Огненные острова (ЛП) - Швартц Ричард

— Я думал, что у имперского города самый большой, среди известных, флот, — заметил я.

— Ключевое слово здесь, пожалуй, известный, — сказала она. — Нам давно не приходилось воевать на море. Наш флот достаточно большой, чтобы остановить пиратов вдоль нашего и алданоского побережья. Если посчитать каждый военный корабль, которым владеет Аскир, то их насчитывается примерно семьдесят. Огромный флот по нашим меркам. Но я как раз вспомнила кое-что, о чём мне рассказывал мой дед.

Я вопросительно посмотрел на неё.

— Чуть более семидесяти лет назад в Аскир с государственным визитом приехала делегация из Ксианга. Во Второй империи произошла смена династии, поэтому один из принцев новой династии приехал сюда, чтобы пересмотреть различные договоры. Этот принц путешествовал не по суше, а по морю. С флотом, который был настолько велик, что корабли почти невозможно было сосчитать, целый двор, нет, скорее целый город на воде. — Она недоверчиво покачала головой. — Ядро флота состояло из более сорока кораблей, каждый из которых в длину был добрых триста шагов, а в ширину — шестьдесят. У них было по шесть мачт, возвышающихся над волнами, словно башни, а на них яркие, раскрашенные паруса с лёгкими жердями. Эти корабли отличались от наших. У них был широкий нос, два ряда вёсел и огромные надстройки. На борту было всё, даже сады, иногда пруд или большие резервуары с водой, в которых плавала рыба для рыбалки. Я думала, что мой дед слишком всё преувеличил, но позже я читала отчёты адмиралтейства того времени. Он скорее даже преуменьшил. В этом флоте было четыреста восемьдесят кораблей. — Она покачала головой. — Нет, генерал, наш флот далеко не самый большой среди известных.

Я попытался представить себе такой флот. Каково это, увидеть настолько большие корабли — плавучие города, свободно движущиеся по морю. И мне это не удалось.

Уже только мысль о том, сколько людей нужно, чтобы укомплектовать их, не укладывалась в голове. Это было за гранью моего воображения. Вендис упоминал о том, что у Аскира были дружеские отношения с этой империей Ксианг, и что, возможно, им удастся заполучить её в качестве союзника против Талака. Я мог лишь на это надеяться.

— Думаю, мы больше не можем полагаться на то, что наш флот справится с любой угрозой на море. У нас всегда были самые лучшие и быстрые корабли, лучшие солдаты, но мы не можем рассчитывать на то, что это всё ещё остаётся так. — Она посмотрела на горизонт, где солнце окончательно зашло. — Я не привыкла надеяться на ночь и на то, что смогу спрятаться в темноте. Это не моё, генерал. — Пока я размышлял о том, что мне ответить, она уже продолжила. — Чего я не понимаю, это как всё до такого дошло. — Она внезапно посмотрела на паруса наверху и выкрикнула команду, после которой сразу шесть человек поспешили подняться по вантам. — Было бы лучше, если бы мы могли допросить пленного. — Она почти неслышно вздохнула. — В этом конкретном случае мне бы хотелось, чтобы наши люди действовали не так досконально, и у нас было больше выживших. — Она ещё раз посмотрела на паруса и, видимо, теперь осталась довольной тем, как они установлены, затем снова повернулась ко мне. — Я ощущаю что-то в себе, в моих людях, в разговорах, которые слышу на корабле, кое-что, что мне ещё не знакомо: страх. Страх перед врагом и неопределённым будущем. Генерал, я знаю, что ваша цель — освободить посла. Я надеюсь и молюсь богам, что вы добьётесь успеха. Но простите меня за следующие слова: ещё важнее — это получить ответы. — Она пристально посмотрела на меня. — Освободите посла, но принесите нам также необходимые ответы.

— Мы сделаем всё, что в наших силах, — ответил я, и она кивнула.

— Это всё, что нам остаётся.

Ночью Эльгата определила курс, который должен был привести нас к юго-западной стороне острова, откуда враг не ожидал нападения.

— Так мы будем в нужном месте в нужное время, — объяснила она. — Нет смысла спускать паруса и покачиваясь на волнах, ждать в каком-то определённом месте.

По мере того, как она направляла «Снежную Птицу» всё ближе к вражескому берегу, мы ещё раз проверили наше снаряжение.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Не считая сигнального фонаря, каждый из нас легко мог нести свою часть в рюкзаке. Пока я ещё размышлял над словами майора Меча, Ангус, со своим очевидным предвкушением «приличной героической битвы», немного действовал мне на нервы. Он сидел и радостно точил остриё своего топора, и, казалось, ни о чём не беспокоился, кроме того, что битвы, возможно, вообще не будет.

Если послушать его, можно было бы подумать, что самая лучшая тактика, это открыто встретиться с врагом и пригласить его напасть на нас с армией…

— Вопрос не в том, чтобы умереть героически, — напустилась на него Серафина, после того, как он в третий раз заговорил о великой битве, в которой погибли все так же героически, как жестоко и мучительно. — А в том, чтобы освободить Лиандру и уйти с острова живыми!

Он покачал головой.

— Это неправильно, — возразил он. — Мы не можем надеяться на победу, если не готовы за неё погибнуть. Я лишь пытаюсь представить лучший способ умереть, чтобы не бояться смерти.

— Я с этим не согласна, — резко сказала Зокора от постели Вароша. — Вступать в бой имеет смысл только тогда, когда ты уверен в победе. — Если изначально дать врагу шанс для сопротивления, тогда это уже неверная стратегия. — Она улыбнулась, не разжимая губ. — Так что лучший способ сражаться — это когда враг тебя не видит.

— Это трусливо и не особо доблестно, — запротестовал Ангус.

— Зато эффективно.

— Вы считаете, что лучше подкрасться к врагу сзади и вонзить кинжал в спину?

— Нет. Лучше перерезать ему горло, — поправила она. — Таким образом он не сможет никого предупредить.

— Но… — начал Ангус, но с меня было достаточно.

— Это не последний раз, когда нам придётся столкнуться с врагом. Вступите в легион, тогда появится возможность, сразиться с ним открыто. Но сейчас главное не сражение.

— Скажи мне, Ангус, — прервала меня Зокора. — У тебя есть причина, из-за которой ты хочешь умереть? — Она смерила его взглядом с головы до ног. — Я не хочу, чтобы рядом со мной находился тот, кто только и ищет способ отдать концы.

Ангус почти испуганно посмотрел на неё, затем покачал головой.

— Нет, — воскликнул он. — Я хочу лишь помочь!

— Почему? — спросил Варош, с трудом приподнимаясь с постели, чтобы лучше видеть северянина. — Почему вы хотите сражаться вместе с нами? — взгляд Вароша был суровым. — Не смейте смотреть в глаза адепту Борона и лгать!

— Чтобы обо мне говорили хорошо, когда я предстану перед Сольтаром, — тихо, почти пристыженно ответил Ангус. Мы с Серафиной обменялись взглядами, поскольку эти последние слова нашего фарландца впервые прозвучали неоспоримо правдиво.

— Такое чувство, будто боги издеваются над нами, — заметила Эльгата, когда мы наблюдали, как со «Снежной Птицы» в воду спускают лодку. Море было спокойным и гладким даже без вмешательства Серафины, словно шёлковая ткань. Небо ясным, как будто Сольтар именно сейчас хотел представить нам звёзды в их редком великолепии. На всём корабле не было ни одного зажжённого фонаря, однако большая из лун светила так ярко, что они нам вряд ли были нужны. Перед нами находилась тёмная масса Огненных островов, конусы вулканов очень ясно выделялись на фоне.

— Так часто бывает, — сказала Серафина, аккуратно пристёгивая портупею с ножнами Каменного Сердца за спиной. — После шторма воздух словно омыт, и обзор ясен. — Она тоже смотрела на конусы вдалеке. — Если там кто-то есть и посмотрит в нашу сторону, то точно нас увидит.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Раздался крик, люди, спустившие на воду лодку, подняли верёвки, в то время как добрый десяток Морских Змей перелезли через борт, чтобы занять места в лодке. Двое сильных мужчин, используя верёвку, спустили туда тяжёлый фонарь, затем подали сигнал наверх.

Эльгата повернулась к нам.

— Время пришло, — объявила она. — Желаю вам удачи богов. — Она отдала под козырёк, Менделл и Девон последовали её примеру.