вернулся к отцу и согласился на свадьбу.

Вот же бездна! Оказывается, из‑за того недоразумения мы потеряли несколько лет. Со стоном я оперлась лбом о колени. Супруг все же притянул меня к себе. Я уткнулась к нему в шею, а он поглаживал меня по спине.

— Вот так мы с тобой и оказались лишены семи лет, — тихо прошептал Рион. А потом повышая голос, еще более недовольно отозвался: — И Эйм не знал своего отца!

— Прости, — прошептала я, целуя его в подбородок. Муж кивнул и продолжил:

— Я не буду рассказывать тебе, про свою жизнь с Сарикой. Я ей безмерно благодарен за сына, но не более. Смерть ее — трагическая случайность, из‑за которой наши налаженные отношения с Камарином испортились если не окончательно, то надолго. Не будем о политике. На отца покушались, а придворный маг смог только остановить кровь. С даром же ничего поделать не мог. Я считал, что не готов еще к тому, чтобы бразды правления империей взять в свои руки. Ты когда‑то смогла спасти меня, поэтому я и решился послать за тобой. За все эти годы я не наводил о тебе справки, пытался вообще забыть тебя. С трудом, но мне это почти удалось. Видеть тебя не хотелось, но пришлось. Ты спасла магические способности моего отца, но этого оказалось недостаточным. Он стал слабее меня, поэтому мне не оставалось другого выхода, как стать императором. А встреча с тобой… Я думал, что смог возненавидеть тебя. И лелеял это чувство, не смотря на благодарность за спасение отца, пока не увидел Эйма. Слишком это было неожиданно, я просто растерялся, не знал, что делать, — тут я скептически хмыкнула, так как помнила, что план дальнейший действий Рион тогда выдал сходу, как будто и не раздумывая. — Все, во что убеждал я себя шесть лет, оказалось неправдой. Только потом все же пришла злость на тебя за то, что так долго скрывала. А потом за то, что подвергла и себя, и сына опасности, — муж вновь погладил шрам на моем животе. Я же виновато прятала глаза. — Однако, все это перекрывала радость от того, что у меня есть еще один сын… и то, что ты не обманывала ни меня, ни своего рыжего, — я поморщилась при этой реплике. Они же вроде поладили, а супруг до сих пор пренебрежительно о Гесте отзывается. По привычке что ли. — О вашем Торгесте мне на следующий день Эйм в подробностях рассказал. Меня просто ломало от такого количества противоречивых эмоций, стольких неожиданных новостей и обрушившихся новых обязанностях. И тут еще ты постоянно попадалась мне на глаза, — я раздраженно фыркнула, а супруг, дотянувшись, со смехом поцеловал меня в нос. — Через месяц после вашего появления во дворце я понял, что никуда мои чувства не делись. Я лишь задвинул их на задворки и старался о них не вспоминать. А теперь же, когда ты каждый день маячила передо мной, они вышли на первый план. У меня есть только один друг, которому я мог рассказать, что меня беспокоит. Лир тебя невзлюбил, это я понял сразу. И все же помочь мне согласился. Собственно, поэтому была нужна эта история с фавориткой, — я развернулась так, чтобы видеть лицо мужа. Рассказ начал затрагивать наиболее интересующие меня вопросы. — Сначала покушение на отца, потом мы выловили во дворце несколько подозрительных людей. В подробности вдаваться не буду, суть в том, что если бы я хоть как‑то продемонстрировал свои чувства к тебе, то тебе могла грозить опасность. Тем более ты мать моего старшего сына. Поэтому я и прикрывался фавориткой. К тому же, поженится мы могли только спустя год. И у тебя, и у меня траур был.

Вроде бы все доводы серьезны, но осадок и кое — какие нестыковки остались.

— А как же мое похищение? — спросила я.

Опять я увидела, что муж не хочет говорить о этом, но раз обещал все рассказать…

— Я подозреваю, что это дело рук Камарина, — и Рион вновь прервал мой возглас: — Меня собирались шантажировать твоей жизнью. Или наследником будет Инг, или тебя убьют. А все подробности этого гнусного дела я тебе рассказывать не буду. Незачем тебе переживать.

— А ты не думаешь, что я имею право знать эти самые подробности? — негодующе произнесла я.

— Нет, не думаю, — весьма лаконичный ответ.

Захотелось придушить Риона подушкой.

— Не дуйся, — уже мягче произнес муж, — это же для твоего же блага.

— И что, теперь раз я императрица, то мне опасность грозить не будет? — язвительно поинтересовалась я.

— Будет, — нехотя кивнул император. — Но мы же теперь ученые. И меньше, чем с двумя дюжинами охранников, ты из дворца не выйдешь, — припечатал он.