Черная корона Иссеи - Александр Маслов

– Многие в Иальсе считают меня распутной сердцеедкой, но это неправда. Я просто свободна. Свободна, как настоящая мэги, чего от всей души желаю и тебе. Мое тело священный сосуд, и я хочу, чтобы его наполняли любовью лишь те, к кому я сама со страстью стремлюсь. Увы, не всегда получается так. Слишком мало таких мужчин, для которых не жалко себя и всего что у тебя есть, – она легла ничком, наблюдая за Голафом и Бернатом, возившимися у костра.

– Глейс, ты говорила о мэги, желавших возвысится, стать первыми во владении Стихиями и тем получить немалую власть… А Черная Корона? Не претендуешь ли ты на Корону богини? – не сдержавшись, спросила Астра – эти опасения давно тревожили ее, с того момента, как она согласилась принять подругу Леоса на борт «Песни Раи». – Иначе, мне трудно понять, что заставило тебя решиться на наше рискованное путешествие.

– Корона твоей будет. Не мучайся сомнением, Астра Пэй. Возьмешь ее, и все. Только не вздумай примерить – ты и так достаточно безумна, – Верда с улыбкой перевернулась на спину, глядя в сверкающее звездами небо. – В гробнице Кэсэфа кроме Короны достаточно полезных вещиц. Например, сосуды с джинами. Ты же знаешь историю с душами верховных магов, запечатанных в нефритовые статуэтки? – Астра кивнула, и госпожа Глейс продолжила. – Так вот, две или три из них точно должны быть в Пирамиде. И Жезл Ста Теней там. И много еще чего. Только даже без этих бесценных сокровищ я буду довольна нашим путешествием. Ведь я всегда стремилась посмотреть мир. Особенно влекла меня Либия. И что может быть лучше свободной дороги с любимым человеком и добрыми друзьями? А Корона, конечно, должна достаться тебе. Только не промедли – постарайся взять ее в руки первой.

С рассветом, розовой вуалью накрывшим пустыню, «Песнь Раи» медленно поднялась в небо и взяла курс на юго-запад. Поочередно Голаф, Леос и Каррид становились на возвышение у ростра и вглядывались вперед, в золотисто-жемчужную дымку, застилавшую горизонт. Внизу тянулись все те же пески, только их причудливые наносы стали меньше и реже, кое-где из песка выступали камни, словно переломанные кости огромных чудовищ.

После часа Василиска, за которым солнце поднялось высоко, окатывая все вокруг белым беспощадным зноем, Голаф увидел внизу за гребнем дюны странные извилистые линии.

– Это следы нагов, – подтвердила его догадку Астра, вспоминая рассказы отца о своих либийских злоключениях.

– А вот и горы, милейшая госпожа, – огласил с кормы Бернат, первый заметивший ряд невысоких вершин, проступивших из пыльной дымки на горизонте.

– Очень хорошо, мастер! – отозвалась дочь магистра. – Теперь держать курс на юго-запад.

Около часа «Песнь Раи» летела в указанном Астрой направлении, с шелестом рассекая крыльями горячий воздух. Отроги гор, отделявших страну нагов, стали ближе, осязаемей. На некоторых голых каменистых склонах виднелись черные точки – пещеры или, скорее, глубокие норы, служившие частью гигантской сети туннелей, по которым перемещались наги под пустынными землями Либии, достигая Намфрета и даже некоторых портовых городов.

Едва впереди показалась другая горная гряда, выступавшая в пустыню длинным загнутым клином, Бернат переложил руля вправо.

Сверху зло палило солнце, а слева тянулась неровная стена скал расколотых темными трещинами. Когда она, наконец, прервалась, открылся другой вид: обрывистое плато, на котором мрачно и странно теснились какие-то высокие башни, огромные постройки из черного и красного гранита. Над ними, врезаясь в небо темным углом, возвышалась Пирамида Кэсэфа.

– Кара-Маат! – с изумленным вздохом произнесла мэги Верда.

На этот раз никто не испустил крик радости, как случалось при виде Гефахаса и Намфрета – напротив все, собравшись на палубе корабля, застыли в безмолвном напряжении, словно перед ними возникло чудовище, облик которого был величествен и страшен.

– Мастер, пожалуйста, ниже, – после долгого молчания сказала Астра. – Как можно ниже и ближе к скалам. Если корабль заметят, нам будет нелегко добраться до гробницы.

– Кто же нас заметит? Город мертв, – неуверенно произнес Леос. – Здесь давно никого нет. Сухие кости, печаль да тлен, кругом одно и то же каждый день.

– Увы, не совсем так, – возразила Верда, опираясь на статую и зачарованно оглядывая приближавшееся плато. – Не хочу тебя пугать, но здесь сотни глаз. И даже пустые глазницы в черепах хранителей способны видеть.

Бернат, порядком растревоженный предостережением Астры и госпожи Глейс, опустил воздушное судно низко насколько смог. «Песнь Раи» будто ползла днищем по обломкам скал, прикрытых кое-где песком. При этом шорох золотистых крыльев и ворчание ртутной машины в трюме, казался излишне громким и тревожным.

– Куда теперь, Светлейшая? – настороженно спросил эклектик, едва корабль приблизился к базальтовому основанию плато.

– Не знаю. Нужно искать Ущелье Огненного Ветра. Оно – единственная дорога к городу, – Астра, прищурившись от ослепительного солнца, разглядывала базальтовые выступы, ломаной линией встававшие слева от корабля, потом махнула рукой, указывая путь в обход выступавшего угла плато.

– Почему бы нам не помолиться Балду, а потом подняться выше? – предложил Каррид Рэбб, беспокойно расхаживавший по палубе. – Выше подняться, и опуститься ровно перед этой самой Пирамидой! Как вам мой умнейший план?

– Не выйдет, волосатик. Город окружают стерегущие башни, которые магическими зарядами уничтожают все, что двигается мимо них, – ответила Верда, вспоминая сведенья, известные ей из древних книг. – «Ни хитрый зверь, ни быстрая птица не могут миновать стражей Кара-Маат. Невидимые стрелы и ярость темных богов уничтожают все живое», – продекламировала она строки из свитка Шехи Руфу и, вспомнив другой пергамент, добавила: – «Над городом тем мрачным птицы не летают. Падают они, будто нет там воздуха, держащего их крылья, и будто недобрая тяжесть тянет вниз их тела. И разбиваются они, лежат мертвыми комочками на улицах, площадях и возле звероликих святилищ».

– Недобрые вещи говоришь ты, госпожа Глейс, – отозвался Бернат, державший потными ладонями рычаги управления. – Это что ж получается? И мы можем неожиданно так упасть и разбиться?

– Не знаю, мастер, – ответила за Верду дочь магистра. – Нам главное миновать ущелье, ведущее к городу, а дальше можно уже понадеяться на свои ноги.

Проход в Кара-Маат открылся неожиданно за выступом скалы. Неширокую дорогу, поднимавшуюся несколькими этапами вверх, с двух сторон ограждали гладкие отвесные стены. Возле них через равные промежутки стояли каменные изваяния жабоподобных существ, каждое из которых было высотой в пять-шесть человеческих ростов. Их лапы нависали над дорогой, словно голые ветви толстых безобразных деревьев. Из зубатых разинутых пастей, казалось вот-вот изойдет угрожающий рев.